Нужна ли нам Библия?

Авторская колонка Андрея Десницкого, доктора филологических наук, старшего научный сотрудник Института востоковедения РАН, консультанта Института перевода Библии (www.desnitsky.ru), известного православного блогера: http://ailoyros.livejournal.com/

Казалось бы, риторический вопрос: нужна ли нам, православным, Библия? Ну как же не нужна, когда мы постоянно читаем ее за богослужением, цитируем в проповедях и богословских трактатах, а библейские образы стали основой всей нашей символики. И все-таки...

В 1918 году христианский писатель В.Ф. Марцинковский ехал из Москвы в Тулу, чтобы прочитать там лекции. Вагон был набит революционными солдатами, один из которых громко похвалялся своими "подвигами" по части грабежа и насилия. Марцинковский видел перед собой простого русского парня, который еще пару лет назад ходил в церковь, числился православным... "Разве Евангелие этому учит?!" – возмущенно воскликнул он. "А мы яво не читали, – спокойно ответил солдат, – мы яво только крышку цаловали".

Нет, я далек от мысли, что само по себе чтение Евангелия уберегло бы этого красноармейца от тяжких грехов. В конце концов, бывало в истории и так, что начитавшиеся Библии христиане совершали самые дикие поступки: например, поселенцы-пуритане уничтожали язычников-индейцев, что называется, по мотивам книги Иисуса Навина. Но я полагаю, что очень многие проблемы и нестроения современной церковной жизни проистекают отчасти и от того, что люди читают не Писание, а что попроще: всяческие списки грехов к исповеди, сборники житий, религиозную философию... Всё это само по себе не плохо, но если нет основы – Слова Божьего – ничто его не заменит. И нередко приходится наблюдать, как в самых разнообразных дискуссиях или конфликтах внутри Церкви люди руководствуются какими угодно соображениями, добиваются каких угодно целей – но Евангелие остается при этом книгой на полке, источником образов и цитат, но только не книгой, с которой человек сверяет свою жизнь.

В этих моих словах нет ничего нового, и не я первый всё это высказываю. Более того, много и делается, чтобы исправить ситуацию. Всё чаще в начале великого поста священники напоминают народу о давнем обычае перечитывать за пост Четвероевангелие, всё больше открывается в Москве, да и в других городах, христианских центров по изучению Писания. Что у нас есть? Библейское общество, Институт перевода Библии, Общество друзей Священного Писания, Библейско-богословский институт, Колледж библейской подготовки к служению, да всех не перечесть... вот недавно открылся еще и Институт Библии при Библиотеке иностранной литературы. Это очень разные организации, но объединяет их одно: в каждой из них есть православные христиане, но ни одна из них не является церковной структурой.

А сказать иначе, в нашей Церкви просто нет никакого центра, который занимался бы координацией усилий православных российских библеистов, поддерживал бы их исследования, распространял бы их результаты. Нет и сколь-нибудь внятно сформулированной церковной стратегии в этом направлении. Да, есть кафедры библеистики при духовных академиях и других учебных заведениях (и весьма достойные кафедры), но их задачи достаточно узки и конкретны: готовить новые кадры. Есть и Библейско-богословская комиссия, но задач перед ней слишком много, и не предназначена она для повседневной кропотливой работы. "Нас мало, нас адски мало, а самое страшное, что мы врозь", – пели русские матросы в старом рок-спектакле, и русские библеисты вполне могли бы хором исполнить ту же самую арию. Я каждый год выступаю на нескольких конференциях, чтениях и семинарах по библейской тематике и... почти каждый раз могу повторять сказанное в прошлый раз слово в слово: разные аудитории практически не пересекаются.

В нашей Церкви настало время перемен, принято сейчас говорить. Но чтобы эти перемены были не декоративными, чтобы они действительно привели к значимым результатам не на год и не на два, а на десятилетия вперед, нужно, на мой взгляд, концентрироваться на главном. Изучение и популяризация Священного Писания – основа основ, без этого и миссионерство может вылиться в пустозвонство, да и многое иное рискует оказаться красивой вывеской, зацелованной крышкой.

Есть и другая сторона у этой проблемы. Всё больше выходит переводов Нового Завета и даже полной Библии на русский язык, да и на другие языки народов, окормляемых нашей Церковью. Точно так же выходят разные комментарии, научные и популярные книги по библеистике. Они тоже разные, и перечисление достоинств и недостатков каждого издания – тема для отдельного и долгого разговора. Но православные привычно на всё это отвечают: вот, у нас есть церковнославянский текст (в версии середины XVIII в.), русский Синодальный перевод (середины XIX в.), толковая Библия под редакцией Лопухина (начала XX в.). И достаточно? Если бы это было так, не выходили бы каждый год новые переводы и комментарии. Само их существование показывает – есть в XXI веке люди, которым старых книг не хватает. Это и естественно – библейский текст неисчерпаем, и даже если бы Синодальный перевод был во всех отношениях безупречен (а он, конечно же, не таков), все равно он отражал бы только какое-то одно прочтение, один взгляд, к тому же из позапрошлого века.

Да, этот перевод уже давно стал нашим национальным и останется им навсегда, как Библия короля Иакова для англичан, но было бы странно ожидать, чтобы при этом он оставался единственным. Ведь в свое время собственную версию Нового Завета, при существующем Синодальном переводе, выпустил даже такой далекий от реформаторских настроений человек, как обер-прокурор Синода К.П. Победоносцев... Здесь, собственно, не в консервативных или либеральных взглядах дело, а скорее в желании ответить на вызовы времени и сделать нечто значимое и полезное для общества и Церкви.

Люди, у которых это желание есть, существуют и сегодня. Более того, они действуют. Наверное, не всегда успешно, и оценка их достижениям (или, наоборот, провалам) дана будет со временем. Но нам остро не хватает общецерковной политики в этой области, да просто хотя бы координационного центра, единой площадки для обсуждений.

Первые шаги в этом направлении уже сделаны – написан и обсуждается проект документа "Отношение Церкви к существующим разнообразным переводам библейских книг", пока довольно общий и осторожный, но все-таки это первый официальный документ, в котором признается само их существование. Более того, последний Архиерейский Собор дал поручение Учебному комитету и Библейско-богословской комиссии "разработать проект создания общецерковного научно-исследовательского института богословия и библеистики" (30-е определение).

Понятно, что в этой области проблем будет очень и очень много – любые серьезные проекты по библеистике будут затратными, и плоды принесут не через месяц или два, а намного позже. И много тут будет спорных вопросов, и много поводов для обвинений со стороны, потому что люди у нас привыкли мыслить штампами... Только зайдет речь о переводах, например, как тут же тебе с готовностью объяснят: Ветхий Завет надо обязательно переводить с греческой Септуагинты и с Кумранского текста, потому что еврейский Масоретский текст испорчен. А еще лучше, со славянского, потому что он самый богодухновенный... При этом они, как правило, даже не догадываются, что не существует никакой единственной Септуагинты, и уж тем более Кумранского текста, а только множество рукописей, порой значительно расходящихся меж собой. И что наша славянская Елизаветинская Библия вовсе не самими Свв. Кириллом и Мефодием была написана, что она есть тоже плод многолетнего развития славянского текста, не свободного от ошибок и искажений...

Всё это и многое иное придется терпеливо разъяснять, и отвечать на множество неудобных вопросов, и принимать множество неоднозначных решений. Но если этого не делать, мы и в двадцать первом веке рискуем получить до дыр зацелованные крышки, и только. Говорить о сути всегда бывает трудно, но вот молчать о ней – слишком опасно.