Таинство крещения коми старообрядцев-беспоповцев. Часть 1

Реформы Никона затронули различные сферы религиозно-обрядовой жизни православной церкви, в том числе и такое важ­ное таинство, как таинство крещения (1). Как отмечают исследователи, правке подверглись и литургические тексты (2), и сами обрядовые дей­ствия: наряду с полным погружением, в офици­альной церкви бытовала также практика креще­ния обливанием (3).

Исследования дореволюционных историков (П.С.Смирнов, Н.П.Ивановский) (4) показыва­ют, что в различных старообрядческих толках и согласиях также произошли определённые изме­нения в обряде крещения. Среди старообрядцев-поповцев продолжала соблюдаться традиция дониконовской церкви – крещение новорождённых в купели, с полным погружением. Креще­ние производилось священником, и лишь в ис­ключительных случаях (если ребёнок болел и су­ществовала угроза его смерти некрешённым. а в данной местности старообрядческий священник отсутствовал) совершалось мирянами. На восьмой день (как и в дониконовской церкви) над окрещённым производилось миропомазание.

У старообрядцев-беспоповцев, в силу историчес­ки сложившихся обстоятельств (прекращение ин­ститута священства) реализовывались в практи­ческой жизни только те разделы служебников (требников), которые были предназначены ми­рянам на случай отсутствия священника. Таин­ство крещения совершалось в естественных водоёмах, а также на дому (в купели). Относитель­но возраста крещаемых у разных групп беспопов­цев также существовали разные традиции.

Так, у русских старообрядцев Латгалии и Польши пред­писывалось крестить ребёнка только после того, как мать перестанет кормить его грудью, то есть приблизительно через 1.5 – 2 года (5). В Архан­гельской губернии, в Пинежском уезде, у ста­рообрядцев-беспоповцев в середине XIX в. бы­товала практика перехода в старообрядчество мужчин в преклонном возрасте, так как мужчи­ны, связанные с отходничеством, находясь на заработках, общались с "никонианами", и тем самым возникала опасность "омиршления, оск­вернения святого Крещения" (6).

Аналогичная практика крещения в преклонном возрасте была распространена в странническом (бегунском) согласии. По этому учению, принявший креще­ние должен порвать всякие связи с миром анти­христа, поэтому данное таинство совершалось в преклонном возрасте или перед смертью (7).

У старообрядцев-беспоповцев было принято совер­шать перекрещивание над желающими перейти из официального православия в старообрядчество: у поповцев присоединение к общине происходи­ло посредством таинства миропомазания (8). Необходимость перекрещивания объяснялась тем, что "крещение в никонианской церкви не есть кре­щение, но паче осквернения, так как совершает­ся еретическими священниками" (9). притом не по старым требникам, а как у "латынян" – обливанием" (10). В отдельных беспоповских толках (федосеевцы, бегуны) существовала также прак­тика повторного перекрещивания при переходе к ним старообрядцев из других толков и согласий.

Как показывают современные этнографи­ческие исследования (работы Т.А.Листовой, О.М.Фишман, Э.Иванец и др.) (11), изменение церковных таинств, в частности, крещения, в разных старообрядческих группах имело свои осо­бенности, которые определялись рядом причин: уставы согласий, контакты с нестарообрядческим населением, уровень грамотности руково­дителей общин – наставников. Этнографическое изучение современных коми старообрядчес­ких групп (Верхняя и Средняя Печора, Верхняя Вычегда) (12) во многом подтверждает эти на­блюдения и позволяет выявить некоторые общие закономерности в формировании старообрядчес­кого таинства крещения.

Верхняя и Средняя Печора (Троицко-Печорский, Вуктыльский, Печорский районы).

