Преимущественный ценз. Издатели бьют тревогу: православная цензура набирает обороты

Шведская писательница Сельма Лагерлеф – первая женщина, которой дали Нобелевскую премию. В 1909 году она стала лауреатом по литературе. В России больше всего известна ее детская книжка "Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями". А спустя сто лет одна из ее книг получила другое признание – гриф "Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви". "Красношейка. Пасхальное сказание" – христианская притча о птице, которая из милосердия вытащила терновый шип из венца на голове распятого Христа. Правда, эту книгу издательский совет рекомендовал доработать с учетом замечаний рецензента.

Это произошло в конце января. А в октябре прошлого года за нравственную проблематику одобрение Московской патриархии получила "Хижина дяди Тома" Гарриет Бичер-Стоу. Обе книги переиздал Сретенский монастырь, настоятелем которого является известный своими консервативными взглядами церковный деятель архимандрит Тихон (Шевкунов).

Теперь эти книги могут смело продавать все церковные книжные лавки. С прошлого года запущен механизм церковной цензуры, который определяет, какие книги можно продавать в храмах РПЦ, а какие нет. Этим занимается Издательский совет Московской патриархии во главе с митрополитом Климентом (Капалиным). Правда, сам митрополит не уверен, что церкви надо рецензировать светские книги и продавать их в храмах. "Нам что, не хватает книг духовного содержания? А эти книги и так продаются на каждом углу", – рассуждал митрополит в разговоре с Newsweek.

Впрочем, главная задача церковной цензуры, как ее сформулировал сам патриарх Кирилл на Архиерейском совещании, в другом: "Надо ограничить поток некачественной, а порой и псевдоправославной, с элементами оккультизма литературы, становящейся угрозой церковному миру".

По данным сайта Издательского совета, за полгода он рассмотрел почти 400 книг, большинство которых предоставили сами издательства. На прошлой неделе был впервые обнародован список опасных книг. Их пока всего восемь. Среди них – опус скандально известного архимандрита Петра (Кучера) из Свято-Боголюбского монастыря "Блюдите убо, како опасно ходите". В нем он описывает чудеса, происходившие с ним в жизни, в частности, встречу со святым Иоанном Предтечей, который лежал на лестничной клетке дома в свитке из верблюжьей шерсти с солдатским ремнем, синих брюках и хромовых сапогах. Коллегия по рецензированию и экспертной оценке рассудила, что эта и еще семь других книг противоречат православному вероучению.

Все восемь книг были представлены на рассмотрение миссионерским отделом Санкт-Петербургской епархии – видимо, как раз с тем, чтобы их запретили. Из остальных книг, предоставленных издательствами, только две вызвали неодобрение Патриархии. Они не признаны опасными, но не получили грифа "Одобрено". В частности, рецензент Марина Жилкина не пропустила книгу известного православного искусствоведа Ирины Языковой совсем не по богословским причинам. Она просто назвала ее стиль изложения "советским". Еще две книги – это "Исцеление святым крестом" и "Богородица. Полная энциклопедия жизни и чудес". Обе – издательства "Эксмо".

"Исцеление", выпущенное в 2007 году, "Эксмо" рекламирует как "книгу для страждущих и для тех, кого измучила болезнь", которая рассказывает о примерах излечения и о традиции крестных ходов. Но Издательский совет эта благочестивая аннотация не убедила. В интернет-магазинах книга продается в одном разделе с оккультными трудами "Магия друидов" и "Биолокация: Самоучитель для начинающих".

"Отрицательный отзыв на эту книжку для нас не стал неожиданностью. И я бы сам дал ей еще более резкую оценку", – говорит руководитель направления "Религия" издательства "Эксмо" Андрей Богословский. Он уверяет, что не отправлял книгу в Издательский совет за положительной визой и не собирался ее переиздавать: "Видимо, она кому-то попалась на глаза, вот и вынесли очевидное заключение".

За "Полную энциклопедию жизни и чудес" – в кожаном переплете, из серии "Дорогие книги для дорогих людей" – ему обиднее. Книга получила от ворот поворот. Отказано и в грифе "По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла", и в грифе "Разрешено к печати Издательским Советом Русской Православной Церкви". Причина сформулирована пространно: "Ввиду существенных недостатков представленного издания".

