Православный священник о Рождестве в Польше и не только
Одна из главных достопримечательностей польского Кракова – трубач с башни Мариацкого костела. Каждый час и днем и ночью он появляется на башне и оглашает площадь протяжной предупреждающей мелодией (с этим связана своя история), обращаясь поочередно на все четыре стороны света. А когда он направляет трубу в сторону городских ворот, то, сам того не ведая, смотрит на православный храм, который расположен в двух шагах от рыночной площади Кракова. Именно здесь, в самом центре древнего города, мы беседуем с отцом Ярославом Антосюком, настоятелем православного прихода Кракова. И каждый час в наш разговор врывается призывная мелодия легендарного трубача.
До первой звезды
Я вырос в семье православного священника. Мой отец Валериан Антосюк уже сорок лет служит в священном сане, в последние годы в храме святого Георгия в Белостоке. Одним из самых ярких воспоминаний моего детства до сих пор остается Рождество Христово, которое всегда было богато на традиции. Очень хорошо помню строгий пост в день Сочельника – навечерия Рождества Христова. Вся наша семья, не исключая и малышей, весь день ничего не ела и не пила, хотя если мама видела, что нам тяжело, то обязательно давала немного воды.
Целый день мы ждали первой звезды. Когда она появлялась на небе, часов в шесть вечера, мы садились за ужин (такой постный ужин в Сочельник – тоже древняя традиция). Стол накрывали всей семьей. Сначала на него клали немного сена, сверху стелили скатерть и лишь потом ставили постные блюда. По польской традиции этих блюд должно быть ровно двенадцать. Главным кушаньем всегда была кутья. Еще мама готовила холодный грибной суп и польские "крокеты" – булочки с грибным фаршем или капустой. На стол ставились всевозможные соленья домашнего приготовления и обязательно компот из сушеных фруктов. На каждом столе по польской традиции также должен быть карп – заливной и жареный. Сейчас я вспоминаю, насколько это все было вкусно, но, будучи ребенком, я едва мог дождаться окончания ужина: после него под Рождественской елкой всегда оказывались подарки!
Получив свои подарки, мы отправлялись отдохнуть перед большим праздничным богослужением. Обычно праздничная служба, начинавшаяся в два часа ночи, заканчивалось ближе к шести утра, и родители непременно просили нас отдохнуть перед ней. Вообще, спать в день Рождества у нас обычно не получалось: после службы и небольшого отдыха мы завтракали, потом играли, а уже к десяти часам утра в нашем доме собирались дети и молодежь, и мы шли колядовать по всей деревне, возвращаясь домой лишь поздним вечером.
У наших родителей трое сыновей. Я и старший брат вслед за отцом стали священниками, брат Мирослав – настоятель храма святых апостолов Петра и Павла в городе Калише. Я служу настоятелем в Краковской церкви Успения Пресвятой Богородицы. До сих пор уже семьях стараемся соблюдать традиции, вынесли из родительского дома. Ведь эти праздничные дни навсегда остались в моей хотя при нашей-то занятости непросто сохранить делали родители, но я, понимая всю важность торжеств в Рождество, берегу их.
Лишняя тарелка
Традиции празднования Рождества в нашем приходе в Кракове принципиально ничем не отличаются диций любого другого храма Польской Церкви. Перед праздником мы все вместе украшаем живую елку в храме. В воскресный день перед Рождеством освящаем просфоры, с которых наши прихожане начнут ужин в навечерие праздника. В Сочельник обязательно приглашаем к себе в дом одиноких прихожан, чтобы они могли сесть за ужин с нашей семьей. Ведь по традиции в этот вечер никто не должен оставаться одиноким. А еще, на стол всегда ставится лишняя тарелка – для неожиданного гостя. Потом Рождественская служба, после которой всем приходом разговляемся за праздничной трапезой, поем колядки. А уже днем позже дети из воскресной школы готовят праздничное представление, на которое приглашаются все прихожане. В этом смысле у нас один общий праздник.
"Не бойся, малое стадо"
Сохранение культурной идентичности, Православие в католической стране – возможно ли это? Оказывается, что возможно. Под словом "культура" мы, живущие в инославном окружении, подразумеваем многое: и религиозность, и национальные, и народные традиции. Но, как это ни странно звучит, именно Церковь в Польше для многих становится тем звеном, которое соединяет человека с родной культурой и родной верой.
Наш храм – единственная православная церковь в огромном городе с почти миллионным населением, а значит, приход наш еще и многонациональный. Здесь русские, белорусы, украинцы, болгары, румыны, греки, сербы, армяне и даже копты из Египта! И, конечно, поляки, которые составляют большинство наших прихожан. Мы не можем игнорировать те традиции, которые приносят с собой православные верующие из других стран и различных частей Польши. В таких условиях, вдали от мировых православных центров, от священника требуется, наверное, даже больше обычного. Во многом поэтому в Польской Православной Церкви большое внимание уделяется образованию пастырей. В Варшавской Богословской академии, помимо древних и современных языков, студентов обучают восточнославянским языкам: украинскому, русскому и белорусскому.