Зна­чительная часть населения этого региона в про­шлом придерживалась старообрядчества (данилов­ский, федосеевский толки и странническое со­гласие). В настоящее время доля старообрядцев среди местного населения незначительна. Старообрядцы Печорского района и ряда деревень Вуктыльского района (п.Дутово, Лемты, Лемты-бож, Подчерье, Усть-Щугор) относят себя к "поморцам". Литературу и необходимые для бо­гослужения предметы получают из Москвы, от московской федосеевской общины (Преображенское кладбище). Крещение и различные требы (погребение, отпевание) "по нужде" соверша­ются грамотными старухами, так как в настоя­щее время в этом районе нет ни одного настав­ника, рукоположенного на исполнение религи­озных обрядов. Учение бегунов распространено в верхнепечорских деревнях, начиная от Возино Вуктыльского района до с.Покчи Троицко-Пе-чорского района.

Различия между поморцами и странниками (бегунами) по интересующему нас вопросу заключаются как в некоторых обрядовых действи­ях, так и в строгостях, налагаемых на окрещён­ных после совершения крещения: у поморцев окрещённый живёт среди своих близких, только должен питаться за отдельным столом (если до­машние не старообрядцы) и из своей посуды, в то время как у странников он должен порвать всякие отношения с миром и "жить как мона­хи". В современном понятии это означает: не получать пенсию, под этим "ложным годом" (ле­тоисчислением) не подписываться (не оформлять различных юридических документов), жить толь­ко под "верным именем" (полученным после кре­щения) и без фамилии. Пропитание себе стран­ники должны или добывать личным трудом (от своего огорода) или получать как помощь от "бла­годетелей", то есть своих единоверцев, сторон­ников учения "истинно православных христиан", которые ещё не приняли крещения и живут в "миру".

По сведениям миссионеров, для соверше­ния крещения на Среднюю и Верхнюю Печору приезжали старообрядческие наставники из Усть-Цильмы и Пижмы (13). После революции и граж­данской войны контакты между усть-цилемскими и печорскими коми старообрядцами во мно­гом стали носить эпизодический характер. Воз­можно, именно это явилось одной из причин того, что в ряде населённых пунктов (с.Соколово, Кожва, Щугор, Подчерье) крестить стали только взрослых. Сами информанты объясняют это тем, что "крещённые в младенчестве всё рав­но уходят в мир – растаптывают веру под нога­ми" (14). Встречаются другие объяснения: "Крес­титься надо только в 30 лет, потому что и сам Господь в 30 лет принял эту веру..." (15). Следует отметить, что аналогичные процессы в обряде кре­щения (перемена возраста окрешаемых) происходили также в ряде соседних регионов, в частно­сти, на Верхней Печоре, в районах проживания русского старообрядческого населения. По мне­нию Т.А.Листовой, такая эволюция обряда кре­щения была обусловлена "невозможностью изо­лировать крещёного ребенка и соблюдать все пред­писания религиозной жизни, а также влиянием странников" (16).

Как говорят информанты, крещение совер­шали как над некрещённым, так и над желаю­щими перейти из официального православия в старообрядчество. В ряде населённых пунктов (п.Дутово, д.Медвежская) продолжала сохранять­ся традиция крещения младенцев – если оба ро­дителя являлись строгими, крепкими в вере старообрядцами. В настоящее время у старообряд­цев Верхней и Средней Печоры крещение про­водится наставником либо вдовыми пожилыми людьми, хорошо знающими традицию. Лиц совершающих крещение, здесь называют пыршысь (буквально – "тот. кто вводит в веру").

Выбор крёстного в настоящее время определяется по­лом окрещаемого, и в дальнейшем крёстная – пернянь, вежанъ либо крёстный – парнаай, вежап считаются духовными наставниками окре­щённого. Как правило, непосредственный вы­бор крёстного осуществляет пыртысь. Некоторые информанты отмечают, что допускается креще­ние с наречённым крёстным (когда сам крёст­ный по тем или иным причинам не может присутствовать на совершении крещения). Крещён­ному в старую веру пыртысь даёт новое имя по святцам, однако у поморцев крещёный в миру (в общении не со старообрядцами) живёт под пре­жним именем. Известны случаи, когда крестив­шемуся в зрелом возрасте новое имя не давалось (если его мирское имя встречается в святцах). От­каз от имянаречения в данной ситуации объясня­ется тем, что нередко крещёное имя (под которым проводится поминовение усопших) забывается, так как многие старообрядцы живут в мирских семьях своих детей, в отдалении от единоверцев.

