В субботнем выпуске и на сайте мы рассказали о новом витке скандала вокруг Свято-Боголюбского монастыря под Владимиром. Первый звонок был в августе, когда сбежавшая из тамошнего приюта девочка рассказала "КП" об истязаниях, которым подвергали ее и сверстниц монашки.
И вот в Москву приехали очередные бывшие воспитанницы приюта. С ними – матушка Наталья, которая заведует школой-пансионом в Суздале. К ней после того первого скандала и отправили детей. Но несколько самых старших девочек оставили доучиваться в монастыре. С ними-то на днях и случился новый скандал: две девочки убежали из монастыря: Света Кузнецова и Вероника Сарина.
С 16-летней Светой и ее мамой Никой, которые ныне живут в небольшом городке Татарстана Лениногорске, нам удалось договориться о встрече не с первого раза. Семья интересная. Раньше Светину маму звали по-татарски Наиля, но после того как вышла замуж за православного, женщина крестилась и сменила имя. В новую веру ушла с головой. Стала водить детей в воскресную школу при церкви. А 6 лет назад вместе с дочкой и сыном уехала во Владимирскую область – говорит, чтобы защитить детей от пьющего отца. Хотела принять постриг, но только, пока дети несовершеннолетние, этого делать нельзя. Так Света и ее брат оказались в приюте, а мама стала послушницей в Свято-Боголюбском монастыре.
– Пока у меня было послушание, жила некоторое время в скиту (так там называли домики у монастыря, где селились верующие). Виделась с детьми раз в неделю. Девочки жили по 6 – 8 человек в одной комнате, – вспоминает Ника. – Там было чисто, светло, красиво. Учились при приюте, у них были кружки вязания, вышивания...
– Сейчас многие бывшие воспитанницы рассказывают про страшные наказания, которым подвергали их в монастыре, – напоминаем мы.
Ника опускает глаза.
– И в миру это происходит, какое воспитание без наказания... Но только в семье наказывают родные, а там чужие люди. Это и обидело девочек...
Обидело так, что ее дочь сегодня категорически отказывается вспоминать про 6 прожитых лет в том приюте! Когда нынешней осенью Света вместе с подружкой, не желая больше оставаться в монастыре, убежала, она почти неделю жила при Епархиальной школе-пансионе в Суздале. Оттуда ее забрала мама с адвокатом. Забрала и – вернула в приют. Но после скандала в монастырь одна за другой потянулись комиссии с проверками, и монахини решили разом избавиться от ненадежных послушниц.
В комнате бывшего ветеринара, а ныне архимандрита Петра Кучера иконостас стоит рядом с портретом Сталина.
В комнате бывшего ветеринара, а ныне архимандрита Петра Кучера иконостас стоит рядом с портретом Сталина.
– Нам, послушницам, сказали: "Уезжайте к себе вместе с детьми!" – рассказывает Ника.
Со Светой мы разговаривали в школе, где она теперь учится. Обычная на вид школьница – белая водолазка, черная юбочка. Но фотографироваться и рассказывать что-либо о жизни в приюте Света наотрез отказывается.
– Пробел в образовании ощутим, конечно, – делится директор школы № 8 Татьяна Ларина. – Но она старается. Я думаю, у нас получится подготовить девочку к сдаче ЕГЭ.
В приюте при монастыре экономику, информатику, правоведение, физкультуру детям не преподавали, учили только домоводству.
– Я ушла из приюта только из-за того, что хотела учиться и получить оценки по всем предметам, чтобы поступить в вуз, – говорит Света. – Иначе у меня этого не было бы. Если доучиваешься там, то так и остаешься при монастыре, насовсем!
Девочка мечтает стать врачом. Но чтобы сдать ЕГЭ, надо не только хорошо учиться. Сегодня у 16-летней Светы нет ни паспорта, ни ИНН. Есть только справка из монастыря, по которой им с мамой и продали билет до Лениногорска. В Свято-Боголюбском монастыре к мирским документам относились скептически: нельзя, мол, "цифровать" человека.
РЕПОРТАЖ ИЗ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ
"Меня дочка умоляла вернуть ее в монастырь!"
