Дом Иоанна Предтечи

Эйн Керем – тихий район Иерусалима в двадцати минутах езды на автобусе от центра. Здесь стоит всемирно известная больница "Гадасса" (помните второе имя ветхозаветной царицы Есфири?), а в ней – синагога с витражами, расписанными загадочным Марком Шагалом.

Здесь же находится место, известное каждому православному по стихам Евангелия от Луки, которые мы слышим на утрене любого богородичного праздника: "Во дни оны воставше Мариам иде в Горняя с тщанием во град Иудов, и вниде в дом Захариин, и целова Елисавет". Да, именно здесь стоял дом первосвященника Захарии и его жены Елисаветы – родителей Иоанна Крестителя. Именно тут началась проповедь Предтечи Господня, из чрева матери поприветствовавшего Пресвятую Деву и тремя днями ранее зачатого от Духа Святого Господа Иисуса Христа.

Сейчас это место является обязательным пунктом программы для паломников из России (и не только) – Горненский монастырь Русской Православной Церкви Московского Патриархата гостеприимно распахивает ворота, и мы оказываемся в уютной тени кедровых деревьев, любовно насаженных первыми русскими насельницами.

На месте Рождества Иоанна Предтечи расположен пещерный храм в честь этого события.

Над входом – мозаичное изображение проповедника покаяния:

А на наружной стене удивительные иконы: Благовещение Рождества Иоанна Предтечи, Зачатие Иоанна Предтечи и Бегство Елисаветы с Иоанном Предтечей в пустыню:

О последнем событии мы поговорим чуть позже.

За стеной храма, в соседней католической церкви,

находится другая половина пещеры. Собственно, она и разделилась-то волей случая – после землетрясения. Вот так и получилось, что место Рождества Иоанна Предтечи поделилось между православными и католиками. И глухая стена как будто скорбно напоминает о разделении в христианском мире.

К сожалению, состояние храма не позволяет проводить в нем богослужения, и даже паломников туда пускают не всегда.

Поэтому богослужения праздника проходят в двух других храмах обители: Всех святых, в земле Российской просиявших:

и Казанской иконы Божией Матери (непосредственно на месте дома свв. прав. Захарии и Елисаветы):

В этот же день из монастыря уходит икона Благовещения Пресвятой Богородицы, находившаяся здесь три месяца, с праздника Целования (он отмечается только в Русской Духовной Миссии, на третий день после Благовещения).

А теперь вернемся к обещанному – бегство Елисаветы с Иоанном Предтечей в пустыню. От кого они бежали?

Бежали они от тех же солдат Ирода, от которых Святое Семейство уходило в Египет. Именно поэтому на соседней католической церкви изображена мозаика "Бегство в Египет":

Задумывались ли вы когда-нибудь о числе убиенных Иродом младенцев, которое донесло до нас Священное Предание? Оно колоссально даже по нынешним временам – пятьдесят тысяч. Даже если поделить его на десять – все равно, для Вифлеема это очень много. Ведь Вифлеем и сейчас небольшой город, а тогда население было значительно меньше.

Между тем, Предание донесло до нас и еще один сюжет, значительно менее известный, согласно которому Ирод повелел убить всех младенцев не только в Вифлееме, но вообще в окрестностях Иерусалима.

Недалеко от Эйн Керема находится еще один монастырь, католический. Раньше он принадлежал греко-католикам (поэтому иконы здесь выполнены в греческой манере), а нынешние его хозяева – бенедектинцы-молчальники.

Это место называется Пустынь святой Елисаветы. По Преданию, именно сюда бежали праведная Елисавета с младенцем Иоанном. Настигаемая воинами Ирода, Елисавета взмолилась ко Господу: "Пусть эта гора укроет нас со чадом!" – и гора расступилась, впуская беглецов в небольшую пещеру.

Елисавета, как мы помним, была в летах преклонных, когда зачала Иоанна, поэтому долго после рождения сына не прожила. Отрок остался жить в пустыне до выхода на общественную проповедь, о чем скупо сообщает последний стих первой главы Евангелия от Луки: "Младенец же возрастал и укреплялся духом, и был в пустынях до дня явления своего Израилю".

Продолжает он, величайший из рожденных женами, по слову Спасителя, проповедовать и поныне.

В Горненском монастыре рассказывают такую историю. Был у них некоторое время назад охранник, араб-мусульманин. Однажды вечером, обходя территорию, он увидел незнакомого человека с посохом. "Ты что тут делаешь?" – сердито спросил он непрошенного гостя. "А ты сам-то кто?" – вместо ответа спросил его тот. "Я – тут хозяин", – ответил раздраженный охранник. Человек посмотрел на него сурово, сказал: "Нет, хозяин тут я", – и куда-то пропал. А утром охранник всмотрелся в икону Иоанна Крестителя и узнал вчерашнего посетителя.

Бесхитростная в общем-то история, но душу трогает. Может быть, как раз потому, что он, лишившийся крова через несколько дней после рождения и всю жизнь скитавшийся по пустыням, пока не казнили его сильные мира сего за правду, все-таки вернулся к себе домой.