Ислам и демократия – несовместимые вещи

Египет – страна, с легкой руки журналистов прозванная "всероссийской здравницей", охвачена волной так называемой "жасминовой революции". О том, какова роль исламистов в подрыве основ порядка этого "пляжного рая", корреспондент портала "Интерфакс-Религия" Елена Веревкина попыталась выяснить у известного исламоведа Александра Игнатенко.

– Александр Александрович, как Вы считаете, насколько сильна роль исламистского подполья в организации беспорядков в Египте?

– Я думаю, что эта роль не очень велика, потому что то, что происходит в Египте, это то, что можно и нужно назвать революцией "два в одном". С одной стороны, это народное восстание людей, которые находились под гнетом геронтократического коррупционного режима, с другой стороны, это так называемая "цветная революция", которая пытается использовать этот народный импульс, народный порыв для того, чтобы перераспределить власть и собственность среди элитных групп Египта. Лидером этой второй революции является известный деятель Мохаммед аль-Барадей.

Что касается исламистов, то они всегда были активны в Египте, но в этой революции они не играют решающую роль, здесь другие движущие силы, другая пехота. Однако сейчас они находятся в состоянии выжидания, не в последнюю очередь потому, что имеют очень большой политический опыт. Чем вызвано это выжидание? Оно вызвано тем, что любая политическая группа, которая придет к власти в Египте (предположим, это будут люди, которые устраивают "цветную революцию"), вынуждена будет иметь дело с комплексом проблем, очень сложных, очень застарелых, обострившихся в последнее время, и решить все эти проблемы они не смогут. В настоящее время уже видно, что они идут на то, чтобы заключить какого-то рода соглашение, гласное или негласное, с теми силами, которые пытаются и устроить эту революцию, и загасить ее, то есть с контрреволюционными силами.

Какие это силы? Они сейчас стараются прийти к какому-то соглашению с Мохаммедом аль-Барадеем и вместе с тем они не исключают, а даже предполагают какой-то союз с военными, с силовиками в Египте. Возможно создание какого-то промежуточного, переходного правительства. Оно никоим образом не будет правительством национального согласия или правительством национального спасения, оно будет обязательно переходным, в котором бы они тем или иным образом, в той или иной форме принимали бы участие наравне с военными и организаторами и реализаторами "цветной революции".

– При посещении Египта возникает впечатление, что большинство жителей страны далеки от жизни по канонам ислама. Сколько египтян, по Вашим оценкам, может реально поддерживать "Братьев-мусульман" и по каким причинам – политическим или идеологическим?

– Я затрудняюсь сказать, сколько египтян может поддерживать "Братьев-мусульман". Вопрос в другом. В настоящее время в Египте происходит широкомасштабная революция, в которой принимают участие самые разные силы – от "Братьев-мусульман", о которых мы говорили, но они не главная сила, еще раз подчеркну, до уголовников, которые ловят свою рыбу в этой мутной воде. Не факт, что какая-то часть египтян идет за "Братьями-мусульманами" и за какими-то религиозными лозунгами, совсем нет. У всех этих событий другие организаторы. Судьбы этой революции связывать с "Братьями-мусульманами" и с египтянами, которые солидаризуются с ними, как с религиозно-политической организацией и политической силой, не вполне верно.

– Имеет ли право на жизнь такое словосочетание, как "исламская демократия"? Насколько она жизнеспособна?

– Я это выражение никогда не употреблял и не употребляю. Ислам и демократия – несовместимые вещи: либо ислам, либо демократия.

– По Вашим оценкам, власть скорее перейдет к прозападным силам, Мохаммеду аль-Барадею, или все пойдет по иранскому сценарию, с откатом к жесткому исламу?

– Я думаю, что в Египте будут выходить на такой режим, при котором главную или первую роль играют армия и спецслужбы. Не исключаю, что Соединенные Штаты и Евросоюз, которые продемонстрировали свою заинтересованность в событиях в Египте, не будут стремиться к установлению чистой демократии, а удовлетворятся силовым решением всех вопросов при условии, что этими военными будут блокироваться организаторы и реализаторы "цветной революции" и те же "Братья-мусульмане", которые вполне могут участвовать в каких-то политических реформах. Достаточно сказать, что они неоднократно избирались в египетский парламент и тому подобное. По моему мнению, опыт Пакистана, в котором свергли военного диктатора генерала Мушаррафа и заменили его не без давления со стороны Соединенных Штатов на "демократическое правительство", показывает, что такого рода замены руководителя государства могут привести к нежелательному результату, а именно к тому, что к власти приблизятся и попытаются ее захватить, как это сейчас происходит в Пакистане, вот эти вот радикальные исламистские элементы.

– Чем этот вариант грозит российским туристам, полюбившим страну?

– Это другой вопрос. Вопрос к фирмам, которые занимаются туризмом.