Родители детей, которые в свое время находились в приюте при Свято-Боголюбском монастыре, живут вокруг самой обители "истинного православия". Некоторые – прямо в Боголюбове.
Двухэтажный крепкий дом, обшитый сайдингом, пластиковые окна, вокруг территории – высокий забор. На втором этаже горит свет. Стучимся долго, сигналим из машины – никто не открывает. А едва отъезжаем от дома, на улице появляется "Лэнд ровер". Водитель, мужичок с растрепанной бородой, грозно опускает стекло...
– Вся эта история – ложь и провокация! – гремит хозяин машины Михаил Моргулис на наш краткий пересказ истории. – Все от жидомасонов идет! У меня восемь детей, трое из них жили в монастырском приюте. Так монастырь из них людей сделал! Младшая дочка меня на коленях умоляла, чтобы я ее назад в монастырь отдал. А михелевская школа, что в Суздале (куда после первого скандала прошлого года перевели "боголюбских" детей. – Ред.), – это разврат! Мне рассказывали, что там пьют, курят!
Трудник монастыря и отец восьмерых детей Михаил Моргулис уверен, что оговорить монахинь девочек-послушниц кто-то заставил.
Трудник монастыря и отец восьмерых детей Михаил Моргулис уверен, что оговорить монахинь девочек-послушниц кто-то заставил.
– Почему же дети говорят об издевательствах?
– Детей заставляют врать! Может быть, их даже пичкают чем-нибудь!
– А с вашими детьми можно поговорить?
– Рад бы, да они на учебе.
– Правда ли, что, когда был приют, родителям запрещали видеться с детьми?
– Ну да. Но не потому, что хотелось запретить. Нам говорили: чем реже вы видите детей, тем лучше для них. А то придут родители, дети сразу скачут, радуются. А тут монастырь, эмоции прятать надо.
– Говорят, у вас нет документов. Как же вы элементарно в больницу обращаетесь?
– В монастырь приходят терапевты, зубные врачи. И монастырь все оплачивает. У меня паспорт есть. Он до 2002 года действителен, но есть. Я ведь трудник в монастыре (то, что хозяйственным работником женского монастыря работает мужчина, – явление нередкое. – Прим. авт.). Бывает, вожу монастырских на машине в Москву – купить чего, по другим надобностям. Совсем-то без документов ну никак нельзя!
А В ЭТО ВРЕМЯ
Монахини признались, что жестко наказывали детей. Но не ремнем
Во Владимирской области продолжаются проверки по "делу о боголюбских беглянках". В пятницу во Владимирскую епархию приехали уполномоченная по правам ребенка во Владимирской области Любовь Кац и советник омбудсмена РФ Наталья Яковлева. Они сразу прошли в кабинет владыки Евлогия.
Пока гостьи беседовали с главой епархии за закрытыми дверями, в коридоре ожидали пять монахинь из Свято-Боголюбского монастыря: настоятельница матушка Георгия, инокиня Антония, которая прежде курировала монастырский приют, две монашки и одна юная послушница. Разговаривать с журналистами они не пожелали. Одна из монахинь достала псалтырь и начала про себя молиться, едва заметно шевеля губами. Так она и простояла полтора часа, пока делегацию из монастыря не попросили пройти к архиепископу Евлогию.
Разговор трех сторон – уполномоченных по правам человека, епархии и монахинь – продолжался еще около часа и временами проходил на повышенных тонах. Однако разобрать слов было нельзя.
Наконец из кабинета архиепископа вышла Наталья Яковлева.
– Две девочки из Суздальской епархиальной школы-пансиона назвали имена двух конкретных монахинь, которые над ними якобы издевались, поэтому мы и затеяли собственную проверку, – сказала она. – Сейчас мы говорили об этом. Служительницы монастыря признали, что жестко наказывали детей – заставляли бить поклоны, читать молитвы, но не так жестоко, как те описывают. Говорят, что ремнем не били. Владыка попросил монахинь поклясться на Евангелии, что издевательств не было. И они поклялись на наших глазах!
– Так кто же лжет в данной истории?
– Это решит прокуратура после тщательной проверки.
Источник: Комсомольская правда
