И все-таки культурология...

Как ненавязчиво воспитать толерантность

В распоряжении "НГ-религий" оказались учебные пособия по экспериментальному курсу "Основы религиозных культур и светской этики". Уже почти два месяца четвероклассники в 19 регионах Российской Федерации знакомятся по этим книгам с духовными традициями нашей страны. Теперь и читатели смогут узнать, что же содержится в этих пособиях, в одночасье ставших дефицитом. Лет 20, наверное, не было такого, чтобы книги стало невозможно достать даже на развалах черного рынка. Издательству "Просвещение" пришлось выпустить дополнительный тираж, чтобы с пособиями могли ознакомиться журналисты и квалифицированные рецензенты.

Как нам стало известно, комплект учебных пособий причастные к его созданию специалисты между собой называют "орками". От ОРК – основы религиозных культур. Как подмечено классиком, если уж что "припечатало" острое русское слово – это явление получает в народе признание и начинает жить своей собственной жизнью. Журналистам остается за этой жизнью следить.

"НГР" предлагает свой разбор учебников по основам религиозных культур, причем последовательность рецензий повторяет востребованность того или иного модуля учащимися – по их собственному или их родителей свободному выбору. Завершает наш спецвыпуск "Печатного дела" обзор интерактивных электронных приложений к пособиям курса.

Беглов А.Л., Саплина Е.В., Токарева Е.С., Ярлыкапов А.А. Основы мировых религиозных культур. 4–5-е классы: Учебное пособие для общеобразовательных учреждений. – М.: Просвещение, 2010. – 80 с.

О культурологии в рамках школьного "религиозного эксперимента" говорили все – и верующие, и неверующие. А по-настоящему культурологическим получилось лишь пособие "Основы мировых религиозных культур".

Книгу в соавторстве с тремя историками религии (Евгенией Токаревой, Алексеем Бегловым и Ахметом Ярлыкаповым) готовила методист и педагог Елена Саплина. Это было очень удачное решение, позволившее сбалансировать учебник в плане структуры и языка, сделать пособие профессиональным, без методического дилетантизма, авантюризма и произвола (свойственных, например, учебнику по "Основам православной культуры").

Перед авторами стояли серьезные задачи, с которыми они справились. Например, по тексту всей книги они выдерживают темп и стиль повествования, то есть контролируют процесс перевода, в общем, сложных тем на язык, понятный десятилетнему ребенку. С одной стороны, они не впадают в академизм (впрочем, возможно, слово "ритуал" звучит слишком тяжеловесно, и его можно было заменить словом "обряд"). С другой стороны, умышленно не занижают интеллектуальную планку своей аудитории.

С педагогической точки зрения структура учебника оптимальна. Это скорее теория культуры, а не история культуры. У авторов были два подхода на выбор: либо последовательно рассказать о буддизме, иудаизме, христианстве, исламе, либо сделать разбивку по "общим местам" – молитвы в четырех религиях, паломничество, священнослужители, основатели, отношение к труду, этика и проч. Они выбрали второй путь – и поступили верно. Таким образом религия предстает перед школьником как единый феномен. Более того, таким образом школа воспитывает толерантность – причем ненавязчиво, опосредованно.

Собственно, ненавязчива сама педагогичность книги. Она в основном рассказывает о чем-то новом для ребенка, а не говорит ему: "Будь!", "Делай так, не делай эдак!", "Вот видишь, как оно бывает, если не делаешь того-то и этого!" То есть школьник, читающий книгу, воспринимается не как пластилин для этической лепки, а как личность, способная сделать правильный вывод из правильно, интеллигентно поданной информации.

Ученому, берущемуся за неакадемическую работу (например, за написание популярной книги, школьного учебника или даже газетной статьи), бывает сложно идти на жертвы. Он ведь влюблен в предмет своего изучения. Все ему кажется важным. Сложное кажется увлекательным, предельно сложное – предельно увлекательным. Тринитарный догмат, христологические споры, буддийская космология. Нужно хватать себя за руку. Сложно сказать, хватали ли себя за руку авторы учебника по мировым религиям, но все сложности в книге причесаны, а то и опущены – за несвоевременностью.

Тактические умолчания для школьного учебника нормальны. Вовсе не обязательно рассказывать детям технологию обрезания в иудаизме и исламе. Достаточно сказать, что у евреев и мусульман есть обряд посвящения ребенка в члены религиозной общины. Если же ребенок захочет разъяснений – тут уже все будет зависеть от личной и педагогической культуры учителя. Так что, учителя, готовьтесь, книга с вас ответственности не снимет!

Местами учебник несет на себе отпечаток актуальных и не самых привлекательных общественных тенденций. Например, в гордящейся своей многонациональностью России стало принято обосновывать право нерусских и неправославных считаться согражданами русских и православных. Вот и в пособии "Основы мировых религиозных культур" подчеркивается, что католики и протестанты внесли вклад в развитие российской архитектуры и экономики, а евреи, мусульмане и буддисты "участвовали в войнах, которые вела Россия", причем проявляли себя героически.

Звучит это, увы, апологетически, а отнюдь не только познавательно. Впрочем, об авторах учебника в связи с этим можно сказать лишь одно – они оказались заложниками ситуации, которая им самим наверняка неприятна.

Не вполне удачны названия некоторых уроков. Например, урок 11 назван "Человек в религиозных традициях мира", хотя речь в нем идет не о религиозной антропологии, а исключительно о богослужебных и молитвенных практиках.

Впрочем, это придирки. Книга качественная. Остается лишь надеяться на то, что она поможет сформировать квалифицированного учителя. Ведь интересная книга не снимает детские вопросы, но, напротив, заставляет ребенка задавать новые.