У старообрядцев крещение регулируется специальным требником. В богослужебной прак­тике местные староверы обычно пользуются "Потребником малым". Он предназначен "хотящим креститься" без православного иерея, то есть бес­поповцам. Поскольку многие современные пыртыси плохо знакомы с канонической традици­ей, обряд крещения значительно упрощается (в частности, упускаются из обряда крещения "от­рицание сатаны", "обещание Христу"). При этом некоторые информанты отмечают, что крещение без ритуала "отрицания сатаны" – это неполное покаяние, джын вера (полверы) (17). В прошлом печорские коми старообрядцы придерживались установленного среди беспоповцев правила – кре­стить взрослых только после сорокадневного по­ста (18). В настоящее время старообрядческие наставники также стараются производить креще­ние после окончания того или иного церковного поста, но строго не придерживаются сорокаднев­ного срока (19).

Особенности обряда крещения определяются временем года. Зимой крещение проводилось в купели – деревянной бочке из сосновых досок с черёмуховыми ободами, по­местному кантук, качка, диаметром 1 м и высо­той 1,1 м.

Купель для крещения, с.Соколово Печорского района Республики Коми. Фото В.Э.Шарапова. 1993 г.

В настоящее время в ряде населённых пунктов в качестве купели при крещении исполь­зуются различные ёмкости заводского производ­ства: металлические корыта (не бывшие в упот­реблении), детские ванны. И взрослые, и дети крестились обнажёнными. Женщины перед крещением расплетали косы, распускали волосы. Для мужчин обязательным было наличие бороды и усов, "поскольку Бог создал мужчину с бородой и усами" (20).

Согласно установившейся после гражданской войны традиции, в купели крестили только стариков перед смертью и малолетних де­тей в случае тяжёлой болезни. Крещение совер­шали утром или вечером (с тем, чтобы не при­влекать излишнего внимания). Купель обычно ус­танавливали недалеко от печки, чтобы "вода была потеплей". Купель наполняли водой из колодца, проруби или реки; в последнем случае, как отме­чают некоторые информанты, воду обязательно надо было зачерпывать против течения. Воду но­сил сам окрещаемый, для младенца или больно­го (старика) – родители или крёстные. Купель, наполненная водой, троекратно окуривалась ла­даном, а за неимением такового – смолой хвой­ных деревьев. При этом пыртысь трижды произ­носил молитву: "Господи Исусе Христе, Сыне Бо­жий, помилуй нас!" Согласно чину крещения, вокруг купели необходимо ставить четыре свечи по странам света, однако на Верхней и Средней Пе­чоре данное предписание обычно не соблюдается.

Старообрядческий наставник Самуил Андреевич Мамонтов (1905 – 1979) с женой Анастасией Фёдоровной, д.Медвежская Печорского района Республики Коми. Фото из семейного архива Е.С.Пастуховой. 1960-е годы

Крещение происходило следующим обра­зом: левой рукой пыртысь закрывал рот и нос окрешаемого от попадания воды, а правую руку клал ему на голову и, читая крестильную молит­ву, совершал троекратное погружение окрещаемого в воду: "Крещается раб Божий, имярек. Во имя Отца – погружал. Аминь – поднимал. Сына – погружал. Аминь – поднимал. Святого Духа – погружал. Аминь – поднимал" (21). Непремен­ным условием крещения было полное погружение, как говорили информанты: "Медым быд юрси котасяс, быд юрси вутш. – Чтобы каждая воло­синка намокла, до самого корня". Лицо окрещаемого при совершении обряда должно быть обращено на восток, поскольку "на востоке Гос­подь живёт" (22). Ребёнка из рук пыртыся при­нимала крёстная на покрытые полотенцем (синдон) руки. Затем она надевала на окрещённого крест, рубашку и нательный пояс – шнур, спле­тённый из льняной нити, который называется по-разному: йи, вонь, вдньди. Сходным термином обо­значался также пояс на сарафанах и рубашках.

