Не для слабонервных. Журналистка в целях эксперимента прошлась по Москве в хиджабе

Теракты сильно осложнили жизнь мусульманкам, особенно в Москве. На прошлой неделе они даже вышли на акцию "Ислам против террора". Девушки признаются, что в последнее время стараются лишний раз не выходить из дома, чтобы не стать жертвой ксенофобов, которые стали чаще нападать на них. Наш корреспондент прошлась по улицам Москвы в хиджабе и на себе ощутила, как изменилось отношение к обычным исламским девушкам.

Можно ли мусульманкам обойтись без своего традиционного одеяния? "Ни в коем случае. Хотя оно не входит в 5 столпов ислама, тем не менее обязательно", – говорит представитель Российского конгресса народов Кавказа Ася Исраилова, хотя единого мнения на этот счет нет. "Покров головы – дело добровольное. Если есть угроза для жизни, его лучше снять или заменить капюшоном", – объясняет продавщица мусульманской одежды, пока я беру у нее черный хиджаб.

Угроза действительно есть. Две женщины в платках ехали в московском метро. К ним подскочил мужчина, выхватил сумки, вытряхнул вещи. Бомб внутри нет, убедился он и вытолкал из вагона, когда поезд подъехал к станции. "Надо быть бдительным", – оправдывался он перед пассажирами. Впрочем, это было ни к чему: никто даже с места не встал. На другом перегоне другой мужчина бил девушку в хиджабе до тех пор, пока она сама не выбежала на перрон. На этот раз соседи по вагону не смолчали, а осуждающе комментировали: мол, слабовато, сильнее бейте. Подобные взрывы ненависти – беда не только столицы. В Саратове молодые люди, ругаясь, пинали в грудь и спину школьницу. "Да она длинную юбку носит, нам это не нравится", – объяснили потом юноши в отделении.

Но я рискнула и иду в хиджабе по оживленному району столицы. Смотрят все! Кто-то отворачивается, кто-то переходит на противоположную сторону. Камень в спину никто не кидает, но многие не скрывают неприязни. Спускаюсь в метро. Прошу кассиршу билет на одну поездку. Она вздрагивает, кидает мне деньги обратно и не продает. В соседней кассе мне повезло больше: кассирша дала билет и тут же куда-то убежала. На платформе люди отходят от меня подальше, но все молчат. Когда прибывает поезд, одна блондинка замирает у дверей и вскакивает в вагон в последний момент, поняв, что я с ней ехать не собираюсь.

Иду на выход. Поднимаясь по эскалатору, замечаю, что по соседнему спускаются милиционеры с собакой. Один из них показывает на меня пальцем и что-то говорит остальным. Может, их вызвали кассирши? Они едут вниз, я уже еду вверх и оказываюсь на привокзальной площади.

Там стражам порядка до меня особого дела нет. "Скажу по секрету, усиление у нас официально сняли 15 апреля, а неофициально – еще раньше", – признается дежуривший у ж/д путей милиционер. Он очень рад, что для него эта нервотрепка с проверками закончилась. Досматривать меня он не стал: "Нужен детектор, а детектора нет, да и обыскивать женщин должны женщины, а их у нас в отделении нет". Паспорт спрашивать и вовсе глупо, потому что "возьмешь его у шахидки, она тебя тут же взорвет, точно, я же телевизор смотрю". Правда, милиционер признался, что начальство все же велит следить за мусульманками с большими сумками. Про участившиеся нападения на них слышали, но насчет какого-то присмотра с целью защиты распоряжений нет.