Важно научить людей правильно использовать время

Тамасосская и Оринийская митрополия на Кипре была возрождена в 2007 году. Первым после двухвекового перерыва митрополитом был избран выпускник Московской духовной академии митрополит Исайя (Киккотис). Во время торжеств по случаю 325-летия МДАиС митрополит Исайя ответил на вопросы о духовном образовании в Греции и России и рассказал об активной социальной деятельности в своей митрополии.

– Владыка Исайя, Вы выпускник Московской духовной академии . Но семинарию окончили на Кипре?

– Да. После школы я окончил экономический лицей, отслужил в армии и уже после службы пошел в семинарию. В семинарии был прописан как послушник Киккского монастыря. Три года прожил послушником, а после пострига ныне владыка, а тогла игумен Киккского монастыря Никифорос решил, чтобы я учился здесь по приглашению патриарха Московского Алексия II. И здесь я окончил только Академию.

– Ваша семинария включена в Болонский процесс , то есть, по окончании Вы имели статус бакалавра?

– Нет, у нас другая система. Среднее образование разделяется на 3 уровня: начальное, гимназия и лицей. Полный цикл – это среднее специальное образование. Если человек окончил только гимназию и поступил в семинарию, он учится 3 года, если закончил колледж (как я ) – учится в семинарии 2 года. Сама семинария дает среднее специальное образование и ее диплом аналогичен диплому колледжа. То есть если до перехода на Болонскую систему в России семинария была равноценна высшему образованию, то на Кипре – нет. И готовят в семинарии будущих священников. Но чтобы стать богословом и, например, преподавать, нужно получить высшее богословское образование. Ради этого наши выпускники отправлялись на один из богословских факультетов – в Афины, Салоники, Бостон или Париж (в Свято-Сергиевский институт ).

Когда я приехал в Россию, это было еще до реформы образования и семинария была 4-годичной, т.е. система духовного образования была аналогична нашей. Сегодня, например, мне было бы намного сложнее поступить, требовалось бы пройти сложную систему признания дипломов.

– Помните первый приезд в Россию?

– Конечно! Очень хорошо помню!

– Какие были впечатления?

– Холодно. Очень холодно!

На конференции в честь 325-летия МДА

Я совсем не разговаривал по-русски. Поскольку готовился продолжить образование в Бостоне, говорил по-английски, чуть-чуть по-французски.

Здесь меня очень хорошо воспринимали, с любовью, это очень облегчило мою жизнь в России в первые месяцы.

– А как учили язык?

– Игумен поставил передо мной задачу: пожить в России – и через 6 месяцев поступить в Академию.

Моим первым учителем русского языка стал нынешний митрополит, а в то время – иеромонах Иларион (Алфеев) . Это было еще до Оксфорда, но он уже знал английский и на этом языке мы могли общаться. Поэтому нас и познакомил тогдашний ректор МДАиС владыка Филарет.

Отец Иларион принес Евангелие от Иоанна на английском и на русском: он решил, что мы будем читать Евангелие и так я выучу русский. Через несколько уроков стало понятно, что выучить русский через Евангелие от Иоанна трудновато, и я попросил отца Илариона найти мне преподавателя. Конечно, он мне помог, и с тех пор мы очень дружим.

Потом я один месяц занимался в Пушкинском институте, но они закрылись из-за тогдашних событий. Помню, я даже пошел пешком и сфотографировался на фоне горящего Белого дома – такой вот сувенир у меня есть с тех времен!

А после мы 5 месяцев серьезно занимались с Виктором Григорьевичем Соколюком. Все это время я жил у него дома, в семье. Он преподавал мне грамматику и синтаксис, но в основном я учил язык через кино. Каждый день он мне ставил на видео 3-4 – старых советских фильма – так же богатый русский язык, качественное произношение – а потом мы их обсуждали.

Живя у него, я осваивал русские традиции, бывал на днях рождения, праздниках, привыкал к русскому чувству юмора.

– А Вы тогда не пробовали читать Евангелие по-церковнославянски?

– Тогда нет. Но после, когда мы учили церковнославянский язык, я лучше понимал его синтаксис, потому что он ближе к греческому. Хотя, кончено, там есть свои особенности.

А после МДА я ездил совершенствовать свои знания на богословском факультете в Салонкиах

– В чем, по-Вашему, разница в богословском образовании в Греции и России?

