Чудо в сердцах людей

О фильме Владимира Хотиненко "Поп" ...

Жизнь и деятельность православного духовенства в годы Великой Отечественной войны – тема, к которой российский кинематограф ещё не обращался. И, вот, на экраны кинотеатров 4 апреля выходит фильм "Поп", рассказывающий о служении некого отца Александра Ионина в захолустном псковском селе Закаты во время фашистской оккупации. Фильм художественный, но практически все ключевые эпизоды картины происходили в действительности. Они взяты из реальной жизни и деятельности священников так называемой Псковской миссии, которые возродили в 1941-1944 годах Православие на территории оккупированных фашистами Псковской и частях Новгородской, Ленинградской, Великолуцкой и Калининской областей.

Фильм Владимира Хотиненко *Поп*Так, показанное в фильме окормление священником Александром Иониным лагеря советских военнопленных мы можем сравнить с опубликованными в "Записках миссионера" воспоминаниями священника Псковской миссии Алексия Ионова: "...я постарался вступить в контакт с военнопленными и хоть чем-нибудь помочь им. Я взял под свой протекторат небольшой лагерь под К. Там было не больше 200 человек. Все, что мы могли с помощью населения сделать – это сварить для этих несчастных дважды в неделю мало-мальски приличный обед, состоявший, конечно, из одного блюда... Но и это было уже много: смертность в лагере заметно уменьшилась <...> Добился я и разрешения совершить для военнопленных Пасхальное богослужение. Правда, оно, по требованию начальника лагеря, было совершено в храме, откуда предварительно все остальные должны были выйти; двери храма охранялись вооруженными солдатами, но, тем не менее, человек 300 военнопленных, по личному желанию, наполнили наш храм, и для них было совершено специальное Пасхальное богослужение. С каким волнением я его совершал. Я произнес слово, в котором убеждал их не падать духом, помнить, что их матери молятся о них... При упоминании о матерях у многих на глазах показались слезы. Со слезами на глазах слушали военнопленные и радостные пасхальные песнопения. Оделяя каждого не одним традиционным, а четырьмя-пятью яичками – их принесли накануне верующие люди, как только я объявил им о богослужении для военнопленных, – я приветствовал всех обычным: "Христос Воскресе!" И все, как один, отвечали: "Воистину Воскресе!" Это были бойцы красной армии, попавшие в плен в 1941-1942 году".

Другой священник, протоиерей Петр Кудринский до осени 1943 года обслуживал даже четыре лагеря военнопленных: "Каждое воскресенье я совершал богослужения в лагерях по порядку. Помимо этого я мог посещать лагеря в любое время и при известных условиях беседовать с военнопленными с глазу на глаз". Более того, около 25 человек были даже освобождены по ходатайству отца Петра, лишь с августа 1943 года он потерял эту возможность.

Одна из тяжёлых сцен фильма – казнь партизан, после которой отец Александр Ионин выгоняет из своего дома оберста Фрайгаузена. Основой для неё могли послужить воспоминания того же отца Алексия Ионова: "...Вспоминаю и ряды повешенных уже немцами девушек-комсомолок и пареньков за связь с этими партизанами. Первый раз в жизни я увидел это жуткое зрелище. На базарной площади среди бела дня. В состоянии оцепенения вернулся домой. Жена церковного старосты испуганно спрашивает: "Что с Вами?" Мое лицо обезображено страшной судорогой... Не так просто смотреть на повешенных! Дома меня ждут немецкие офицеры из отдела пропаганды. Видите ли вы, они хотели бы узнать мое мнение, мнение священника: следует ли продолжать вешать людей на базарной площади или нет? И какое это производит впечатление на местное население? Я чуть не кричу, чтобы они меня оставили в покое, сейчас же оставили мой дом, что я именно, как священник, никому не могу давать советов, как удобнее приводить в исполнение приговоры военно-полевого суда; как они этого не понимают?! Смущенные офицеры покидают меня, заверяя, что они не хотели меня расстроить, они хотели только узнать одно, как лучше?.."

