Обзор СМИ. Мусульман из Европы депортируют. Надо ли выкупать колокола Свято-Данилова монастыря? Кто и почему приходит в церковь. Раввинам не удалось вернуть золотую менору.

МУСУЛЬМАН ИЗ ЕВРОПЫ ДЕПОРТИРУЮТ.
Наталия Аманова в статье "Обратный трансфер" "Россiя" сообщает о том, что с четвертого февраля Евросоюз начнет акцию по депортированию мусульман из Европы. Такое решение было принято Евросоюзом из-за усиливающейся опасности террора в Европе. На его принятие повлияли недавние теракты в Турции и антисемитские проявления во Франции. В Европе надеются, что эта акция поможет в ликвидации террористического подполья, расползающегося по всему континенту.
"По последним данным, в Европе проживают 28 миллионов мусульман. Четверть из них имеют гражданство европейских стран, остальные - беженцы, находятся в Европе на нелегальном положении".
Во Франции численность мусульман достигает 5 миллионов человек. «С этим контингентом французскому правительству постоянно приходится заигрывать и во многом идти у него на поводу» – отмечает автор. Результатом чего стали проявления антисемитизма, несвойственного французам и привнесенного мусульманскими иммигрантами. Одна из последних трагических акций - поджог еврейской школы в пригороде Парижа, - заставила президента Жака Ширака включиться в активную борьбу с антисемитизмом.
Автор считает, что только сейчас Европа начала медленно осознавать, что «предоставление убежища, разбазаривание собственного гражданства и отказ от депортации "беженцев" были колоссальной ошибкой".

НАДО ЛИ ВЫКУПАТЬ КОЛОКОЛА СВЯТО-ДАНИЛОВА МОНАСТЫРЯ?
Газета "Новые Известия" опубликовала статью Михаила Поздняева под названием «Слышен звон... Патриархия проявляет все больший интерес к "перемещенным ценностям" о целесообразности возвращения 18 колоколов звонницы Свято-Данилова монастыря из Америки.
В 1930 г. колокола из звонницы Свято-Данилова монастыря были проданы правительством СССР американскому промышленнику Чарльзу Крейну. Впервые вопрос о возможности возвращения колоколов был поднят вскоре после открытия монастыря при генсеке Черненко, а год назад "колокольный проект" включили в программу празднования 700-летия кончины Даниила Московского - основателя обители.
Гарвард должен провести анализ всех затрат, связанных с предполагаемой заменой древних колоколов на их копии. Изготовление новых колоколов обойдется в 700 тыс. долларов, в связи с чем, наместник московского Свято-Данилова монастыря архимандрит Алексий призвал россиян активнее участвовать в сборе средств, а Патриарх Алексий II обратился к Михаилу Касьянову с просьбой "оказать содействие возврату колоколов".
Автор считает, что этот церковный проект прикрывается благими словами о восстановлении исторической справедливости, а общая стоимость проекта выльется в цифру гораздо большую. М. Поздняев приводит мнение экспертов о том, что эти 18 колоколов из Гарварда художественной ценности не имеют, а колокола-новоделы звонят не хуже.
В частности, директор Института искусствознания Алексей Комеч считает "саму постановку вопроса о возвращении церковного имущества Московской Патриархии некорректной", поскольку "единого собственника церковного имущества до революции никогда не было".
Автор настаивает на том, что Московская Патриархия не может претендовать на статус правопреемницы Русской Православной церкви, а, значит, и на храмы, иконы, книги, колокола и земли.

