В последний месяц одной из наиболее широко обсуждаемых проблем, связанных с Церковью, стал вопрос о возможной передаче ей изъятого в советские годы имущества. Общественность волнует, способна ли Церковь адекватно распорядиться тем, что будет ей возвращено, и в первую очередь – способна ли она сохранить предметы, представляющие особую культурную ценность, нуждающиеся в постоянном внимании специалистов.
Начиная разговор о проблеме возвращения церковной собственности, необходимо сначала разобраться, что же на данный момент в данном направлении предпринимает государство. Дело в том, что законодатели сейчас ведут работу над документом, затрагивающим права собственности не только Русской Православной Церкви, но и всех религиозных организаций. Однако, вопреки слухам, ни музейных, ни архивных, ни библиотечных фондов новый закон не коснется. Его задача гораздо уже – создать единый порядок передачи храмовых помещений. Сложность состоит в том, что сегодня действующие церкви и монастыри официально не принадлежат общинам верующих, а лишь переданы им в пользование. Собственниками же их при этом могут быть федеральные, местные или муниципальные власти, а то и вовсе отдельные частные организации и лица. Разумеется, что все это порождает серьезный беспорядок, а порой и конфликты. Фактически ничто не мешает законным собственникам забрать назад тот или иной храм или даже монастырь, а потом продать его третьей стороне. С другой стороны, сам процесс передачи религиозным организациям имущества в нынешнем виде зачастую бьет по тем, у кого помещения изымаются ради возвращения их Церкви.
Исправить этот пробел в законодательстве и навести порядок в сфере имущественных прав конфессий – вот основная цель готовящегося нового закона. В частности, помимо порядка оформления прав собственности на недвижимость "религиозного назначения" в законе четко прописано, в какой срок и как выселяемым из бывших храмов и монастырей организациям должны будут предоставляться новые помещения.
А вот о древних иконах и других особо ценных предметах древнерусского искусства ни в этом, ни в каком-то другом законопроекте речи не идет. Более того, в первой же главе нового закона еще раз отмечается, что вопросы передачи музейных экспонатов будут и впредь регулироваться действующими уже много лет нормативными актами.
Таким образом, проблема судьбы церковных святынь, находящихся в музеях, остается, и споры вокруг этих ценностей будут продолжаться. Ведь Церковь продолжает напоминать: главное назначение икон в том, чтобы перед ними молились, а музейные работники продолжают переживать за судьбу уязвимых экспонатов. Однако при всем мощном накале этой полемики опыт показывает, что и Церковь, и музейное сообщество все-таки слушают друг друга и стремятся найти выход из трудной ситуации.
Обеим сторонам очевидно: проблему нельзя решить быстро.
– Церковь опасается поспешных решений, ведь менее всего в гибели православных святынь заинтересованы сами православные верующие, для которых эти предметы представляют не только культурную, но и сакральную ценность, – напоминает председатель Синодального информационного отдела Московского Патриархата Владимир Легойда.
На прошедшем в Москве круглом столе с участием представителей Церкви и музейного сообщества Председатель Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин прямо заявил, что, по его мнению, "Троица" Андрея Рублева должна остаться в Третьяковской галерее. Отец Всеволод отметил, что и другие святыни, требующие постоянного внимания реставраторов и особых условий хранения, лучше оставить в музеях, предоставив возможность иногда совершать перед ними богослужения.
Нельзя сказать, что это абсолютно новый для нашей страны опыт. К примеру, при Третьяковской галерее в Москве уже много лет действует храм. Оставаясь частью музея и работая по музейному распорядку, он, тем не менее, позволяет совершать регулярные богослужения, имеет своего настоятеля и постоянных прихожан...
Разумеется, бывает и так, что между музейщиками и представителями духовенства на местах возникают конфликты. Этот факт лишний раз подтверждает, что столь сложная сфера вопросов не может регулироваться исключительно из центра, ведь каждый раз конкретные музеи и конкретные представители Церкви находят выход из конфликта самостоятельно, учитывая особенности каждой отдельной ситуации.
Положительный пример здесь демонстрирует, к примеру, Троице-Сергиева Лавра, наместник которой архиепископ Феогност признает, что отнюдь не всегда отношения Лавры и музея были ровными, однако в результате обеим сторонам удалось достичь консенсуса.
– Сначала у нас действительно было определенное ожесточение друг против друга и каждый был преисполнен чувства собственной правоты, – говорит владыка. – Но в результате более близкого знакомства я просто зауважал людей, работающих в нашем музее, за их самоотверженность. Сегодня вопросы реставрации решаются у нас всегда совместно, однако последнее слово традиционно остается за представителями Росохранкультуры.
В России существует и определенный опыт создания полностью церковных музеев, когда Церковь целиком принимает на себя моральную и юридическую ответственность за сохранение ценных предметов. Хороший пример здесь – Ипатьевский монастырь в Костроме: обитель из своих средств оплачивает работу светских специалистов-музейщиков, следит за соблюдением всех необходимых норм.
Еще один вопрос – личные отношения духовенства и музейщиков. Об этом не так давно в интервью телеканалу "Россия 1" говорил сам Святейший Патриарх Кирилл:
– Нельзя, чтобы музейных работников отлучали от сокровищ, для сохранения которых они сделали очень многое, – отметил он. – мы предлагаем продумать такую модель, которая никого не будет лишать занятия всей его жизни и тем более куска хлеба. Необходимо, чтобы мы все вместе работали над сохранением наших национальных ценностей.
Именно эти слова, произнесенные главой Церкви, отражают ее официальную позицию в данном вопросе. Вопреки сообщениям СМИ и выступлениям отдельных деятелей, представляющих различные позиции, сама Церковь стремится к сотрудничеству с музеями, а не к противостоянию. И это единственно возможная конструктивная позиция.
Источник: Фома
