Это стало основным содержанием жизни

В конце 80-х годов отношение к Церкви у властей стало меняться. После празднования 1000-летия крещения Руси внешнего давления на православных мирян уже не было. И поэтому появлялись возможности, скажем, организации просветительских выставок или интереснейших по тем временам вечеров в ДК "Меридиан". В Москве тогда было мало действующих храмов, но много – пустых, заброшенных. И стали организовываться двадцатки, то есть общины, которые занимались передачей храмов Церкви. Такая форма предусматривалась законодательством. В этих общинах, где и мне довелось участвовать, завязывались знакомства, начинались многие интересные дела. И где-то в это же время мы с друзьями стали организовывать православное братство. У него были разные формы регистрации, потому что законодательство в ту пору менялось довольно быстро. А основной своей задачей тогда мы понимали духовное просвещение людей. Поскольку подавляющее большинство народа в этом смысле практически было невежественным, естественно, что нас озаботила эта проблема. К тому же присутствовали и чисто личные мотивы. У многих ведь дети подрастали, как и у нас, например. Посещали наши дети советскую школу, которая при всех своих достоинствах обладала рядом недостатков, в том числе, и атеистических. На этой почве могли и у детей, и у родителей возникать проблемы. Вот для того, чтобы решить проблему образования своих детей, мы и создавали первую православную гимназию. Это была вообще первая негосударственная школа в России. Образовательных чиновников, сохранивших прежние убеждения и привычки, она просто ввела в шоковое состояние. Нас пытались закрыть, но безуспешно, поскольку внимание общественности, благодаря нашим и зарубежным СМИ, уже было привлечено. И, по милости Божией, гимназия, как бы на птичьих правах, просуществовала довольно долго. Сейчас это уже стабильное, самодостаточное учебное заведение. Потом ещё несколько православных школ было открыто. Конечно, мы не только детей таким образом просвещали. Я тогда занимался и катехизацией взрослых родителей, которые к нам приходили. Первые год-два у нас стали временем массовых крещений. Многие родители крестились вместе с детьми. Это было одно из направлений, но не единственное. В конце 90-го года мы задумались о том, чтобы попробовать себя на поприще радиопроповеди. У нас был отличный пример чисто православной радиостанции – "Голос православия" во Франции. Она уже там какое-то время вещала, правда, ограниченное время, но достаточно стабильно. Организовали это дело православные парижане, в основном – из русской эмиграции. Кроме того, всем были известны религиозные передачи на иностранных радиостанциях, которые вещали на Россию, но это было уже немножко другое, так как в отличие от французской радиостанции, в эти программы примешивались разнообразные политические аспекты. Наконец, были пред глазами и примеры инославных христиан – протестантов, в основном, которые вещали и на Россию в том числе. Все это для нас было очень важно. Ведь церковную проповедь в те времена люди могли слышать только в храмах, но тогда и храмов было немного. Да и вообще в начале 90-х не было многого из того, что есть сейчас. Не было доступных православных книг, библиотек, прессы. Наше радио в этом смысле стало первым опытом, и я считаю, достаточно удачным, поскольку это начинание существует, развивается, и, Бог даст, будет ещё совершенствоваться. Естественно, поначалу приходилось очень непросто. Мы старались найти форматы, которые точно отвечали бы потребностям духовного просвещения людей. Желательно было помочь человеку как-то организовать свою жизнь в соответствии с ритмом, который задаётся Церковью. Это круг годовых богослужений, чтение Священного писания. Мы предложили форму ежедневных чтений с краткими толкованиями, чтобы не выходить из возможностей радиоформата. Читать жития святых в день празднования святого. Ну, и, собственно, беседы о вере. Многие московские пастыри сразу оценили эту возможность обращения к большой аудитории. Мы первые годы вещали ещё и на коротких волнах. Охват был достаточно большой, фактически всей страны. Я даже как-то слушал радио "Радонеж", находясь в Эгейском море. С первых дней в наших передачах участвовали отец Димитрий Смирнов, отец Артемий Владимиров. Они приходили в студию несколько раз в неделю и записывали передачи. Первые годы вещания мы выходили только в записи, прямого эфира тогда не было. Отец Артемий, практически с самого начала, терпеливо стал отвечать на письма, которые сразу же пошли к нам с многочисленными вопросами. Он брал охапку писем, заходил в студию, знакомился с ними и записывал ответы на вопросы. Отец Амвросий Юрасов, наш духовник, регулярно присылал из Иванова на кассетах свои проповеди, которые он читал у себя в храме, а впоследствии Свято-Введенском монастыре. Иногда проповеди были приурочены к праздникам, иногда это были просто беседы о покаянии, об исповеди, о таинствах Церкви. Ведь обо всем этом тогда люди знали очень мало. Тридцать с небольшим работающих храмов в Москве, первые несколько лет, переполнялись. Священникам было достаточно сложно найти время для обстоятельной беседы, не говоря уже о том, чтобы подробно объяснять церковные правила. А радио давало такую возможность, и, кроме того, мы не только говорили о, собственно, духовных вопросах. Русская история, русская культура тоже были важным направлением возвращения к прерванной национальной, культурной и духовной традиции. Поэтому мы предлагали в своих передачах и тематический цикл исторических бесед. Так этот проект постепенно развивался . Возникла идея прямого эфира. А прямой эфир давал возможность живой связи с нашими слушателями, в каком-то смысле интерактивный. Естественно, кроме этого были программы и музыкальные, и о богослужении, и о философии и об истории философии. Многие московские батюшки, из тех, кто начинал с нами работать, так и продолжают свои передачи. Это и, упомянутый мною, отец Артемий и такие батюшки, как Дмитрий Смирнов, Олег Стеняев, Александр Шаргунов. Еженедельные их передачи пользуются огромным интересом, и всё новые слушатели присоединяются к этой аудитории. Преподаватели Духовных академий и семинарий, Свято-Тихоновского института принимали и принимают участие в наших программах. Если говорить о моём участии в создании братства "Радонеж", то первые 7-8 лет это было просто основном содержанием моей жизни. То есть, весь мой опыт, всё моё время этому посвящалось. Нас ведь поначалу было немного. И приходилось заниматься всем. Одной из главных забот стало создание православных гимназий. Я всегда был в совете гимназии. Иногда занимаюсь газетой, интернетсайтом. Мы ещё вещаем и в Интернете, и, кроме того, даём аналитические материалы, комментарии. Словом, "Радонеж" – это моя жизнь.