Бригада лесорубов: три епископа и протоиерей

Памяти священномученика Иоанна (Пашина)

11 марта Русская Православная Церковь празднует память священномученика Иоанна (Пашина), епископа Рыльского, викария Курской епархии.

Священномученик Иоанн родился в 1881 году в городе Петрикове Мозырского уезда Минской губернии в семье священника Димитрия Пашина. Отец скончался, когда мальчику было всего три года, и он поселился вместе с матерью у деда, протоиерея Василия, которому стал впоследствии обязан многими христианскими качествами. В 1895 году Иван окончил Слуцкое духовное училище, в 1901 году – Минскую духовную семинарию. В том же году он женился и был рукоположен во священника Покровской церкви села Князь-Озеро Мозырского уезда и впоследствии направлен служить в Георгиевской храм в селе Прилепы.

Как пастырь отец Иоанн оказался ревностным служителем на поприще духовного просвещения народа. В 1915 году священника постигло горе – скончалась в возрасте 32 лет его супруга, и на следующий год он подал прошение о принятии его в Петроградскую духовную академию. Давая ему характеристику для поступления в академию, священномученик Митрофан (Краснопольский), епископ Минский, сказал о нем, что тот принадлежит к лучшей части духовенства. "Состоя настоятелем прихода, расположенного среди католического населения, – написал епископ, – он тесно сплотил около православного храма свою паству. Своей воодушевленной проповедью создал в приходе движение трезвости и, как идейный работник в борьбе за трезвость, принимал горячее участие в Московском противоалкогольном всероссийском съезде. Решение продолжать образование в духовной академии у него появилось сразу же после смерти жены и, вероятно, выношено было еще во время ее продолжительной болезни".

Недолго пришлось проучиться в академии отцу Иоанну – вскоре после революции 1917 года все духовные образовательные учреждения в России были властями закрыты, и он вернулся служить в Георгиевской храм. 7 апреля 1923 года епископами Минским Мелхиседеком (Паевским), Вяземским Венедиктом (Алентовым) и Гжатским Феофаном (Березкиным) он был хиротонисан во епископа Мозырско-Туровского, викария Минской епархии. Епископ Иоанн энергично принялся за духовное окормление паствы, взяв себе за правило частое посещение храмов, а также частным порядком обучал детей всему относящемуся к православной вере, преподавал им Закон Божий и разучивал с ними церковные песнопения.

В 1926 году власти арестовали ревностного епископа. На допросе он заявил следователям: "Я, как человек сильных и твердых убеждений религиозных и как епископ, вел работу в пределах установленных властью законов". 26 марта 1926 года владыка был лишен права жить в области, где был архипастырем. В Великий четверг он в последний раз отслужил Божественную Литургию и, испросив прощения у богомольцев, вышел из собора. Люди провожали епископа Иоанна до пристани, а затем еще долго шли в холодной воде за баржей, на которой увозили владыку.

18 сентября епископ Иоанн был приговорен к трем годам ссылки в Зырянский край, по окончании которой он был лишен права проживать в некоторых городах, и за ним был установлен административный надзор. Заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский) назначил его епископом Рыльским, викарием Курской епархии, где в то время правящим архиереем был священномученик Дамиан (Воскресенский).

В конце 20-х – начале 30-х годов советская власть усилила гонения на Русскую Православную Церковь; в это время она приступила к уничтожению традиционного крестьянского быта под видом организации колхозов, во главе которых стала ставить подчиненных центральному аппарату партийных чиновников. Крестьяне не приняли этих перемен и стали оказывать сопротивление, отстаивая естественную для себя форму жизни и хозяйствования. Власти обвинили в агитации против колхозов членов Русской Православной Церкви. На территории Курской и Орловской областей почти одновременно было арестовано тогда более трехсот человек – епископов, священников и православных мирян, в их числе архиепископ Курский Дамиан (Воскресенский) и епископы Орловский Николай (Могилевский) и Рыльский Иоанн (Пашин). 7 декабря 1932 года Особое совещание при коллегии ОГПУ приговорило владыку Иоанна к 10 годам заключения в концлагерь; с этого времени начался его последний скорбный путь через лагеря страны.