Если же говорить о жизни в католическом окружении, то сам факт того, что в своей стране мы являемся религиозным меньшинством, безусловно, влечет за собой определенные трудности. Но это не мешает нам идти по пути в Царство Небесное. Сам Господь говорил: Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство (Лк 12:32) и где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф 18:20).
Костел для православных
У нашего прихода замечательные отношения с католиками. Когда в 2004 году из прихода в городе Радоме архиепископ Лодзенский и Познаньский Симон перевел меня настоятелем в Краков, мне сразу же пришлось встретиться с краковским кардиналом. В то же время я узнал, что власти Закопане, очень известного горнолыжного курорта Польши, просят проводить службы в их городе во время Рождественских праздников. Оказалось, что приезжающие на зимние каникулы туристы из России, Украины, Белоруссии хотели бы, как и их соотечественники на родине, прийти в храм.
Я приехал в маленький городок и сразу же договорился о том, что накануне Рождества мы будем служить Великое повечерие и утреню. Правда, нам предложили совершать богослужение в католическом храме, поскольку других вариантов просто не было. В итоге наш правящий архиерей обратился к католическому кардиналу Кракова (тогда это был кардинал Франтишек Махарский) с просьбой разрешить служить в одном из костелов в Закопане. Разрешение было получено.
На Рождественские службы в Закопане приходят до трехсот человек. И потому все очевиднее становится надобность в строительстве собственного храма. Увы, но пока власти не готовы передать нам землю бесплатно. А на покупку самого маленького участка требуется почти полтора миллиона злотых (15 миллионов рублей. – Ред.). Сейчас мы начали искать помещение для богослужений, чтобы взять его в аренду, но Рождество 2010 года мы по-прежнему будем встречать в костеле.
Служанка-профессор
До сих пор каждый раз, когда я служу в Закопане, многие туристы спрашивают меня, православное ли это богослужение; что мы делаем в католическом храме; допустимо ли это? Для меня с самого начала было очевидно, насколько важен и нужен здесь православный храм. И год от года я лишь утверждался в этом мнении. Да и ближайшая церковь в Кракове находится более чем в ста километрах от Закопане. Одним словом, я твердо решил: нужно сделать все, чтобы храм был построен! Но очень быстро мое рвение сменилось отчаянием: в моем приходе в Кракове была сложная финансовая ситуация и взять денег еще и на новый храм было совершенно неоткуда.
Постепенно я смирился с мыслью, что строить сейчас не время. Будем служить в костеле раз в год – и слава Богу. Как-то поздним вечером в наш дом постучала незнакомая женщина. Она настаивала на встрече, хотя, признаюсь честно, я вышел к ней с большой неохотой, сказывалась сильная усталость. Женщина положила передо мной увесистый конверт и сообщила, что это деньги, которые ее соседка передала на православный храм! Рассказала, что эта соседка, женщина преклонного возраста, хочет встретиться со мной и о чем-то рассказать.
Через несколько дней я встретился с неизвестной благодетельницей. Оказалось, что в 1939 году* моя собеседница была служанкой в богатой православной семье где-то в Восточной Польше. В какой-то момент хозяйка дома поняла, что ее семью, состоятельную и к тому же православную, ждет арест, и вряд ли их оставят в живых. Тогда она отдала служанке достаточно большую сумму денег и попросила, когда будет такая возможность, передать эти накопления в православный храм на помин души. Это был последний раз, когда они видели друг друга.
На эти деньги бывшая служанка пережила войну и стала профессором, получив довольно высокую должность. Когда же пришла глубокая старость, женщина решила рассчитаться с многолетним долгом и передать деньги в наш храм. Подчеркну, что она пересчитала полученную тогда, в 1939 году сумму на современные деньги. И все отдала храму. Когда мы говорили, я не мог сдержать слез.
Эта удивительная – чудесная и вместе с тем покаянная – история потрясла меня в те Рождественские праздники. И я тогда подумал: вот я, маловерный человек, усомнился в том, что нужно строить храм, а Господь своим милосердием меня вразумляет...
Наш владыка благословил строительство храма в Закопане. Первая Рождественская лепта вложена. Уверен и надеюсь, что найдутся и другие люди, которые помогут нам довести до конца это великое дело – и в этом курортном местечке, где бывает очень много гостей из России, мы построим великолепный православный храм. Я хотел бы посвятить эту церковь великому русскому святому – преподобному Серафиму Саровскому,
память которого совершается как раз в период празднования славных Рождественских дней.
*С весны 1938 года в Польше начались открытые гонения на Православную Церковь, сопровождавшиеся конфискацией, разорением и демонстративным осквернением
церквей. Польские власти будто соревновались с большевиками во вражде к Православной Церкви и, как следствие, к ее чадам. – Ред.
Источник: Фома
