Мы уже сообщали о том, что в издательстве Саратовской епархии вышла в свет книга Епископа Саратовского и Вольского Лонгина "Человек не может жить без Бога", значительную часть которой составляют ответы Владыки на вопросы современных христиан. Уже более шести лет он общается с интернет-пользователями, отвечая на их письма в специальном разделе "Вопрос Архиерею" портала "Православие и современность"; можно сказать, что ведение этого раздела стало особой частью его Архипастырского служения. Подробнее об одной из жизненных ситуаций, о которой говорилось в разделе "Вопрос Архиерею", об особенностях интернет-общения и о том, как оно продолжается в реальной жизни, Епископ Лонгин рассказал нашему корреспонденту.
– Некоторое время назад многие интернет-сайты распространили новость о том, что "саратовский архиерей обещал разобраться со священником, запретившим женщинам входить в храм в брюках". Новость эта была составлена на основании Вашего ответа на вопрос, заданный посетителем портала "Православие и современность". Чем был вызван этот вопрос? И почему эта тема, по-Вашему, привлекла такое внимание?
– Сегодня все чаще, не только в светской, но и в церковной прессе, можно встретить дискуссии: насколько необходимо соблюдать традиции, сложившиеся в церковной жизни на протяжении столетий. Довольно часто высказывается мнение, что большинство из них были хороши для определенного времени, но теперь утратили свой смысл и действенность. Современный человек крайне болезненно воспринимает всё то, что, как ему кажется, ограничивает его свободу, а церковная жизнь, действительно, требует от него каких-то ограничений и перемен. Одна из тем, которая с годами почему-то не утрачивает своей "остроты" – каким должен быть внешний вид женщины-христианки. Почему в храме нужно находиться в платке и традиционной женской одежде? Зачем вспоминать апостольское требование: женщине покрывать голову во время молитвы (см.: 1 Кор. 3-16) – оно, якобы, совершенно "устарело", как и многое из того, о чем говорит Священное Писание?.. Не только мне много раз приходилось отвечать на подобные вопросы.
Я убежден, что церковные традиции, в том числе, и в отношении внешнего вида христиан (это касается и мужчин, и женщин) необходимо соблюдать: они обусловлены Священным Писанием, логичны и осмысленны; более того – они важны для правильной организации духовной жизни человека. И все же я считаю, и стараюсь учить этому духовенство, что к каждому человеку, пришедшему в храм, нужно подходить, прежде всего, с любовью. Если у человека возникло желание зайти в церковь, например, по дороге на работу, хотя он не вполне подобающим образом одет, не надо делать ему замечаний. Господь Сам призывает людей к Себе. Встреча с Богом – это всегда тайна, которая совершается в сердце человека. Может быть, зайдя в храм однажды, он останется в нем навсегда, станет замечательным христианином. Со временем он поймет и примет очень многое, в том числе разумность и целесообразность не только тех или иных вероучительных истин, но и традиций, установленных Церковью. Сразу же от человека этого требовать невозможно, потому что тогда, еще не узнав по-настоящему, что такое жизнь с Богом, он просто начнет воспринимать Церковь как некую систему запретов: этого нельзя делать, этого нельзя есть, это смотреть, так нельзя одеваться, и так далее. Эти запреты – повторюсь, осмысленные – останутся для него непонятными и ничего, кроме раздражения, не вызовут.
В то же время должны оставаться какие-то рамки. Даже в секулярной Европе на дверях каждого католического и протестантского храма, при всем тамошнем либерализме, изображены перечеркнутые крест-накрест шорты, майки и прочие пляжные и полупляжные вещи, которые стали сегодня для многих повседневной одеждой. Храм – место святое для верующего человека, место, куда он приходит общаться с Богом, и здесь действуют особые правила поведения, продиктованные благоговением. Это должно быть понятно каждому нормальному человеку.
Я рассказал о том, как в целом нужно относиться к "проблеме" внешнего вида. В Балашове, к сожалению, была несколько другая ситуация, акценты в которой надо расставить несколько иначе. Настоятель балашовского храма в честь Преображения Господня разместил в храме объявление о том, что женщинам в брюках в церковь заходить нельзя, и при этом привел цитату из Ветхого Завета: На женщине не должно быть мужской одежды, и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий сие (Втор. 22, 5), – то есть в своем усердии батюшка поставил вопрос ребром. Среди прихожан, в общем-то, это не вызвало большого негодования, но, как часто бывает в таких случаях, нашлась некая бабушка, у которой вызвал возмущение сам факт запрета, и она стала требовать, чтобы это объявление было снято, принципиально приходя в храм только в брюках.