– Само богословие, конечно, то же самое, основа – одни и те же святые отцы. Отличается система преподавания. Здесь, в МДА , оно осталось традиционным, в программе не так много предметов – около 14. В Греции и вообще на Западе е гораздо больше около 40, бывает 48... Просто на западных богословских факультетах более сильное разветвление, большее разделение на "сюжеты". Например, патрологию можно сделать одним курсом. А можно разбить на 4 и каждый сделать более подробным.

Но и здесь, в России, система очень хорошая. Вообще в последнее время развивались связи, профессора обменивались визитами, общение между богословскими школами стало намного более тесным. Здесь, в Академии, хорошо преподается греческий язык, ия сам участвовал в открытии Греко-латинского кабинета с благословения владыки (а тогда игумена Киккского монастыря) Никифороса. Благодаря этому умногих студентов есть возможность изучать источники, тем более что хорошо преподается и древнегреческий преподается.

Я чувствую большое взаимопонимание между богословской мыслью России и Греции. Многие студенты после Академии учатся в Афинах и Салониках, это открывает большие возможности для богословского общения.

– Владыка, в Вашей митрополии Церковь ведет активную социальную работу. Какие проблемы на Кипре стоят наиболее остро?

– Проблема модернизации и традиции.

С Архиепископом Верейским Евгением, ректором МДА

В современном мире есть некоторая ошибочная теория прогресса. К сожалению, сейчас это относится и к Кипру. Люди думают, что традиция – это что-то старое и к ним не относится, а прогресс – это современное, новые технологии, новая жизнь... Но это большая ошибка. Люди неправильно оценивают происходящее и перестают пить ту "живую воду", которая есть в традициях каждого народа. Так происходит, потому что ослабла семья и развивается глобализация.

На Кипре туристов намного больше, чем основного населения. Киприотов всего 900 тысяч, туристов ежегодно приезжает около 3, 5 миллионов. Они привозят новые обычаи, представления... Но, слава Богу, в последнее время очень много русских, а у нас традиции похожи, к тому же русские – православные.

Надо сохранять веру, с опорой на традиции строить современное общество.

К сожалению, из проблем у нас еще наркотики, безработица. Конечно, очень плохо на жизнь влияет экономический кризис. Мы стремимся преодолеть эту ситуацию, очень активно работаем с молодежью. Например, у нас есть специальные семейные консультанты, которые проводят беседы, учат, как сегодня должна жить православная семья, как организовать себя дома, растить детей, учить их, как с ними относиться. Мы говорим, что нельзя действовать насилием, только советами.

Еще есть служба, которая работает в домах престарелых и занимается досугом пожилых людей, чтобы их время проходило с пользой.

У нас много православных спортивных клубов – для любителей футбола. Велосипедного спорта. Их организуют наши священники, сами во всем участвуют.

– А Вы?

– Я тоже участвую, я же все это организовал! Церковь старается показывать здоровый образ. Я очень тесно общаюсь с населением. Мы должны-то сделать, чтобы между людьми и верой не возникла пропасть.

Я считаю, поскольку Господь меня поставил на это место, мне потом надо будет сдать ему "экзамен" по моей деятельности в этой епархии.

Я очень волнуюсь о молодежи. А вообще занимаюсь проблемами всех возрастов и стараюсь, насколько это в моих силах, помочь своему ближнему.

Сегодня один из способов помочь людям – научить правильно использовать время , потому что время течет быстро и человек не успевает достигнуть необходимого уровня, который ему открывает райские двери. Правильное использование времени, развитие в себе необходимых добродетелей – любви, скромности, смирения, терпения – помогает употребить это время на пользу. Я предлагаю различные способы занять свое время с пользой. Это спортивные, катехизические, культурные программы, в которых практическая деятельность обязательно соединена с молитвой. Только таким образом получается целостный человек.

Если духовенство не спустится к людям, чтобы собрать на улице, это будет предательством той заблудшей овечки, которую мы так и оставим потерянной, если не отправимся на ее поиски. Конечно, чтобы суметь помочь людям, надо сначала помочь себе. Чтобы излучать свет нужно этот свет иметь в себе. Поэтому наши принципы таковы, что сперва мы сами должны встать на правильный путь духовного возрастания и совершенствования. Тогда мы сможем помочь другим людям.