Видно, что и автор романа "Поп" Александр Сегень, и режиссер кинофильма "Поп" Владимир Хотиненко основательно изучили сохранившиеся документы и воспоминания о событиях на территории деятельности Псковской миссии и постарались, насколько это возможно, воссоздать реальную картину жизни православного священника на оккупированной территории.

Неизбежно сравнение почти документального фильма Хотиненко с вполне фантастическим фильмом "Остров" Павла Лунгина. "Остров" в своё время многие зрители восприняли на "ура!" По поводу "Попа" такого безоглядного восторга скорее всего не будет. В "Острове" главным героем является юрод, человек совершенно неадекватного поведения, открыто не желающий жить нормальной церковной жизнью, по церковным правилам и установлениям. Нынешний кинозритель в своём большинстве также совершенно не желает жить нормальной церковной жизнью, поэтому Мамонова в образе юродствующего "старца Анатолия" воспел и прославил. При этом даже не обратил внимание на то, что прославил труса и дезертира, всю жизнь скрывающегося от правосудия в монастыре. Лунгину стоило только наделить героя своего фильма прозорливостью, способностью изгонять бесов и творить чудеса, и зритель полностью потерял способность критически осмыслить увиденное.

В "Попе" дешёвые трюки, рассчитанные на православного обывателя, отсутствуют. Священник вполне обычный, бесов не изгоняет, чудес и исцелений напоказ не совершает, прозорливость в отношении грядущего прорыва трубы в советском учреждении тоже не демонстрирует. Всего лишь веру в победу над фашизмом – но этого же зрителю мало! То ли дело – труба. Скучно даже... Служит себе священник, с людьми общается, помогает кому-то, убеждает кого-то... Больше – примером своей жизни. Своих детей воспитал четырёх, сирот целую кучу под опеку взял, еврейку крестил и приютил. Священноначалию верит, каноны чтит, живёт нормальной и семейной, и церковной жизнью. Для многих современных кинозрителей именно это будет вызывать неосознанную отрицательную реакцию на фильм. Для самооправдания слова, конечно, найдутся другие. А ведь фильм показывает реальное чудо. Это чудо совершается в сердцах людей, окружающих отца Александра. В них возрождается вера. На таких отцах Александрах держится приходская жизнь и в будни, и в экстремальные времена. И Владимир Маковецкий сыграл образ священника вполне убедительно.

Немецкие оккупанты показаны в фильме вполне в духе советского и современного российского патриотического кино. Не хочется на них подробно останавливаться. Больше моё внимание привлекли полицаи и партизаны. Полицаи в фильме – молодые ребята, служащие оккупантам. Священника, которого вроде бы привезли эти самые оккупанты, полицаи особо не жалуют. Почему? Так ведь полицаи-то выросли при советской власти, они воспитаны ею в безбожии. Тысячу раз прав Достоевский, утверждавший, что если для человека Бога не существует, то ему возможно всё, возможно любое преступление. Полицаи отнюдь не страдают от поражений родной советской власти, их вырастившей. От новой власти они получили больше: оружие и статус "первых парней на деревне". Они живут себе, они вполне довольны своим привилегированным положением, они пьют самогон и тискают девок. Поп им не нужен, как не был нужен и в советское время. Нужен он становится только тогда, когда совесть начинает напоминать совершенные преступления, начинает бередить душу. Это довольно верно показано в фильме.

