Король против "базара фетв"

Новый указ саудовского монарха Абдаллы бен Абдель Азиза был предан гласности 12 августа. Исполнение положений указа возложено на представителей высшего руководства – религиозного (верховный муфтий и глава Совета высших улемов) и политического (министры внутренних дел, исламских дел и образования). Король, заявляя о своем "долге перед отечеством и законом", предписывает всем государственным службам принять немедленные меры для прекращения издания и распространения религиозных суждений – фетв, авторами которых являются те, кто "не обладает достаточными шариатскими знаниями", но стремится "использовать религию для достижения собственных пагубных целей". Публикуемые этими "паразитирующими невеждами" фетвы направлены "против законных государственных учреждений", "внешнего и внутреннего курса, основанного на высших ценностях ислама", "наносят ущерб государству" и "единству его граждан". Отныне публикация и распространение фетв будет дозволена лишь тем исламским правоведам – улемам, которые "были избраны и введены" королем в состав Совета высших улемов и Постоянной комиссии религиозных исследований и фетв. Суждения иных представителей саудовского корпуса законоучителей дозволены, но при условии, что эти суждения будут касаться частных дел того или иного гражданина, обращающегося к улему, чтобы решить возникшие у этого гражданина вопросы. Такие фетвы не могут распространяться и не являются мнением, касающимся других граждан или государственных органов. Любое нарушение положений этого указа встретит "наказание и отпор" со стороны компетентных служб.

Саудовское государство, представленное его высшим сановником – монархом, не впервые вмешивается в религиозную сферу. Все же последний указ короля Абдаллы не только беспрецедентен, но и отличается безапелляционной жесткий. Для этого есть немало оснований.

Провозглашая курс на экономическую трансформацию страны и создание нового высокотехнологичного производства, открывая необходимые для этого высшие учебные заведения, король сталкивается с ситуацией, когда этот курс квалифицируется исламскими консерваторами как "недопустимое новшество". Считая возможным содействовать развитию женского образования (в том числе и технического) и последовательному включению женщин в общественную жизнь, монарх подвергается открытым обвинениям в "неверии". Заявляя о том, что современный мир нуждается в "диалоге религий и цивилизаций", созывая ради этого конгрессы и конференции, участниками которых становятся христианские, иудейские, буддистские и индуистские духовные лидеры, король противостоит суждениям улемов его собственной страны, в которых утверждается, что начинание монарха "противоречит деяниям Пророка и праведных халифов". Речь не идет о никому не известных молодых богословах. В конце февраля с.г. член Совета высших улемов шейх Абдель Рахман бен Насер Аль-Баррак предал гласности фетву, объявлявшую "каждого, кто разрешает совместное пребывание мужчин и женщин в одном помещении, неверным отступником, убийство которого, если он не раскается, дозволено". Саудовское общественное мнение не сомневалось, что это был намек на короля, считающего возможным совместное обучение студентов в открывшемся в сентябре 2009 года рядом с Джиддой международном Университете науки и техники.

Итогом этого противостояния, в последнее время все более явного, стала ситуация, которую один из обозревателей газеты "Аш-Шарк Аль-Аусат" назвал "базаром фетв", издаваемых для того, чтобы "оболгать проводимые монархом реформы". Авторы этих документов продолжают настаивать на том, что отмена уже многие годы волнующих саудовское общество запретов (вождение женщиной автомобиля, смешанное обучение юношей и девушек в высших учебных заведениях, развитие изобразительного искусства, театра и кино, свободная публикация в стране произведений ведущих саудовских мастеров прозы и поэзии, демонстрация танцев и пения по национальному телевидению) "недопустима в стране, где расположены Две Благородные Святыни (Мекка и Медина. – "НГР")". Живущие в этой стране немусульмане не могут, собравшись даже в частном доме (храмы и синагоги возводить вообще запрещено), отметить свои праздники под угрозой ареста вездесущей "религиозной полицией", следящей за тем, например, чтобы в день святого Валентина в цветочных магазинах отсутствовали красные розы, и преследующей молодых гражданок страны, украсивших себя красной ленточкой.

Проблема "базара фетв" и прекращающего этот "базар" указа монарха не ограничивается только антикоролевской риторикой многочисленных саудовских богословов.

Разумеется, шейх Аль-Баррак был отправлен в отставку. Но он (как и другие) влиятелен, его сайт широко посещается, там публикуются все новые одиозные фетвы. Эти фетвы прославляют "героев сопротивления" в Ираке и Афганистане и становятся основой для пятничных проповедей. Следуя по стопам этих "героев", в соседний Ирак (и далее) отправляются десятки молодых саудовцев, а в Саудовскую Аравию возвращаются те, кто "осиян славой сопротивления". Саудовское антисистемное подполье, черпающее основания для своих акций (хотя их число снизилось под упреждающими ударами специальных служб) в этих проповедях и фетвах, остается реальностью. В его ряды приходят новые люди, в то время когда страна переживает ускоренный этап перехода от феодального прошлого к современности, чему активно содействует нынешний монарх. Люди, приходящие в саудовскую антисистемную оппозицию, молоды, это часто провинциалы, приезжающие работать или учиться в богатеющую столицу Эр-Рияд или "либеральную" Джидду. Они бедны, а перед ними предстают немыслимые для провинции богатства и соблазны. Остаться на обочине или бороться за "чистоту веры", "профанируемую" королем? Они выбирают второе.

Несколько лет назад, после завершения работы конференции в Эр-Рияде, участником которой я был, организационный комитет отправил меня в аэропорт в автомобиле, который вел молодой человек, работавший в этом комитете. По дороге мы разговорились, и выяснилось, что он впервые говорит с иностранцем, но к иностранцу, говорящему по-арабски, он почувствовал доверие, став рассказывать о себе – выходце из городка на севере страны, о своей учебе в столице на механика. Он жаловался – на дороговизну, отсутствие денег, чтобы снять комнату, на огромное, но неосуществимое желание хотя бы один раз побывать в халяльном "Макдоналдсе". Когда мы подъезжали к аэропорту, он вдруг сказал: "Я решил уехать в Ирак. Там меня научат обращению с оружием и взрывчаткой. Потом я вернусь сюда и буду убивать тех, кто подражает кафирам (иноверцам. – "НГР"). Я уже говорил об этом с имамом моей мечети, и он сказал, что так я и должен поступить". Было ясно, что переубедить этого молодого человека уже нельзя.

Антигосударственные и экстремистские фетвы – это всего лишь часть огромной проблемы. Но в Саудовской Аравии, кажется, начинают понимать, что слово не менее опасно, чем поступок.