Монастырь – крепость духа непокоренного

Немало в Древней Руси было монастырей, где монахи, верные сыны отчизны, стойкие воины, защищали землю русскую. Истории многих таких монастырей мы не знаем: одни сохранились в малых российских городах, другие схоронились в глухих местах...

Довелось мне этим летом побывать в Малоярославце в Свято-Николаевском Черноостровском монастыре, что расположен на окраине города. История этого монастыря необычна. Его название происходит от местонахождения на "особой горе", названной когда-то Черным островом. В давние времена возвышенное место, занимаемое монастырем, было окружено с трех сторон рвами и покрыто непроходимым, высоким черным сосновым лесом, отчего и именовалось Черным островом. Так когда-то, много столетий назад, монастырь и получил название Черноостровский.

Старинное предание гласит, что князья Оболенские основали монастырь в XIV веке, о чем есть упоминание в одной из княжеских грамот. В Смутное время литовцы разорили и разграбили монастырь, не пощадили и монахов. И снова братия восстанавливает порушенное. Восстановление монастыря пришлось на начало XIX века, но тут грянула война 1812 года.

Дотоле малоизвестный Черноостровский монастырь стал знаменит на всю Россию. У его стен 24 октября 1812 года произошло грандиозное кровопролитное сражение. 110-тысячная армия Наполеона после тридцати шести дней пребывания в холодной, сожженной Москве оставляет 19 октября этот неприветливый разоренный город. Наполеоновская армия двигалась стремительным маршем на юг, пытаясь выйти к Калуге. Император надеялся проложить ей путь в южные районы для срочного пополнения запасов продовольствия. Но Кутузов преградил путь, направив навстречу Наполеону крупные военные соединения.

24 октября началось упорное и яростное сражение, в котором участвовали более 50 тысяч человек с обеих сторон. Битва длилась 18 часов, город переходил из рук в руки восемь раз и сгорел дотла. Все площади, улицы были завалены ранеными и убитыми. У стен монастыря на Ивановом лугу лежали и русские, и французские солдаты. Русские бились насмерть, защищая свою родину, французы бились насмерть за честь наполеоновского солдата, за императора Франции. Наполеон оставил тысячи своих солдат на Ивановом лугу. На территории самого монастыря тоже лежали тысячи павших воинов. Среди убитых оказался и диакон Вонифатий.

Большая часть братии при приближении французов порешила: часть монахов уйдет в Калугу, забрав с собой церковную утварь, а остальные повезут в Орел ризницу. Войдя в монастырь, французы сожгли обитель, прежде разграбив все – погреба, подвалы, кладовые.

Получив такое горестное известие, отец Макарий в лаптях и рясе с одним послушником вышел из Калуги в Малоярославец. Там он застал страшную картину: все улицы, площади, монастырь, Иванов луг были сплошь завалены трупами, дымились дома. А отец Макарий думал о том, где хоронить, как хоронить...

Наконец было решено: упокоить всех воинов вместе, в полной амуниции в трех курганах на Ивановом лугу. Хоронили защитников города, а было их около восьми тысяч, в трех братских могилах. Отпевал всех отец Макарий. Захоронение проходило после отступления наполеоновского войска. Среди павших нашли диакона Вонифатия, сколько всего погибло монахов, неизвестно. Малоярославскому городу суждено было стать символом непоколебимой крепости духа, памятником победе над врагом.

...Монастырь уцелел, но из городских домов едва ли осталось более десятка. Но была завоевана победа! Эта битва стала знаменательной и определила дальнейший ход войны.

Наполеон убедился в боеспособности русской армии, вырвавшей из его рук инициативу в этой битве. Ему не оставалось ничего другого, как только отступать по разоренной Смоленской дороге. Утром 26 октября Наполеон отдал приказ об отступлении на Можайск, а далее – Смоленск, Березина... М. И. Кутузов верно рассчитал, что после битвы под Малоярославцем деморализованная французская армия, отягощенная награбленным в Москве, потерявшая маневренность и дисциплину, в условиях наступающих холодов, при отсутствии теплой одежды, продовольствия и при острой нехватке лошадей и фуража для них сама идет к неизбежной гибели.

Наполеон отступал... Покидая Москву, французский император имел в строю более 100 тысяч солдат и офицеров, а выходя 14 ноября из Смоленска, его армия едва насчитывала 50 тысяч человек да обоз из 30 тысяч безоружных людей и раненых. Инициатива в военных действиях полностью перешла к Кутузову, которого ждала еще одна победа под Красным. С вышедшими из Смоленска французами сражение длилось три дня. В результате ожесточенных боев корпус Нея был почти полностью уничтожен. Французы оставили русским 116 пушек, много пленных и огромный обоз. Убитых и раненых с французской стороны насчитывалось около 5 тысяч. Противник лишился почти всей артиллерии и кавалерии. Впереди французское войско ждала страшная переправа через Березину. Русскую границу перешли только 30 тысяч французов. Это все, что осталось от 600-тысячной армии Наполеона.

А в Малоярославце наполеоновские солдаты оставили память о своем пребывании в городе испещренные ядрами и картечью ворота. По распоряжению императора Александра I все выбоины на монастырских вратах были оставлены в назидание потомству: "Врата монастырские французы изранили, как грудь бойца". Позже была установлена медная доска: "Язвы войны 1812 года". В то же время был возведен величественный Николаевский собор – памятник победе под Малоярославцем. Он строился на народные пожертвования, на средства гвардейских и казачьих полков русской армии.

Архитектурный ансамбль монастыря уникален: это самостоятельный городок, окруженный стенами от города, он расположен на трех небольших ступенчатых, поднимающихся в гору террасах, связанных лабиринтами и переходами. В монастыре сохранился и Николаевский собор, заложенный еще в 1820-е годы. Собор достроен и освящен 26 августа 1842 года, в годовщину Бородинского сражения. По сей день сохранились Корсунская церковь 1813 года, трапезная, больничный корпус, странноприимный дом, настоятельские покои, кельи , службы и прекрасная ограда и башенки 1800 – 1820-х годов.

С 1991 года монастырь становится женской обителью. Сегодня, когда переступаешь монастырскую ограду прямо с улицы, поражает благоговейная тишина. Везде море цветов, обилие деревьев. Спустившись на несколько ступенек вниз, видишь святой источник, где бьет чистейшая вода. И не хочется говорить, и не хочется уходить из этой тишины и благолепия в шумный мир...