"НГ-Религии": Михаил Мчедлов. Синдром братских народов. Религиозный компонент этнического сознания помогает преодолевать политические кризисы

Об авторе: Михаил Петрович Мчедлов - профессор, директор центра "Религия в современном обществе" Института комплексных социальных исследований РАН, член Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ, председатель Экспертного совета для проведения государственной религиозной экспертизы при Минюсте РФ.

В наше политизированное время, когда обострились этнические и конфессиональные противоречия, взаимосвязь этнонациональных и религиозных факторов становится все более очевидной. Однако ее психологические, исторические и политические аспекты до сих пор не изучены.

Наибольшее влияние на политическую жизнь оказывают не отдельно взятые религиозные или национальные факторы, а их симбиоз. Эту связь используют в своих интересах лидеры национальных и религиозных движений.

Очевидно, что особую актуальность данная проблема имеет для полиэтнической (около 150 этносов) и многоконфессиональной (свыше 70 религиозных течений) России. Сегодня в нашей стране активизируется деятельность как религиозных организаций, так и национальных движений, нередко приводящая к региональному сепаратизму. А ведь для нерусской части населения исторической родиной является почти половина российской территории.

При анализе взаимоотношений религиозного и национального факторов неизбежно обращение к такому ключевому понятию, как традиция. На протяжении веков остаются неизменными этические и религиозные представления, на которые мало действует смена не только политического режима, но и общественной системы в целом.

Благодаря кровно-родственным связям, совместному ведению хозяйства и общему языку этническое самосознание развивается даже у членов таких первичных социальных общностей, как род и племя. Со временем чувство принадлежности к конкретному этносу приобретает более широкий и осознанный характер. Сегодня это, пожалуй, одна из самых массовых форм сознания народов России. Так, например, в ходе социологического опроса накануне введения новых паспортов большая часть респондентов высказалась за сохранение графы "национальность".

Несколько иначе обстоит дело с религиозной самоидентификацией. Приобщение народов к новым для них религиозным системам - долгий и трудный процесс. Например, христианизация древнерусского общества растянулась до XV-XVI вв. Однако, укоренившись, новая вера начинает во многом определять национальное самосознание и быт народа.

Исследования показывают, что распространение одного религиозного направления среди нескольких народов способствует сближению их культуры, быта, помогает ощутить солидарность друг с другом. Хотя речь идет о духовно-культурной солидарности, есть основания утверждать, что единая вера сказывается и на политических симпатиях. Например, в большинстве своем православная Северная Осетия не подвержена идеям сепаратизма. В подобных ситуациях зарубежные политологи используют понятие "синдром братских народов".

Укорененность религии в народной среде играет особенно важную роль в такие кризисные периоды, как война, оккупация, коренная ломка общественных устоев. История многих народов, попавших под чужеземное иго, убеждает, что сохранение традиционной религии позволяет избежать полной ассимиляции и вновь обрести свою государственность. В сегодняшней России это проявляется весьма наглядно. Деятельность российских религиозных организаций, связанная с сохранением национальной идентичности, сопровождается активным неприятием усиленно пропагандируемых установок общества потребления.

Сложности переходного периода в нашем многонациональном и поликонфессиональном обществе сопровождаются центробежными тенденциями и гипертрофированием национальных интересов. Однако подобные явления чаще всего отвергаются общественным сознанием. Социологические исследования свидетельствуют, что большинство верующих озабочены тем, что межнациональные конфликты могут привести к развалу российского государства.

В такой ситуации очень важна позиция религиозных организаций. Ведь если к этническим конфликтам добавятся столкновения на религиозной почве, то последствия могут быть трагичными. Влиятельность каждой религиозной организации зависит от ряда обстоятельств: ее численности, исторических традиций, интегрированности в общественную культуру, специфики иерархической структуры.

Особое значение для российской действительности имеют взаимоотношения православия и ислама, двух наиболее многочисленных религиозных организаций на территории России. В настоящее время во многих православных и мусульманских изданиях проводится идея о взаимообогащающем диалоге культур, подчеркиваются традиции межрелигиозной терпимости, совместной защиты единого отечества, общего труда на благо всех российских этносов и конфессий.

Интерес представляют в этой связи данные нашего мониторинга о национальном составе религиозных групп. Среди православных помимо русских (88,8%) есть и представители народов мусульманской культуры (около 1%). Соответственно среди мусульман русские составляют около 2%. Очевидно, такое сочетание национальной и конфессиональной принадлежности является следствием тесного соприкосновения православных и мусульманских народов в пределах единого российского государства. Показательно, что, по данным социологического опроса, идея воссоздания союзного государства встречает наибольшее одобрение в мусульманской среде.

Видимо, подобное явление объясняется тем, что последовавшие за распадом СССР межнациональные конфликты затронули прежде всего зоны исторического расселения мусульманских народов. Не случайна и поддержка подавляющим большинством мусульман (около 90%) девиза: "Россия - общий дом многих народов с равными правами, где никто не должен иметь никаких преимуществ". Это подтвердилось в 2002 г. во время вторжения в Дагестан чеченских сепаратистов. Дагестанские народы, не дожидаясь действий федерального Центра, дали достойный отпор радикалам-исламистам, защитив честь государства и его целостность.

Почти в каждой религиозной системе есть положения, которые дают повод для прямо противоположных действий. Проблема сводится к тому, какие именно положения священных текстов будут взяты верующими в качестве идейных ориентиров, какое направление в религии получит возможность влиять на сознание и чувства верующих.

Как показывают социологические опросы, при возникновении социальных и национальных конфликтов многие респонденты надеются на миротворческую деятельность религиозных лидеров. Правда, подобная деятельность пока мало учитывается светскими властями. Но, по данным исследований, около 60% опрошенных верят, что религия может способствовать установлению добрых отношений между представителями разных этносов. При этом треть респондентов убеждены, что глубоко верующий человек видит своего ближнего в представителе любой национальности.

Наряду с необходимостью неукоснительного соблюдения государственными органами конституционных принципов, в первую очередь равенства этноконфессиональных общностей перед законом, многое зависит от тактичного поведения должностных лиц, от взвешенного, деликатного тона устных и печатных выступлений публицистов и политиков, от позиции религиозных деятелей. Необходимо воздержаться от привнесения в религию политических компонентов, в том числе таких архаичных, как идеи монархии, шариатского суда и т.д. Разумеется, все это исключает любые попытки создания какого-либо политического образования по этноконфессиональному принципу.

Наша страна сможет избегать массовых конфликтов на религиозной почве лишь при последовательном изживании любых проявлений национально-культурной нетерпимости и развитии всех институтов светского демократического общества.

"НГ-Религии", 5 ноября 2003 г.