Партизаны – такие же молодые ребята. Они такого же советского воспитания. Они такие же безбожники, как и полицаи. Поп раздражает их так же, как и полицаев. Первоначально раздражает даже больше. Убили бы, как пособника оккупантов. На эти чувства накладываются и "личные счёты". Молодые партизаны – это поколение, полностью выросшее при советской власти. Другой жизни они не знают вовсе. Это поколение с перевёрнутым мировоззрением: оно возмущено тем, что клуб переделали в церковь. О том, что когда-то раньше церковь переделали в клуб, они даже не задумываются. Я, мол, в этом клубе кино смотрел, я в нём танцевал и в любви объяснялся, а теперь в "святом" для меня месте – какой-то поп! К стенке его! (Кстати, подобное перевёрнутое мировоззрение можно встретить и сегодня в Калининграде: завсегдатаи дискотеки и ночного клуба "Вагонка" вполне искренне возмущаются намерением использовать это здание по первоначальному назначению, то есть в качестве храма. "Деятели культуры" Калининграда вполне искренне негодуют по поводу намерения использовать кирху Луизы в качестве культового здания. Они привыкли уже к тому, что это здание – кукольный театр). И, если отношение партизан к священнику меняется к лучшему, то только потому, что отец Александр оказывается действительно православным русским священником, патриотом Святой Руси. Партизаны это увидели, и впоследствии даже пытаются оправдать попа перед своим комиссаром. В сердцах партизан рождается вера.

О комиссаре разговор особый. Разговор и о самой породе этих идейно свирепых людей, которые сразу после освобождения какой-либо территории начинали чинить суд и расправу, а то и просто расправу без суда. Здесь лучше самому прочитать сохранившиеся подлинные воспоминания людей, пострадавших от этих комиссаров-освободителей, прошедших после войны через тюрьмы и лагеря.

Есть, конечно, в фильме моменты исторического плана, на которые неизбежно придётся обратить внимание. Так, в начале фильма несколько раз особо подчёркивается, что война началась в День всех святых. Это не совсем так. Точнее, совсем не так. День всех святых празднуется в первое воскресенье после дня Святой Троицы (в 1941 году – 15 июня), а во второе воскресенье после Троицы празднуется День всех святых, в земле Российской просиявших. Война началась во второе воскресенье после Троицы, 22 июня, в день особой памяти русских святых. На это обстоятельство верующие обратили внимание сразу и сразу дали ему оценку. Широко известны слова архимандрита Иоанна (Шаховского) о метафизической символике начала войны против атеистической страны именно в день памяти русских святых.

Опыт показывает, что и сегодня находятся люди, агрессивно подавляющие любой даже намёк на то, что война была попущена Богом именно за политику государственного атеизма, начатую в 1917 году. Так, в прошлом году в СМИ поднялся ожесточенный гвалт по поводу слов Святейшего Патриарха на эту тему. Видимо, по сей причине создатели фильма и решили, "страха ради иудейска-коммунейска", не акцентировать внимание на подлинном церковном названии дня начала войны.

Неверным мне видится использование в фильме пропагандистской версии ещё советских времён об инициативе создания Псковской миссии немецкими властями. Эта версия в фильме проводится через образ оберста Фрайгаузена, чиновника для особых поручений аж самого Розенберга. Сохранившиеся документы того периода показывают, что в первые месяцы войны у немецкого командования планы и намерения были другие. Так, в конце июля 1941 года Гитлер издал свои директивы о церковной политике на Востоке. Суть их такова: "Религиозную или церковную деятельность гражданского населения не следует ни поощрять, ни препятствовать ей. Военнослужащие Вермахта должны держаться в стороне от таких мероприятий". Таким образом, немецкие власти принципиально не могли быть инициаторами создания Псковской миссии. Они просто не стали мешать ей.

