"Дорогая о Господе N..."

Когда читаешь письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина), написанные в разное время разным людям – архиереям, приходским священникам и простым мирянам – чувствуешь, что они адресованы в том числе и тебе лично, таким удивительным свойством они обладают. В них находишь ответы на свои вопросы, получаешь совет, наставление, утешение. Если такое духовное богатство заключено в письмах, можно только представить, как много значило для людей личное общение с батюшкой. В числе людей, которые всегда с благодарностью вспоминают своего духовного отца архимандрита Иоанна (Крестьянкина) – Татьяна Михайловна Иванчина.

Татьяна Михайловна живет в Чебоксарах, но часто бывает в Саратове – здесь живут ее дочь Елена, зять – клирик храма Покрова Пресвятой Богородицы священник Александр Сирин и внучка Анечка. К нам в редакцию они пришли всей семьей. Татьяна Михайловна принесла бережно хранимые ею книги, подаренные отцом Иоанном (Крестьянкиным), его фотографии, а также письма, поздравительные открытки, записочки, написанные под диктовку келейницей батюшки – в последние годы жизни отец Иоанн сильно болел, но не оставлял без поддержки своих многочисленных чад. В их числе на протяжении почти трех десятков лет были Татьяна Михайловна и ее муж, священник Иоанн Иванчин, настоятель храма Рождества Христова в селе Янгильдино Чебоксарской епархии. Сюда он приехал по благословению отца Иоанна (Крестьянкина) и здесь прослужил всю свою жизнь до самой смерти.

Добрый, внимательный, любящий – воспоминания Татьяны Михайловны дополняют тот образ "всенародного батюшки", которым был архимандрит Иоанн.

– Впервые я познакомилась с отцом Иоанном весной 1977 года. Мы приехали к нему из Троице-Сергиевой Лавры в Псково-Печерский монастырь вместе с моим будущим супругом, тогда еще воспитанником академии – испрашивать благословение на брак. Я волновалась. Отец Иоанн был духовником моего батюшки, благословил его поступать в семинарию, а после в академию. Его слово было очень важно для моего батюшки.

Возле кельи отца Иоанна всегда было много людей. К нему приезжали со всех концов страны. Многие месяцами жили при монастыре, ждали, когда он сможет их принять. Да что миряне – архиереи неделями искали возможности поговорить с ним! А мы тогда приехали "одним днем" – пошли на утреннюю службу, и на руках уже были билеты на вечерний поезд обратно в Москву.

Боялись, что не увидим батюшку. Но в тот день он нас принял – не без воли Божией. В келью заходила со страхом. А он с такой любовью нас встретил! Батюшка всегда так принимал – сначала посадит тебя рядышком с собой на диванчик, обнимет ласково, прижмет голову к своей груди так, что слышишь биение его сердца, а потом начинает говорить с тобой. Тихо-тихо так на ухо шепчет. Потом маслицем помажет – как на соборовании, и водичкой святой окропит обильно – так, чтобы сердце освятить.

Он обрадовался, когда узнал, что меня зовут Татьяна – так звали его родную сестру, которая рано умерла. И по отцу мы с ней были тезками – обе Михайловны. Так он меня и стал называть: Татьяна Михайловна. Расспросил меня о моих родителях, о том, как мы познакомились с моим батюшкой и с радостью благословил наш брак. Венчались мы 22 мая, на весеннего Николу, накануне которого празднуется день памяти апостола любви – евангелиста Иоанна Богослова.

В следующий раз мы отправились к отцу Иоанну перед рукоположением. Так же одним днем. И снова батюшка нас принял. Благословил ехать в Чебоксары на сельский приход. Там к тому времени служил мой свекор – отец Георгий. Он стал священником в 47 лет, был одного года с отцом Иоанном и умер с ним в один год. Вслед за ними ушел и мой батюшка...

Отец Иоанн (Крестьянкин) был большой молитвенник. Ни до, ни после него я никогда такой молитвы не видела. А как он благословлял! Не едешь от него, а летишь, как на крыльях.

В своих письмах и записочках он постоянно укреплял нас в вере, наставлял. В любых житейских трудностях повторял "С креста не сходят. С него только снимают". Благодаря его помощи и поддержке мы прослужили на одном приходе 27 лет. Знаю, что многие прошли скорбный тяжелый жизненный путь его молитвами.

Мне он всегда говорил: ты – Татьяна, что означает "учредительница". Ты должна хранить семейный очаг, воспитывать детей в вере, молиться за них, помогать своему батюшке.

Мы старались каждый год ездить к нему. Часто я ездила одна вместе с детьми (у Татьяны Михайловны трое сыновей и дочь – прим. авт.), брала с собой племянников. Отец Иоанн очень любил, когда к нему приезжали с детьми. Для них у него всегда были припасены сладости. Он их рассаживал на диванчике, угощал, расспрашивал, а потом всех благословлял. Всегда с подарками от него уезжали.

По праздникам приходили поздравления от него, письма. В них он вкладывал иконочки, перепечатанные на машинке наставления святых отцов – советы Феофана Затворника, Игнатия (Брянчанинова).

Когда среднего сына забрали в армию, я очень переживала. Не находило покоя материнское сердце. Поехала к батюшке. Он служил литургию и после чтения Евангелия за сугубой ектеньей вознес особое прошение за всех воинов. Для меня это было особое утешение – и моего Максима помянул батюшка! Сын благополучно отслужил и вернулся домой.

Дочь Елена стала женой священника. Она, как и мы с ее отцом, познакомилась со своим будущим мужем в Троице-Сергиевой Лавре. Они с отцом Александром также поехали за благословением на брак к отцу Иоанну.

Это было как раз 5 февраля 2006 года. Утром они пришли в храм на позднюю литургию и услышали, как удар колокола возвестил о блаженной кончине отца Иоанна. А уже во время литургии за сугубой ектеньей поминали новопреставленного архимандрита Иоанна. Когда произнесли его имя, весь храм вздрогнул. Люди заплакали.

Лена позвонила нам, и так мы промыслительно узнали о смерти отца Иоанна. Мой батюшка успел приехать на похороны, проститься с ним. А я не смогла – билетов больше не было. Поехала только на 40-й день.

Как благословение от отца Иоанна его келейница подарила Лене и отцу Александру альбом "Летопись семейной жизни", проводила их в келью – батюшку только положили во гроб и отец наместник служил первую панихиду.

Весть о смерти отца Иоанна быстро облетела всю Россию. В Псково-Печерский монастырь съехалось огромное количество народа. Лена с отцом Александром решили остаться на похороны, дождались приезда отца. Они даже пели в Сретенском храме за литургией, на которой отпевали отца Иоанна, а мой батюшка служил в алтаре.

Он пережил своего духовного отца всего на несколько месяцев. Незадолго до его смерти мне приснился отец Иоанн и сказал: "Скоро ты будешь целовать стены алтаря". Я не сразу поняла значение этих слов. Только потом, когда моего батюшку похоронили за алтарем нашего храма, и я стала приходить к нему на могилку.

Прошло четыре года, но я до сих пор чувствую помощь батюшки. Он слышит нас, и его молитва о нас не прекращается.