В конце июня в России была учреждена новая общественная организация – Союз православных женщин. У церковных топ-менеджеров появилась своя площадка для игры на поле феминизма.
Нельзя сказать, что новый союз возник спонтанно. Разделение православных по гендерному признаку началось еще в начале нулевых. Именно тогда стали появляться первые региональные женские объединения верующих. В декабре прошлого года состоялся I Всероссийский православный женский форум. И вскоре Священный синод обозначил важность развития внутрицерковного женского движения: архиереи одобрили предложение форума о консолидации православного женского сообщества.
В публичном поле православные женские организации уже отметились сурово насупленными бровями, слоганами вроде "материнская забота о молодежи" и желанием угодить правящему епископу. Впрочем, это обстоятельство ни в коем случае не должно ставить под сомнение возможность позитивной работы союза в церкви и обществе. Новой организации есть чем заняться. Например, при храмах очень редко можно встретить комнату матери и ребенка, специально выделенный уголок для малышей. Встречаются настоятели, не переносящие детского крика, которые готовы выпроводить мамаш с чадами за порог. Теперь о подобных случаях можно будет сообщать на горячую линию союза.
Такая организация может защищать ценности многодетной семьи, оказывать семьям поддержку, в том числе и путем законодательных инициатив. Все это понятно и лежит на поверхности.
Гораздо интереснее, сможет ли союз расширить поле женского дискурса внутри церковной ограды. Известно, что в советские годы православие выжило во многом благодаря женщинам: их духовное горение, их тихое стояние у креста – словом, их вера помешала власть имущим осуществить до конца свои антирелигиозные планы. Из-за катастрофической нехватки мужчин внутри церковной ограды в это время существенно изменилась роль женщин в храме: именно с тех пор они читают и поют, нередко руководят хором, избираются в приходские советы. Мы к этому привыкли, все это кажется естественным. Но следует помнить, что ничего подобного не было в России в XIX веке.
Впрочем, до сих пор можно услышать рассуждения о том, что самое подходящее место женщины в храме – у церковного ящика или у подсвечников. Новый союз мог бы постараться скорректировать подобные взгляды.
Вопрос о месте женщин в церкви, об их участии в приходской и литургической жизни иногда влечет за собой каверзный вопрос о возможности их принадлежности к священству. В Англиканской и других протестантских церквах в ХХ веке появились женщины-пресвитеры. Это была своеобразная феминистская реплика на клерикальные заморочки, встреченная православными в штыки. Православные церкви сначала заявляли, что проблема женского священства их не касается. Однако со временем стало ясно, что здесь не все так просто и однозначно. Неслучайно покойный митрополит Антоний Сурожский призывал верующих к размышлению над этой проблематикой.
В самом деле, тема женского церковного служения не является для православия чем-то посторонним. В Новом Завете мы встречаем женщин-пророков, которые, без сомнения, совершали литургические действия. В "Изречениях отцов-пустынников" наряду с поучениями старцев приводятся высказывания трех "амм", то есть духовных матерей: Феодоры, Сары и Синклитикии. Эти аммы, как замечает француженка Элизабет Бер-Сижель, православный богослов и автор книги "Служение женщины в Церкви", стоят в одном ряду с великими аввами Антонием, Арсением и Пименом.
Да и для Русской православной церкви это даже не новая тема, если вспомнить стремление святой великой княгини Елизаветы Федоровны возродить чин диаконис. Диаконисы в древней церкви входили в состав клира и играли немаловажную роль при крещении. Еще они ходили по домам, причащали больных, наставляли готовящихся к крещению женщин. Кроме того, существовали пресвитериды, которые вплоть до IV века возглавляли женские молитвенные собрания, в особенности ночные, поскольку мужчинам не всегда было удобно на них присутствовать. Со временем сакральные функции диаконис были делегированы женским монашеским общинам. Появились монашеские чины, матушка игуменья. И все-таки в Церкви порой звучали голоса, призывающие вернуться к древним традициям. И поднятый княгиней Елизаветой вопрос о восстановлении института диаконис серьезно обсуждался в Русской православной церкви в период подготовки к Поместному собору 1917-1918 годов. Лишь последующие события помешали осуществлению некоторых намечавшихся церковных реформ...
Можно сказать вполне определенно: догматических препятствий для введения женщин в число служителей алтаря нет. Но существуют трудности, связанные с символикой литургии (священник, возглавляющий собрание, – "икона Христа") и в соотнесении этой практики с преданием.
После кончины единственного богослова, всерьез разрабатывающего эту проблематику – уже упомянутой нами Элизабет Бер-Сижель, – тема женского православного священства ушла на периферию. Тем не менее, вопрос о более полном присутствии женщин в Церкви, о формате их служения остается актуальным.
Источник: Ежедневный журнал