Старообрядцы сохранили древневизантийские типы нательных крестов (22): у мужчин – четырёхконечной формы, женский – округлый, на лицевой стороне которых выгравирован вось­миконечный крест, а на тыльной – молитва "Да воскреснет Бог...". Наряду с медными натель­ными крестами, бытуют серебряные и деревян­ные. Последние традиционно изготовлялись для погребальной обрядности. Кресты изготовлялись местными мастерами или же приобретались в ста­роверческих храмах. При этом у бегунов исполь­зовались только нательные кресты, изготовлен­ные в кельях бегунов (в случае отсутствия такого креста в специальную формочку выливали воск и этот восковой крест носили до его замены кре­стом медным).

Крестильную рубашку обязательно готовит сама крёстная (крёстный). В прошлом её изготовляли из белого холста, с полами до колен, с широкими по локоть рукавами, без узоров, без ворота, с вырезом на груди, с двумя тесёмками-завязками. В настоящее время при крещении женщин в качестве крестильной рубашки исполь­зуется льняная белая женская сорочка фабрич­ного производства без узоров. Такая рубашка приобретается крёстной. Если на момент совер­шения крещения крёстная не успевала по той или иной причине приготовить крестильную рубаш­ку, то она могла надеть на окрешаемую свою ру­башку с условием, что позже всё же подарит ей крестильную(24). Обычай дарения рубашки, сшитой самой крёстной или же приобретённой ею на свои средства, бытовал в прошлом в право­славной церкви. Крёстный, согласно этим неписанным законам, дарил крестик (25).

После крещения пыртысь омывает руки над купелью и вытирает их специально приготовлен­ным полотенцем. При крещении в один день не­скольких человек купель обязательно наполнялась новой водой для каждого из них; крестить всех в одной воде считалось грехом, так как, по мнению информантов, человека, которого крестили в "ста­рой воде", всю жизнь будут считать некрещёным. После крещения освящённую воду из купели вы­ливают "туда, где никто не ходит" (26). Анало­гичные предписания бытовали в прошлом и в новообрядческой церкви: "Вода из купели долж­на выливаться в какое-либо приличное, чистое место, которое не бывает попираемо человечес­кими ногами" (27). Как подчёркивают инфор­манты, окрещённый в течение 8 дней не должен был омывать тело (за исключением срамных мест), "чтобы не смыть святость". При крещении боль­ных их опоясывали полотенцем, при этом узел делался сзади, на спине. Одной рукой пыртысь придерживал за концы полотенце (примерно на уровне груди), другую руку клал больному на го­лову и, читая крестильную молитву, совершал троекратное погружение. В настоящее время об­ряд крещения в купели (при крещении больных) в ряде населённых пунктов претерпел определён­ные изменения: больного усаживают в корыто и, читая крестильную молитву, обливают 3 вёдрами тёплой воды.

По свидетельствам информантов, некото­рые пожилые люди перед смертью принимали старую веру через крещение в проруби. Такое крещение, как правило, приурочивалось к празд­нику Крещения Господня. В прошлом в этот день в д.Аранец из разных селений на Средней Печо­ре съезжались оленеводы, желавшие принять старую веру. Недалеко от берега в неглубоком месте выдалбливали прорубь, вокруг которой расстила­ли оленьи шкуры. После освящения воды кажде­нием пыртысь совершал троекратное погружение окрещаемых в ледяную воду (28).

