Отказать в праве быть родителями?

"Вот и правильно, инвалиды не должны рожать детей. Их желание иметь потомство – чистой воды эгоизм. Ведь ребенку физически неполноценных родителей, едва он повзрослеет, придется нести полный груз ответственности за них" – ответила одна дама на мои переживания по поводу того, что знакомые незрячие супруги не могут иметь детей. Кстати, по причинам, вовсе не связанным с их способностью воспринимать мир без помощи органов зрения.

Было странно слышать, что в праве быть родителями многочисленной группе людей отказывает женщина, прошедшая через восемнадцать лет мучительного ожидания беременности, через многоэтапное сложное лечение и только к сорока годам узнавшая радость материнства. Мне подумалось, что в эгоизме с озвученной ею точки зрения можно упрекнуть чуть ли не каждого человека. Ведь здоровье – величина, увы, непостоянная. Отслоение сетчатки после инсульта, инвалидное кресло после аварии, неожиданная болезнь, передавшаяся через несколько поколений (список можно продолжать до бесконечности) – кто застрахован от всего этого? Да и просто – немощная старость, когда так много шансов "стать обузой" для детей. Значит, не нужно быть эгоистами? Если бы этой точки зрения придерживались и наши родители, то просто не кому было дискутировать...

Глядя на веселого, умненького глазастого мальчугана, собирающегося в этом году пойти в школу, – сыночка другой пары инвалидов по зрению, как-то не приходит в голову размышлять о том, стоило ли его родителям семь с чем-то лет назад совершать столь "эгоистический поступок". Кстати, об ответственности: ребенок этот растет по-настоящему ответственным и заботливым. Например, когда ему было всего три года он, едва зайдя в маршрутку, бежал занимать место для мамы. Только вот разве это плохо? Разве это недостаток, если он вырастит мужчиной, умеющим нести ответственность за других, а не инфантильным "вечным мальчиком", которых сейчас массово выпускают в свет "полноценные родители"? А в общем – это самый обычный мальчишка, любящий поиграть, пошалить, как и любые его сверстники. Родители с ним много занимаются, читают книги, рассказывают сказки, лепят, играют, водят в детский театр. То есть делают все то же самое, что и любые другие мама и папа, думающие о своем ребенке.

На самом деле говорить обо всем этом как-то дико, что ли. Странно доказывать очевидное: люди, имеющие те или иные физические ограничения, – на самом деле – самые обычные и потребности, желания, жизненный уклад у них – такие же, как у тех, кто не жалуется на свое здоровье. Ну, это то же самое, как объяснять, что нет внутренней глобальной разницы между рыжими, брюнетами и блондинами. Согласитесь, звучит несколько бредово.

Хотя все-таки инвалиды отличаются от других граждан: как правило это – сильные люди. Потому, что иначе в нашем обществе им не выжить. Им снова и снова приходится доказывать: они имеют право на все, что и остальные, в том числе и на такое естественное для человека право – быть родителями.

От Альбины, у которой серьезные проблемы с опорно-двигательной системой, ушел муж. Как только узнал, что она беременна. Если бы у нее не было "группы инвалидности", окружающие бы, возможно, посочувствовали. А так – приходилось всю беременность выслушивать критику в свой адрес. Суть которой сводилась к следующему: "Это ж надо, какая наглость – захотеть стать матерью, при таком-то диагнозе!" Альбина родила двойню. Один ребенок – полностью здоров, у другого врачи подозревают детский церебральный паралич. Для любой матери это тяжелое испытание. Для матери – инвалида – испытание вдвойне. Ведь ей, кроме переживаний за ребенка, мешающих собственных болячек, приходится еще преодолевать упреки в том самом "эгоизме", в глупости, недальновидности.

Сколько подобных упреков выслушала другая женщина – инвалид, тоже с заболеванием опорно-двигательной системы. От нее тоже ушел муж. Правда, воспитывать дочь ей помогает брат – колясочник. Он – высококлассный программист, так что в материальном смысле проблем у них нет и не было. А вот что касается того самого "общественного мнения"... Но на него Екатерина давно научилась не обращать внимания. Сейчас ее дочка – студентка финансового института.

Откуда у нас это чувство всезнания и уверенности в безоговорочной правоте наших суждений? Эта привычка легко и беззаботно руководить чужими судьбами? Хотя подобное "руководство" не требует от человека никакой ответственности. Осудил, покритиковал, почувствовал себя, изнемогающим под бременем собственной мудрости, на высоте положения, – и все в порядке. Тем, кто решает помочь – труднее. Нужно не просто принять чужое мнение (а иногда сделать это очень и очень тяжело), а постараться встать, нет, не на место человека, нуждающегося в поддержке, а – рядом с ним. Как врач, здраво, правдиво объяснивший своей беременной пациентке – диабетику первой группы (то есть – с детства), что может ожидать и ее, и ребенка в течении всех девяти месяцев и после. А потом этот врач составил специальный план ведения беременности своей подопечной с учетом ее тяжелого недуга... Через девять месяцев на свет появилась симпатичная девочка. Те, кто хоть немного знают о сахарном диабете, поймут, чем и молодая мама, и доктор – рисковали. Странный человек, этот доктор, он не просто уважительно отнесся к стремлению взрослой женщины самостоятельно принимать важные решения в своей жизни, но и помог ей идти по выбранному пути. А ведь мог бы сказать: "Дура, с твоим-то заболеванием!" Эмоционально и никакой ответственности.

На форумах, в журналах, да и просто в разговорах не раз приходилось сталкиваться с формулировкой: "Прежде, чем зачать ребенка, муж и жена должны подумать, хватит ли у них здоровья родить его и воспитать". И ведь вроде бы все правильно: родительство – дело серьезное. И о своем здоровье нужно заботиться, и думать о будущем. Но вот (вернемся к тому, с чего начали) только кто твердо может сказать, что "хватит" – здоровья, сил? На самом деле – никто не может. И здесь, если быть честными сами с собой, есть два варианта – либо отчаяться и "не быть эгоистами". Либо – положиться на Бога. А когда человек уповает на Бога, ему уже не до руководства чужими судьбами. Он понимает, что и со своей-то самостоятельно разобраться не в силах.