Въ южной части Восточной Пруссии находится старый русский уголъ, давно одинаково прочно забытый русскими людьми по ту и эту сторону рубежа.
Уголокъ этотъ изъ десяти русскихъ деревень, созданныхъ здесь сто летъ тому назадъ – въ периодъ 1828-1832 г. г. – на участкахъ бывшихъ до приезда русскихъ переселенцевъ дремучимъ, непроходимымъ, девственнымъ лесомъ. Въ те годы сюда переселилось 380 семействъ въ 1213 душъ староверовъ, искавшихъ, После продолжительныхъ скитаний, воли и свободы и пожелавшихъ жить хотя бы и на чужбине, но согласно своей вере.
Первоначально имъ, действительно, было дана полная свобода и они не только не отбывали не признаваемой ими воинской повинности, но и не должны быпи соблюдать и другихъ германскихъ законовъ. Постепенно, однако, воля и свобода ихъ суживались. Съ 1843 г. стали брать на германскую военную службу, еще десятью годами позже введена была обязательная прививка оспы, затемъ оглашение брака, а ровно полвека тому назадъ дети русскихъ стали посещать немецкую школу, что въ силу, социальныхъ условий явилось началомъ конца русской школы, какъ таковой. Правда, русская школа существуетъ и поныне. Но, огромныя разстояния между отдельными деревнями, необходимость привлечения детей къ участию въ заработкахъ и домашней работе, часто отсутствие прочной обуви и одежды, суровыя зимния стужи и многое другое, крайне затрудняетъ занятия въ русской школе, которой можетъ быть уделено время лишь после обязательной и для русскаго населения немецкой школы. Мало помогаетъ даже сочувственное отношение немцевъ, освобождающихъ русскихъ детей въ день ихъ школы на часъ раньше.
Многие переселенцы – старообрядцы въ 1895 г. перешли въ новообрядческую веру (никонианство), переходили и позже. Въ настоящее время новообрядцевъ насчитывается около 300 душъ, а старообрядцевъ около 700, т. е. что во всехъ русскихъ деревняхъ, описываемыхъ нами, проживаетъ около одной тысячи русскихъ.
Въ деревне Воиново, (официальное немецкое название Экертсдорфъ), находится храмъ старообрядцевъ .безпоповцевъ – кирпичное здание, внешнимъ своимъ видомъ почти ничемъ не отличающееся, кроме креста, отъ обычной немецкой лютеранской деревенской церковки. Наст. старообр. храма о. Дановский. Въ несколькихъ километрахъ отъ этой деревни, у большого озера, въ идиллической и одинокой местности, расположенъ женский старообрядческий монастырь федосеевцевъ. Достигши въ довоенное время, когда еще существовало тесное общение съ Россией, въ частности, съ Москвой, своего расцвета, монастырь этотъ теперь переживаетъ материальный кризисъ и содержится исключительно на средства, извлекаемыя изъ эксплоатации довольно хорошаго хозяйства и на собираемыя суммы. Число монахинь и послушницъ постоянно колеблется и составляетъ ныне около тридцати. Храмъ посещается не только стариками и старухами, вполне сохранившими русский духъ и характеръ, но и молодежью. Богомольцевъ насчитывается летомъ 40-80 чел., а зимою больше, особенно въ дни большихъ праздниковъ.
Почти каждая деревня имеетъ свое кладбище – довольно запущенное, заросшее; памятниковъ и надмогильныхъ плитъ почти нетъ, крестовъ очень мало, надписи крайне редки.
Мирская или светская духовная, умственная жизнь никогда не достигавшая здесь большого расцвета, теперь, въ особенности же съ техъ поръ, какъ нарушено общение какъ съ русскими, такъ и съ Россией, все больше и больше хиреетъ. Нетъ здесь и не было ни читальни, ни библиотеки.
Русский языкъ знаютъ здесь все еще недурно. Слабее въ этомъ отношении обстоитъ съ молодежью, часто идущей на заработки въ южную и западную Германию. Дети дошкольнаго и школьнаго возраста все безъ исключения говорятъ по-русски.
Окончательно теперь отрезанные отъ России, а съ эмиграцией не имеющие связи, живущие своимъ замкнутымъ миромъ, эти российские жители Пруссии, сохранили, однако, въ течение столетия основныя черты русскаго народнаго характера, русской души: хлебосольство, добродушие, гостеприимство, и более созерцательное, чемъ активное отношение къ жизни.
Бытъ русскихъ деревень въ Восточной Пруссии еще четверть века тому назадъ исконне русский начинаетъ, все больше и больше приобретать западно – европейский нивеллирующий характеръ. Длинныя бороды и волосы подъ скобку – вотъ единственное русское отличие у мужчинъ, а большие платки – у женщинъ и девушекъ, когда оне идутъ въ храмъ. Но уже въ тотъ же день подъ вечеръ, идя на спортивное празднество на поляну или въ лесъ девицы одеты по городскому.
Занятиемъ населения было и осталось: земледелие, садоводство, пчеловодство, ры-боловство и отхожие промыслы. Ремесленниковъ среди нихъ болыне нетъ. Участки земли небольшие – 20 – 40 – 60 прусскихъ моргеновъ. Какъ везде и повсюду, такъ и здесь есть бедные и богатые.
По материалам источников: Самарское староверие