Люди учились в духовных училищах, семинариях и академиях, готовились послужить Церкви и Родине на поприще духовного просвещения – богословскими трудами, миссионерской и пастырской деятельностью, самоотверженным служением ближним, чтобы быть всем для всех, чтобы спасти хотя бы некоторых, но как будто ударили ранние заморозки, захватив все в цвету, – и вместо богословских и научных трудов пришлось им ограничиться перепиской с близкими людьми да беседами с единомысленниками. Вместо богословских и проповеднических трудов они оставили нам драгоценную повесть о своих злоключениях – прошедшие через тюремную цензуру письма, в которых звучит тихий, но дорогой голос исповедников и молитвенников, а вскоре и мучеников, сохранивших среди суровых испытаний не только человеческое достоинство, но и верность высоким христианским идеалам, и христианское отношение к ближним, несмотря на стремление тогда многих людей превратить в ад этот видимый мир.

"Мне уже в марте исполняется десять лет разного рода уз, – писал епископ Иоанн о своих злоключениях мученице Татьяне Гримблит, – а в лагерях уже три с половиной года. В Рыльске я отсидел срок и со дня на день ожидал получить вольную, а вместо этого экстренно взяли в Курск, далее в Воронеж, где отсидел месяца два в изоляторе – в одиночке, и месяца четыре в домзаке. В последнем условия были ужаснейшие: от тесноты и ног некуда было протянуть, и месяца два с половиной голодал. За дня три до Святой Пасхи прибыли в Темниковский лагерь. И сразу на работу – убирать и жечь сучья в лесу. Но поработал я только недели две, а затем заболел сыпняком. Отвезли в центральный госпиталь. Думал, не выживу: ведь сердце слабое, но Господь сохранил еще на покаяние. Месяца полтора лежал, а затем последовательно побывал на трех лагерных пунктах в течение года, и хотя сразу был зачислен в инвалиды, но по воле и неволе работал всякого рода работку (до 30 видов), но больше на заготовке дров. Месяца два эту работу мы исполняли маленькой бригадой: три епископа и протоиерей. Епископы: знакомый Вам владыка Николай Орловский, Кирилл Пензенский и я грешный...

В мае 1934 года очутились в Сарове, где и пробыли год. Счастье было каждый день быть на могилке преподобного Серафима, наслаждаться видом святых храмов и священных изображений на них. Снаружи святые храмы остались без изменений, и так приятно было ходить в монастырской ограде, переносясь мыслию в прошлое, и чувствовать облагоуханный молитвой воздух...

В мае 1935 года перегнали нас пешком верст за двенадцать на Протяжную – это тоже пункт Сарлага. Здесь работали с месяц на лесном складе по уборке и в лесу, а затем заболели все мы малярией, да такой жестокой... Больше месяца болел, пока не отправили в Алатырскую колонию – конечно, тот же самый лагерь. Неделю были в пути, хотя это переезд был в пределах одного Горьковского края. Что нам, не оправившимся от малярии, стоил этот переезд, можете представить. Эта колония расположена в верстах тридцати от города Алатыря... Здесь место разгрузки, отпуска домой, но мимо нас проходят сотни, чуть не тысячи людей, а нас забывают, обходят. Божия воля, покоряемся ей... О смерти думаю все больше и больше. Молитва святителя Иоасафа Белгородского на каждый час стала моей любимой молитвой: "О, Господи Иисусе Христе Сыне Божий, в час смерти моея приими дух раба Твоего в странствии суща – молитвами Пречистыя Твоея Матери и всех святых Твоих. Аминь"".

В 1937 году епископ Иоанн был отправлен в Ухтпечлаг в город Чибью Коми области. За время последних пересылок, когда разрывалась связь с близкими людьми, он ниоткуда не получал ни посылок, ни писем, так что одежда его пришла в совершенную ветхость, а ботинки рассыпались, и на новом месте в лагере он ходил, как когда-то крестьяне, – в лаптях.

2 декабря 1937 года в бараке, где жил владыка, был произведен обыск, и у него изъяли пять церковных книг и тетрадь; в тот же день он был арестован и заключен во внутреннюю лагерную тюрьму. 14 декабря следствие было закончено. Епископ был обвинен в религиозной деятельности, в том, что вместе с другими молился и хранил религиозные книги и записи.

5 января 1938 года тройка НКВД приговорила епископа Иоанна к расстрелу. Владыка был расстрелян 11 марта 1938 года и погребен в общей безвестной могиле.

Полный текст жития опубликован в книге "Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века, составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Февраль". Тверь, 2005.

Для желающих приобрести книги: тел.: 8 (916) 032 84 71

e-mail: at249@mail.ru