Безусловно, я попросил отца настоятеля объявление снять. Но в то же время я не могу считать правильной борьбу этой пожилой женщины за право носить брюки в храме. Эта "борьба" – свидетельство полного непонимания человеком того, что такое Церковь и каковы должны быть отношения человека с Богом. К сожалению, она сознательно принялась дразнить, по иному не скажешь, всех окружающих, ведь большинству – тем, кто соблюдает традиции, – этот конфликт неприятен. Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных... И потому, если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего (1 Кор. 8, 9, 13), – эти слова произнес апостол Павел в намного более "принципиальной" ситуации, говоря о гораздо более серьезных вещах, чем одежда – об идоложертвенной пище. Смысл их таков: поскольку мясо бывает идоложертвенное, то я, чтобы не смутить брата, вообще никакого не буду. Не буду ему доказывать, что это мясо хорошее, что оно не было посвящено идолам – вообще не буду его есть, только бы брат мой не смутился. Норма для христианина – свои пожелания, стремления принести в жертву ради ближнего. А если человек считает, что нормой для него является желание во что бы то ни стало настоять на своем, причем на том, что противоречит общепринятому, – конечно, христианства в таком человеке пока нет совершенно.
Поэтому я считаю, что в этой ситуации, по большому счету, священник был прав в своих требованиях. Единственное, что – форма, в которой он сделал объявление, была излишне императивной. Но поддержать женщину, которая устраивает в храме демонстрации, принципиально требуя, чтобы Церковь отказалась от своих традиций, я не могу. Это неправильно.
– Буквально на днях к нам на сайт пришел очередной вопрос, причем снова из Балашова: "Уважаемый Владыка! Разъясните, может ли верующая женщина посещать храм и участвовать в таинствах покаяния, причащения Святых Таин, крещения в брюках, лосинах, шортах, мини-юбке"...
– Одежда верующего человека, тем более, в храме, должна соответствовать его полу и быть целомудренной, причем это касается и мужчин, и женщин. Если человек ходит в храм, участвует в Таинствах, серьезно относится к церковной жизни – думаю, он в состоянии честно самому себе ответить на вопрос: является ли та одежда, о которой идет речь, целомудренной. Я думаю, что нет.
– Уже более шести лет Вы отвечаете в интернете на вопросы посетителей портала "Православие и современность". Меняется ли содержание этих вопросов со временем? Какие вопросы Вас радуют, какие, наоборот, огорчают?
– Меняется, но не очень сильно: большинство из них касается каких-то сугубо практических вещей. Радуют вопросы серьезные, осмысленные, глубокие. Удручает обилие вопросов из серии "отцеживания комаров", то есть посвященных вещам незначительным, не имеющим отношения к нашему спасению. Ведь спасение – это главная цель христиан, но почему-то в своей повседневной жизни они часто об этом забывают. Вообще огорчает интерес современного человека к мелочам: люди не дают себе труда задуматься о чем-то серьезном, особенно в вопросах веры, я уж не говорю, попытаться досконально разбираться в каких-то вещах. Это говорит о том, как много нужно еще потрудиться всем нам в деле христианской проповеди для того, чтобы нас услышали хотя бы те, кто хочет услышать.
– Бывает ли, что Вам приходят на сайт сообщения о недостойном поведении духовенства епархии? Как Вы к ним относитесь?
– Да, бывает. Если указаны конкретные имена и ситуации, то разбираюсь, обязательно даю ответ человеку, который этот вопрос задал, и принимаю какие-то меры. Если проступок клирика доказан, то принимаются меры вплоть до запрещения его в священнослужении. Единственное условие – все подобного рода сообщения не должны быть анонимными.
– Чем для Вас как священнослужителя отличается общение в интернете от общения "вживую"?
– Став архиереем, я во многом потерял ту возможность широкого общения с людьми, которую имел раньше – когда я был священником и настоятелем. Поэтому Интернет для меня – реальная связь с обычными людьми, прихожанами и не-прихожанами, верующими и не очень.
– Какие темы привлекают Вас в интернете именно как читателя, пользователя?
– Самые разные. Но в основном, меня интересует, конечно, все то, что связано с жизнью Церкви.
Источник: Православие и современность