КТО И ПОЧЕМУ ПРИХОДИТ В ЦЕРКОВЬ.
Анна Амелькина в газете "Известия" рассматривает данные социологических исследований о соотношении православных и неверующих в российском обществе. Автор приводит размышления священнослужителей о том, что в церковь перестали приходить любопытствующие, как это было в разгар перестройки, и остались те, кому вера действительно интересна.
«Сегодня наблюдается не столько приход людей любопытных в церковь - этот процесс закончился, - убежден священник Михаил Дудко. - Теперь скорее идет процесс углубления веры, и те люди, которые остаются в наших храмах, знают, зачем они туда приходят. Сейчас до 70 процентов наших граждан называют себя православными. Другое дело, что не все из них ходят в церковь. Происходит процесс разделения на людей, которые относят себя к кругу русской православной культуры, и людей, которые осознают себя глубоко верующими. Этих людей становится больше".
Однако, насколько больше стало прихожан у церкви, сказать сложно: учетом церковь не занимается.
Исследования социологов говорят о том, что россиянину нравится считать себя православным, но он не склонен обременять себя обязанностями христианина.
Россияне не стали больше ходить в церковь на протяжении 90-х годов, но больше стали говорить о себе как о православных - по последним данным, 61 процент. Но при этом с той регулярностью, с которой требовалось в дореволюционной России ходить в церковь (хотя бы раз в месяц), ходят порядка 6-8 процентов россиян. 60 процентов церковь вообще никогда не посещали, около 30 процентов бывают в ней от одного до нескольких раз в год. Называя себя православным, он чаще всего имеет в виду, что он русский.
Священники говорят, что из церкви ушли любопытствующие, но остались истинно верующие. Однако социологи относятся к этому утверждению скептически.
«Во-первых, мы опрашиваем людей не в храме, а дома, и в этом смысле имеем дело с другими людьми, - говорит Борис ДУБИН, ведущий научный сотрудник аналитической службы ВЦИОМ-А под руководством Юрия Левады. - У священника, наверное, есть возможность отделить истинно верующего от любопытствующего. Нам в наших опросах такую границу провести сложнее. Но есть интересный феномен: большая часть россиян считает, что мало людей истинно верующих, а в основном люди хотят показать, что они вроде как верят. Но судить о степени истинности веры - это не дело социологов, не берусь давать такие оценки".
Ольга МАХОВСКАЯ, кандидат психологических наук, Институт психологии РАН, считает, что отток прихожан из храмов говорит об улучшении жизни. Исторически россияне ассоциируют себя с православием и часто, отвечая на вопросы социологов о своей конфессии, говорят: "Я православный". Но последующий опрос показывает, что "верующие" ходят в церковь редко или почти никогда не ходят, не имеют духовника, не соблюдают пост, не молятся. «Отток прихожан из храмов указывает и на некоторое улучшение жизни. В тяжелые годы перестройки гораздо больше людей нуждалось в поддержке и покровительстве, которые они могли найти только в церкви. Бурное развитие психологических сервисов, а также либерализация отношений между людьми тоже снимает напряженность и потребность в поддержке. Таким образом, у России появился шанс остаться светским государством".

РАВВИНАМ НЕ УДАЛОСЬ ВЕРНУТЬ ЗОЛОТУЮ МЕНОРУ.
Еженедельная "Газета" размещает материал Антона Иваницкого "Раввинов не пустили в подвалы Ватикана". Впервые в истории два главных раввина Израиля получили аудиенцию у главы римско-католической церкви Иоанна Павла II. Главные раввины Израиля Йона Метцгер и Шломо Амар познакомились с Папой Римским Иоанном Павлом II, когда тот совершил паломничество в Святую землю на празднование 2000-летия Рождества Христова. Их визит в Ватикан стал ответным и, что самое главное, первым в мировой истории.
Священнослужители обсуждали тему сосуществования двух религий и осуждали антисемитизм. "Раввины обратили внимание Папы Римского на опасность развития антисемитизма как в государствах, традиционно исповедующих христианство, так и среди служителей католической церкви. На их взгляд, одним из эффективных способов борьбы с предрассудками и ксенофобией стало бы появление дня иудаизма в католическом календаре," – отмечает автор.
Накануне встречи с Папой раввины обратились к Ватикану с просьбой разрешить им осмотреть ватиканские подвалы, в которых они надеялись найти золотой семисвечник - менору, которая стояла рядом с Ковчегом завета, где хранились Десять заповедей Моисея. Однако, как полагает автор, самое большое упование иудеев, связанное с визитом, не оправдалось. Раввины не получили разрешения осмотреть хранилища в подвалах Ватикана.
Поскольку менора - один из важнейших символов как Израиля (она изображена на его государственном гербе), так и иудаизма, раввины мечтают вернуть ее в Святой город.
"Главные раввины не отважились задавать связанные с семисвечником вопросы самому Папе, но расспросили о нем священнослужителей из папской канцелярии, которые поспешили уверить первосвященников в том, что золотая менора давно утеряна. Главный сефардский раввин Шломо Амар грустно прокомментировал эти заверения: "Мое сердце подсказывает мне, что это неправда".