Одной из наиболее острых и актуальных тем, обсуждаемых на IV всецерковном съезде епархиальных миссионеров, была тема противодействия тоталитарным сектам и уврачевания расколов. О том, как проходит работа в этом направлении в Анадырской и Чукотской епархии, рассказывает ее правящий архиерей – епископ Анадырский и Чукотский Никодим.
– Владыка, расскажите, как бы Вы определили: что такое "борьба с сектами"? Приемлемо ли это понятие для православия в прямом смысле?
– "Борьба с сектами" – это общее название противосектанского направления. В значение этих слов не нужно вкладывать какие-нибудь враждебные агрессивные смыслы. Нет необходимости куда-то чуть ли не с оружием идти и насильно кого-то возвращать. Нужно объяснять населению пагубность того или иного сектанского учения, проще говоря – раскрыть правду. Таким образом могут быть ограничены действия любой секты.
Мы должны понимать и объяснять, что часто целью сектанской деятельности является банальное вымогание денег из ее членов. И вот здесь уже можно привлекать государственные правозащитные органы.
К сожалению, люди часто идут в секты, потому что не обретают того, что ищут в православии: доброту, открытость, доступность, возможность общения. Хотя именно таким православие должно быть.
Православные миссионеры должны предложить людям что-то такое, от чего души их загорятся. И не менее важно уметь это предложить.
Определенный комплексный подход обязательно принесет свои плоды.
Но самое главное, чтобы наши прихожане – люди, которые называют себя православными, имели хотя бы элементарную духовную грамотность, могли разобрать в том, во что они верят, и уметь с любовью объяснить это другим.
– Каким образом происходит раскол?
– В православии обычно происходит так: сначала возникает ересь. Учение, данное свыше, заменяется какими-то своими учениями. Происходит отход от истинной веры, и здесь обнаруживается раскол.
Это мы можем проследить на примере некоторых старообрядческих общин. Они отходили в течение столетия, и сейчас даже трудно определить, что они из себя представляют.
– А какие религиозные течения можно назвать сектанскими?
– Существуют более или менее подходящие определения и классификации тех или иных учений. Я советую подойти к этой теме с таким вопросом: православное учение или не православное? Все, что не православное – нам не подходит.
– Замечена ли Вами тенденция прихода определенного количества людей к православию через секты?
– Да, таких случаев немало. Этим путем пришел еще блаженный Августин.
В основном так происходит, когда человек, будь то житель крупного мегаполиса или отдаленной деревни, действительно не имеет возможности познать истинную веру: Такой человек ищет какое-то духовное наполнение для своей души, начинает интересоваться различными учениями, но столкнувшись с недостатками, переходит к другому учению, третьему, четвертому...
– Если задаться целью искать недостатки, их можно в любой религиозной организации найти в избытке. Человеку присуща тяга к идеалу?
– Несомненно, а Вы в себе этого не замечаете? И наши миссионеры должны подхватывать сомневающегося человека, окружать терпением, открывать всю радость Христовой любви к нему.
Но сейчас я вынужден свидетельствовать о том, насколько еще несовершенно наше миссионерское служение. Оно находится в стадии роста. Многие люди, которые ходят в храм, также только начинают духовно возрастать.
Мы переживаем начальный период миссионерской деятельности. Сказывается 70-летие безбожной власти, в результате которой наш народ был оторван от православных корней. Развилась ужасающая духовная неграмотность. Но ведь сказано в Священном Писании: "Где труп – там соберутся и орлы".
– Проблема религиозной безграмотности присутствует и в Чукотском регионе, который Вы духовно окормляете?
– Вообще назвать себя сейчас христианином – очень легко. Но не все понимают, что с этим связаны определенный образ жизни, мировоззрения, общения.
К сожалению, приходится констатировать: несмотря на то, что Чукотская епархия существует уже 10 лет, раньше уделялось мало времени и сил на то, чтобы проповедовать Слово Божие. Больше сил тратилось на критику собственного священноначалия.
Сейчас с Божией помощью прикладываются все силы для восполнения этого потерянного времени.
– Но все-таки основополагающая религия в этом регионе – православие?
– Скажем так, большинство людей называют себя православными.
– Как Вы считаете, каким образом должно быть построено пастырское служение, чтобы как можно больше людей воцерковилось?
– Во многом важно и красиво совершаемое богослужение, и личное общение, и общение через СМИ: газеты, радио, телевидение.
К примеру, до некоторых населенных пунктов Чукотки по-другому даже невозможно передать какую-то информацию. Есть районы, села, куда можно вылететь примерно раз в месяц.
Но с Божьей помощью мы надеемся, что миссионерская работа будет усилена, миссионерский съезд принесет определенные плоды. Мы возлагаем большие надежды на нынешнюю встречу.
– Существует ли нехватка храмов на Чукотке? Ведь проехаться в другой район, где есть церковь, для людей не так просто?
– Храмы можно везде открывать там, где действительно есть массовое заселение. Как таковых крупных населенных пунктов в Чукотке нет. В каждом районном центре есть церковь, в некоторых даже две. Для региона, который населяют не более 50 000 человек, это вполне приемлемо.
Нужно учитывать и то, что люди здесь часто не просто живут, а и выживают. Проблемы у них не только как и где, но и за счет чего жить. Сложная епархия, но она является лакмусовой бумажкой миссионерской деятельности Русской Православной Церкви.
Источник: Православие и мир