Богословский говорит, что согласен только с одной претензией: на обороте титула не указано, что книга составлена на основе трудов известного дореволюционного писателя Евгения Поселянина. К остальным претензиям рецензента Марины Жилкиной у Богословского есть вопросы. "Почему нельзя написать про Богородицу "Мария была беременна"?"" – удивляется редактор. Рецензент утверждает, что ни один православный человек не приемлет никакой другой формы речи, кроме как "носила во чреве плод". Другая придирка состоит в том, что некоторые церковные термины и понятия написаны не с большой, а с маленькой буквы.

Две другие книги "Эксмо" прошли цензуру без проблем. Это неудивительно – обе написал митрополит Иларион, правая рука Патриарха. Одна из них, "Патриарх Кирилл: жизнь и миросозерцание", уже стала бестселлером. Богословский признает, что гриф Московской патриархии открывает для любой книги доступ на церковный рынок и "потенциал у этого рынка огромный". С таким грифом тираж книги легко вырастает на несколько тысяч экземпляров.

Впрочем, церковные лавки торгуют не всеми православными книгами, написанными известными и признанными священниками. Например, "Эксмо" недавно выпустило "Начало пути христианина" протоиерея Александра Борисова, которого в 1990-х годах православные консерваторы критиковали за либерализм. В самой Патриархии к нему нет претензий, но многие крупные московские православные книготорговцы все равно отказываются распространять его книгу. "Зато мы сейчас ее в "Ашане" будем продавать, и с большим успехом", – уверяет Богословский.

Первые шаги цензуры вызывают противоречивую реакцию даже внутри Патриархии. Многие эксперты считают правильным ограничить поток псевдоправославной литературы в церковных сетях, но сомневаются, что цензура в итоге пойдет на пользу.

Критерии, которыми руководствуется Издательский совет, непонятны. Многие издатели, в том числе и православные, жалуются на непрозрачность рецензирования. На сайте совета есть список членов экспертной коллегии, которые визируют рецензии, но о самих рецензентах почти ничего не известно. При этом все они работают на общественных началах, то есть зарплаты не получают и формальной ответственности за принятые решения не несут.

Собеседник в Московской патриархии говорит, что есть три рецензента. За февраль через них прошло 128 книг, то есть в день каждый должен был отрецензировать две книги за один рабочий день. Среди которых не только брошюры, но и многотомные собрания сочинений.

"Зачем рецензировать сочинения святых, – удивляется собеседник в Патриархии. – И главное, кто их рецензирует! Чиновники и какие-то семинаристы". 11 февраля коллегия приняла сразу два решения по трудам святителя Игнатия Брянчанинова. Сначала одобрили переиздание его собрания сочинений в семи томах издательством "Ковчег", а потом и двухтомника в издательстве "Сибирская Благозвонница". "Логика одна – это хороший бизнес", – объясняет источник, близкий к Издательскому совету. По словам Богословского, отрецензировать один авторский лист стоит 500 рублей. "Значит, за собрание святителя Игнатия взяли тысяч сто", – подсчитал собеседник в Патриархии.

"В первую очередь с этими барьерами может возникнуть пул избранных издательств, а это приведет к переделу православного книжного рынка, – говорит собеседник Newsweek, близкий к Издательскому совету. – И это будет ударом по ассортименту и, как следствие, по объемам продаж". Он считает, что обеспечить реально широкий и качественный ассортимент сегодня не могут даже все православные издательства, вместе взятые. Newsweek подсчитал, что на три издательства: прихода храма Сошествия Святого Духа, Сретенского монастыря и "Ковчег" – приходится 60% одобрительных рецензий Издательского совета. А издательств было больше полусотни.

"Митрополит Климент – известный церковный администратор, но гуманитарной проблематикой он никогда не занимался, и его жесткие административные методы могут привести к обеднению современной православной культуры", – объясняет опасения издателей собеседник Newsweek в одном из крупных церковных издательств. Пока для церковной цензуры есть только одно исключение из правил – это сам Патриарх. Его рецензировать никто не решается. Но если есть одно исключение, возможно, появятся и другие.

Митрополит Климент значительно расширил сферу деятельности цензурного совета. Например, они рецензируют музыкальные диски и киносценарии. В прошлом году был одобрен киносценарий по рассказу Николая Лескова "Пугало", а в этом – сценарий по романам Валерия Ганичева "Святой праведный Феодор Ушаков" и "Росс непобедимый". Ну а накануне Нового года грифом Издательского совета обзавелся даже календарь, который подготовил к выпуску Промсвязьбанк.