Далее... Псковская миссия действовала не на территории рейхскомиссариата "Остланд", а в зоне управления военной администрации – в тыловой области группы армий "Север". Поэтому Альфред Розенберг не имел реальных рычагов власти для проведения своей политики на этой прифронтовой территории. Не мог на Псковщине действовать и представитель Розенберга, подобный оберсту Фрайгаузену. Оберст Фрайгаузен является самым вымышленным персонажем почти документального фильма. Это можно видеть, например, по неудачной попытке перевести православные богослужения на территории Псковской миссии на григорианский календарь. Отец Алексий Ионов вспоминал следующее: "Как-то меня вызвали в штаб дивизии. С недоумением я явился туда. Здесь мне предложили перейти, не больше не меньше, на новый стиль, т. е. праздновать наступающее Рождество Христово по Григорианскому календарю, принятому на Западе. Юлианский стиль, принятый в России и по которому в течение тысячелетия русский народ отмечал все церковные праздники, этим самым предложением – по-военному – упразднялся. Я категорически отказался исполнить требование немцев. Тогда меня вызвали к генералу, командовавшему дивизией. Джентльмен по внешности и манерам, он мне объяснил, что получил такую директиву из штаба Розенберга и что ее необходимо провести в жизнь, так как новый стиль принят в "Великой Германии". Я ответил, что здесь еще не "Гросс-Дойчланд", что мы находимся в оккупированных областях России, что русские люди имеют свои тысячелетние традиции и что их надо уважать, ибо это дело совести. "Я вас понимаю, – ответил генерал любезно, – но что же делать с директивой из Берлина?" Я дал понять, что лучше всего ее было бы спрятать под сукно. Фактически так и было сделано. Мы праздновали Рождество Христово по старому стилю. Меньше всего я приписываю этот "дипломатический" успех своему личному влиянию. У армии, безусловно, были свои счеты с Остминистериумом пресловутого Розенберга".

Итак, Псковская миссия являлась детищем митрополита Сергия (Воскресенского), а не немецких властей, как можно ошибочно понять из фильма. Митрополит Сергий, конечно, мог попросить у немцев разрешения отправить группу священников в Псков. Даже – обязан был просить разрешения, из-за условий военного времени. Он мог попросить у немецких военных автобус, чтобы доставить этих миссионеров в Псков из Риги. Своего-то транспорта у него не было. Немцы могли выделить охрану для автобуса. Они могли контролировать перемещения миссионеров, их деятельность. Но организовать миссию они принципиально не могли. Они и не ставили перед собой такой задачи.

Слишком категоричным выглядит утверждение (хотя это утверждение – короткая фраза вскользь) фильма о том, что митрополита Сергия ликвидировали 29 апреля 1944 года немцы. Есть и другая версия, имеющая право на существование: митрополит Сергий был убит советскими диверсантами, одетыми в немецкую форму. И эта версия более вероятна. Следует учитывать, например, что немецкие власти при необходимости расправлялись с православными священнослужителями демонстративно открыто, по-немецки "законно". Так, глава Православной церкви Чехии епископ Горазд был расстрелян, а Чешская Православная церковь уничтожена после обнаружения в крипте кафедрального собора Праги скрывающихся диверсантов, убивших Гейдриха. При этом вся необходимая формальная процедура была соблюдена: следствие, приговор... Глава Сербской Православной церкви патриарх Гавриил и другие сербские иерархи были помещены в концлагерь Дахау с соблюдением всех формальных процедур. Следует обратить внимание и на то, что с советской стороны разведывательно-диверсионной деятельностью за линией фронта руководил Павел Судоплатов, имевший богатый опыт ликвидации политических противников советской власти. Так, он в своё время организовал ликвидацию Троцкого. В годы войны агенты Судоплатова, одетые в немецкую форму, вполне могли средь бела дня подойти на улице города к какому-нибудь немецкому губернатору и прилюдно расстрелять его. Так поступал, например, Николай Кузнецов на Западной Украине. Агенты Судоплатова вполне могли, будучи одеты в немецкую форму, расстрелять и митрополита Сергия на шоссе между Вильно и Ковно.

Митрополит Сергий (Воскресенский) был не удобен ни немцам, ни советской власти. Он проявил слишком большую самостоятельность, воспользовавшись ситуацией и энергично восстановив Православие в обширном регионе. А объективная информация о деятельности Псковской миссии и по сей день служит власти укором. Так, в 1941 году на Псковщине было организовано даже преподавание Закона Божия в школах, чего в нынешней России нет по сей день! Впрочем, тема Псковской миссии служит для фильма "Поп" более фоном для показа образа священника. Образ удался. Фильм "Поп" поставлен добротно. Он, несомненно, является очередным успехом режиссёра Владимира Хотиненко и найдёт признание у российского зрителя.