"И христиане долго, может быть, не позабудут моего творенья..."

В издательстве "Наири" вышла в свет "Книга скорбных песнопений" Григора Нарекаци в русском переводе Наума Гребнева. Впервые в переводе Гребнева 6 глав из книги Нарекаци вышли небольшой книжкой в 1969 году с предисловием и примечаниями Левона Мкртчяна. Как отмечает составитель нынешнего издания Каринэ Саакянц, вышедшие в свет последующие гребневские переводы (1977, 1998гг.) стали библиографической редкостью, Л.Мкртчян не успел реализовать свой замысел – переиздать книгу 1977 года с включением еще 4 переведенных глав. И вот теперь это удалось К.Саакянц.

B красочно изданную книгу вошли оригинальный текст Нарекаци на грабаре, подготовленный Аршаком Мадояном, гребневские переводы, а также подстрочные переводы некоторых глав, выполненные Левоном Мкртчяном и Маргаритой Дарбинян. Стихи предваряет предисловие Л.Мкртчяна "Мятежный гений". А завершается том интереснейшей статьей Магды Джанполадян "Левон Мкртчян – открыватель "русского" Нарекаци". В ней отслеживается знакомство русскоязычного читателя с творчеством гениального армянского поэта X века.

Впервые имя Нарекаци появилось в русской печати в 1810 году благодаря переводу отрывка одной из глав "Нарека", выполненному Иосифом Иоаннесовым. Потом Брюсов перевел две песни Нарекаци. До конца 60-х годов прошлого века русский читатель практически ничего не знал о поэте. Инициатором перевода и создателем первой книги Нарекаци на русском языке стал Левон Мкртчян, нашедший Наума Гребнева.

Земная жизнь моя подходит к краю,

Но все, что мог я выразить в словах,

Как память о былых моих грехах,

Читающие, вам я оставляю.

Хоть плоть моя и превратится в прах,

Но речь моя во прах не превратится,

Чтоб вам моей молитвою молиться

С моими же слезами на глазах.

Я совершаю праведное дело.

Слова – моя душа, пергамент – тело.

И христиане долго, может быть,

Не позабудут моего творенья

И голосом моим свои моленья

Тебе, Создатель, будут возносить.

Аминь.

Как подчеркивает М.Джанполадян, "высокая эмоциональная сила подлинника, его мощь и величие воссозданы пока только в переводе Н.Гребнева". В нынешнем издании благодаря наследникам Гребнева, предоставившим ценные правки, внесенные переводчиком уже в опубликованные ранее главы, перевод стал совершеннее. Возможно, завтра кто-то отважится на новый перевод "Нарека" и сумеет приблизиться к подлиннику. Сегодня же мы с чувством глубокой благодарности к переводчику откроем томик стихов, содержащий 45 (из 95) глав "Нарека", чтобы вникнуть в "Слово к Богу, идущее из глубин сердца".

Блажен со строгостью себя судящий,

О добродетелях своих не мнящий,

Неприхотливый и в мольбе своей

Самобичующий и безутешный.

Кто кается, тот лучший из людей.

Не потому ли Господу милей

Раскаявшийся мытарь многогрешный,

Чем праведностью гордый фарисей?

В письме Л.Мкртчяну Чингиз Айтматов, благодаря за присланную книгу, признается: "Для нас Нарекаци "страшен" своим немыслимым максимализмом, нечеловеческой способностью подвергать себя безжалостному суду высшей и вечной инстанции – суду совести, ответственности перед Богом..." Строки из "Нарека" впоследствии стали эпиграфом к роману Айтматова "И дольше века длится день" в подтверждение пророчества поэта:

Хоть плоть моя и превратится в прах,

Но речь моя во прах не превратится.