В летний период обряд крещения совер­шался в естественных водоёмах. Крещение про­водилось в р.Печоре, в местах со слабым течени­ем. Информанты также подчёркивают, что "че­ловека, жившего распутно, наоборот, необхо­димо крестить в местах с быстрым течением, что­бы стремнина унесла всё плохое – очистила от греха". Наиболее радикальные из старообрядцев предпочитали крестить в притоках Печоры, так как, по их мнению, "вода в Печоре нечиста – пэж, осквернена пароходами и мирскими". По­скольку настоящий чин крещения предусматри­вал крещение только в купели, то крещение в естественных водоёмах отличалось значительным разнообразием локальных вариантов.

В некоторых селениях крещение проводи­ли с лодки: её ставили около берега, и после тро­екратного освящения воды каждением туда пе­ребирался пыртысь. Окрещаемый входил в реку, подходил к корме лодки и складывал ладони на уровне груди. Пыртысь одной рукой брал окре-щаемого за ладони, другой покрывал его голову и, читая крестильную молитву, трижды погру­жал его в воду с головой. После этого пыртысь совершал омовение рук в реке (необходимость этого объясняют тем, что до совершения креще­ния человек считается нечистым – пэж) и выти­рал их специально приготовленным полотенцем. Окрещённый выходил из воды, и крёстный на­девал на него крест, рубашку, поверх которой повязывал пояс. Обряд крещения завершался в доме наставника, где читали приходившиеся на этот день молитвы и давали необходимые настав­ления окрещённому (29).

В других локальных вариантах лодка ста­вилась недалеко от берега, на якорь. Крещаемого, после освящения водоёма, препоясав, опускали на полотенцах в воду (полотенце дли­ною 1,5 м из белого полотна, "чистое" – не бывшее в употреблении) и. читая крестильную молитву, трижды погружали в воду. При этом крёстная(ый) держала за концы полотенца, а пыртысь придерживал голову окрещаемому. На берегу крёстная(ый) надевала на окрещённого крест, пояс, рубашку. Необходимость креще­ния с лодки объясняют тем, что после освя­щения вода в реке становится купелью и вхо­дить в неё пыртысю нельзя. По всей видимос­ти, с подобными же представлениями связана такая разновидность обряда, когда пыртысь ос­тавался на берегу, а крещаемый входил в воду и самостоятельно трижды (под соответствую­щие разделы крестильной молитвы) погружал­ся в воду (30).

В ряде других локальных вариантов пыртысь и крещаемый, после освящения водоёма, вместе входили в воду. Пыртысь, читая крестильную молитву, троекратно погружал окрешаемого в воду. На берегу крёстная(ый) надевала на окре­щённого крест, рубашку и пояс (31).

В некоторых селениях крещение соверша­лось в специально сооружённой загородке (идрдан): в дно вбивали берёзовые или ивовые колья в виде квадратной загородки, на которую натягивали новые сети – выль кулом. Перед кре­щением пыртысь троекратно кадилом освящал воду в загородке. После этого пыртысь опоясы­вал полотенцем окрещаемого. Узел завязывает­ся сзади, на спине. Пыртысь держал за концы полотенце, и вместе с окрещаемым входил в воду лицом на восток. Придерживая левой рукой кон­цы полотенца, пыртысь клал правую руку на го­лову окрещаемого и, читая крестильную молит­ву, троекратно погружал его в воду лицом вниз; по словам информантов, "окрещаемый при этом как бы совершал поясной поклон". После тре­тьего погружения пыртысь подводил окрещённого к берегу и передавал концы полотенца крёстному, который выводил его на берег держа за полотенце. На берегу крёстная(ый) надевала на окрещённого нательный крест, рубашку, поверх которой завя­зывался нательный пояс. После этого пыртысь троекратно освящал окрещённого кадилом (32).