В воскресенье весь христианский мир отпраздновал Пасху. Корреспондент "Труда" пришел за радостью о воскресшем Господе в один из московских храмов.
Я всегда беру с собой раскладной стульчик на пасхальное богослужение. Не мне, так моей жене или другому близкому мне человеку он может пригодиться. Особенно когда начинаешь засыпать, стоя на ногах.
Но в этот раз мне не предстояло воспользоваться стулом: была задача сделать хорошие снимки крестного хода с 21-го этажа стоящего рядом жилого дома. Я отстоял в храме минут 40 и отправился на фотосессию. Но на выходе с территории меня остановили. Оказалось, что к началу хода все ворота запираются и верующих перестают пускать. Два охранника уже минут 15 выслушивали возмущения по поводу решения, которое даже и не они принимали.
"Нет, ну посмотрите, там же стоят люди и ждут у стен храма начала хода!" – возмущался молодой человек по ту сторону ограды. – Почему нас не пускают? Сегодня же праздник!" Вокруг храма действительно стояло несколько групп со свечами в руках. И места хватило, даже если бы число желающих выросло в пять раз.
Я знаком с этой "пасхальной" традицией: в прошлом году за оградой этого храма остались мои близкие друзья.
В этот раз охранник явно колебался: с одной стороны, приказ настоятеля, с другой – заповедь Христа о любви к ближним. И хотя строгий настоятель совсем близко, а невидимый Бог – где-то далеко, любовь победила. Я отправился делать снимки крестного хода, а верующих пустили на территорию храма.
Значительная часть тех, кто рвется в храмы на крестных ход, – совсем далекие от религии люди. В другое время они с таким же усердием читают гороскопы и смотрят до полуночи документальные фильмы об НЛО. В России сформировалось молодое поколение, для которого крестный ход на Пасху стал традицией.
Таких людей определить нетрудно. Большинство из младоправославных уходят из храма сразу после окончания крестного хода. У них округленные глаза, смотрящие больше по сторонам, чем внутрь самих себя. На самом деле этот взгляд говорит еще об очень важном симптоме: нас, россиян, мало что объединяет. Кто-то из коллег недавно точно заметил: единственный благородный порыв, который еще объединяет россиян, – это гордость за победу в Великой Отечественной войне и за полет Юрия Гагарина в космос. Пасхальная радость, в поисках которой они неосознанно приходят в храм, может стать третьей в этом ряду.
Среди новообращенных и моя родственница Оля. Еще полгода назад она рассказывала мне о том, как правильно медитировать, и воскуривала в квартире индийские благовония. Теперь она пришла вдохнуть ладан и посмотреть на то, как в пасхальную ночь воскресает Христос. Но у нее не оказалось сил даже на то, чтобы высидеть на том самом стульчике, и мы уезжаем, не дождавшись окончания богослужения. Христос воскрес, но духовно умирать и воскресать вместе с Господом мы пока не готовы.
Источник: Труд
