Дух раскола

В светских СМИ распространяется "открытое письмо" трех ижевских клириков – о. Сергия (Кондакова), о. Михаила (Карпеева), о. Александра (Малых) – к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу, в котором они заявляют об отказе поминать его за богослужением. Увы, некоторые последовали в след Диомиду; что же можно сказать на это?

В житейских делах рассудительность требует, слыша обращенную к нам речь, задаться вопросом "чего от нас хотят?". К каким действиям нас хотят побудить? Мы легко можем нарваться на мастеров психологической манипуляции, которые, незаметно для нас самих, склонят нас к действиям, о которых мы потом пожалеем – в лучшем случае, к бесполезным тратам. Но эти люди имеют, чаще всего, корыстный интерес, и потери, которые они нам наносят, имеют обычно чисто материальный характер.

В мире духовном такая рассудительность еще более необходима – поскольку враги нашего спасения отличаются куда большей изощренностью. Трое священников, опубликовавших свое обращение к Патриарху, увы, не задались этим вопросом. Куда ведут внушаемые им помыслы и кто, в таком случае их внушает? Каков вывод из всей их речи? Мы находим его в самом письме – разрыв общения с Патриархом и предъявление ему различных тяжких обвинений.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл поставлен на это служение Поместным Собором; он находится на своем месте по воле Божией, которая была явлена в соборном решении Церкви. Он пребывает в общении с Предстоятелями других поместных Православных Церквей. Отказаться поминать его – в то время, как его поминает весь православный мир – значит противопоставить себя не только Русской Православной Церкви, но, неизбежно, и Вселенскому Православию.

Кто может желать отторгнуть людей от общения с Вселенской Церковью? От кого могут исходить такие помыслы? Это вопрос, который стоит поставить в первую очередь – еще перед тем, как перейти к рассмотрению оснований, предлагаемых для такого решения.

Авторы письма чрезвычайно резко критикуют миссионерскую работу в Церкви, обрушиваются на диакона Андрея Кураева, а также неких неназванных "пастырей-каратистов, пастырей-футболистов, пастырей-штангистов, пастырей-артистов, пастырей рок-певцов, пастырей-банкиров". Обоснована ли критика о. Андрея? Этот вопрос можно просто оставить в стороне – потому, что он не имеет никакого отношения к сути проблемы. В Русской Православной Церкви есть как те, кто одобряет деятельность о. Андрея, есть те, кто ее резко критикует – ни тем, ни другим в голову не приходит по этому поводу отказываться поминать Патриарха. Кто-то одобряет проповеди на рок-концертах, кто-то находит их в высшей степени неуместными и решительно об этом заявляет – но, повторим, ни тем, ни другим не приходит в голову порывать из-за этого с Церковью.

Авторы письма считают неправильным то, что многие, недостойные на их взгляд люди, в частности, представители власти, получают церковные награды. Более того, они упрекают Патриарха в том, что он не обличает "представителей высшей власти". Здесь нельзя избежать ряда вопросов. Один из авторов письма, протоиерей Сергий Кондаков, считает нужным дважды указать, что он является "руководителем Отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями, членом Общественной Палаты Удмуртской Республики". То есть о. Сергий и сам вхож в коридоры власти, и, надо думать, использовал эту возможность для служения Церкви и народу. Если взаимодействие с гражданскими властями вполне прилично самому о. Сергию, то почему же он полагает, что оно неприлично Патриарху? В чем должны состоять "обличения власти"? В публичных революционных призывах? Очевидно нет, и надо думать, сам о.Сергий, будучи членом общественной палаты Удмуртии, от таковых воздерживается. В мягком и терпеливом увещевании с глазу на глаз? Но тогда откуда о.Сергий знает, что в беседах Патриарха с "сильными мира" такого нет? И – еще раз – в Русской Православной Церкви есть люди, которые полагают, что и церковные награды дают не тем, и властями обходятся не так – но которые продолжают оставаться ее верными чадами.

Далее авторы пишут, что "жизнь многих сельских батюшек на грани нищеты, в то время как немалая часть духовенства, обласканная сильными мира сего, утопает в роскоши". Проблемы помощи беднейшему духовенству надо, несомненно, решать, и, авторы, если их действительно беспокоит этот вопрос, могли бы выступить с конкретными предложениями. Но вновь возникает тот же вопрос – это что, уважительная причина для того, чтобы уходить в раскол? И не был ли сам о.Сергий – судя по перечисленным им высоким постам – "обласкан сильными мира сего?"

В письме говорится, что священноначалие проводит "линию, направленную на объединение с погрязшим в ереси Ватиканом". Это просто неправда, и неправда заведомая. Ни о каком объединении не идет и речи – речь идет о совместных действиях перед лицом воинствующего секуляризма.

Далее содержится требование "вывести Русскую Православную Церковь Московского патриархата из Всемирного совета церквей". Что же, многие члены Церкви полагают, что лучше бы и вывести – да вот только, скажем еще раз, к расколу их это никак не склоняет.

Авторы требуют "положить конец бесчинствам тех священнослужителей, в том числе и весьма высокопоставленных, которые предаются ... содомии". Что же, это было бы совершенно понятным требованием, если бы речь шла об обвинении конкретных лиц, подкрепленном надежными свидетельствами. Святой Апостол Павел пишет в Послании к Тимофею: "Обвинение на пресвитера не иначе принимай, как при двух или трех свидетелях. (1Тим.5:19)". Если Вы хотите изобличить грех – прекрасно, укажите виновных, представьте свидетелей. Неконкретные обвинения неких неназванных священнослужителей, которым, якобы, не препятствует Патриарх, выглядят как попытки замазать грязью, в то же время не беря на себя никакой конкретной ответственности.

(Отметим в скобках, что в эти же дни священноначалию высказывается и ровно обратный упрек – в поспешном и суровом лишении сана человека, обвиненного в содомии)

Авторы заканчивают свое письмо несколько загадочно – то именуя Патриарха "Святейшим владыкой", то заявляя, что "не может быть нашим Великим Господином тот, кто ведет нас по пути апостасии и унии с папистами", то заявляя о своей "многогрешности", то требуя от Патриарха "покаяния за эти грехи".

Но подведем некоторые итоги; в этом письме поднимаются некоторые вопросы, являющиеся предметом оживленной полемики в Церкви – но вот только ее участникам, в отличие от авторов письма, в голову не приходит удаляться в раскол. С другой стороны, выдвигаются ничем не подкрепленные обвинения в "унии с папистами" и тому подобном. Можно ли усмотреть в этом письме "чувство заботы о своей пастве и о своем личном душевном спасении"? Нет. Заботясь о пастве, не учиняют расколов. Заботясь о спасении своих душ, не выдвигают необоснованных обвинений.

Что же, все мы слабые люди, склонные грешить и ошибаться, иногда тяжело. Но Церковь всегда ожидает покаяния и готова принять тех, кто в неразумии восстает на нее, как только они обратятся к истине. Будем же молиться о том, чтобы Бог дал покаяние и отцу Сергию, отцу Михаилу и отцу Александру.