Интервью главного редактора радиостанции "Радонеж" Николая Бульчука

Интервью главного редактора радиостанции "Радонеж" Николая Бульчука журналу "Наследник":

1. "Радонеж" – это православное радио, или радио о Православии?

"Радонеж" – это, прежде всего, православное вещание. Мне не нравятся устойчивые словосочетания, к которым, кстати, вроде бы все уже в последнее время привыкли: "православная пресса", "православные СМИ", и уж, тем более, "православная выставка", "православная выпечка" и т.д. Сотрудники "Радонежа" – конечно, православные христиане. Концепция нашей радиостанции – религиозное вещание. "Радонеж" – первая в новой России (после перестройки) и пока единственная независимая радиостанция, существующая как миссионерский просветительский проект как для православной церковной аудитории, так и для любого человека, интересующегося историей, культурой и современной жизнью России. Конечно, "Радонеж" – о Православии. Но вся история и культура России – это свидетельство о Православии, о Христе. Итак, границы, как видите, очень широкие: по сути, наша радиостанция – это подлинный национальный проект для тех, кто любит Россию и воспринимает жизнь христологично.

2. Что такое "Радонеж" – общество, газета, радиостанция? Какие цели ставились в начале существования "Радонежа"? Насколько успешным оказалось их осуществление?

Я не стоял у истоков создания "Радонежа", об этом лучше могут рассказать Евгений Никифоров, председатель Общества "Радонеж", Алексей Рогожин, первый главный редактор радиостанции или Виктор Саулкин, иконописец, один из создателей Общества. Насколько мне известно, группа православных предприимчивых людей, объединенных общей идеей православного просвещения, воодушевленные "ветром перемен" в постперестроечной России, реализовали этот уникальный проект. Мне неизвестны подробности и детали всей работы по организации Общества, но думаю, что, несмотря на политические свободы и самое сочувственное отношение к этой идее множества властных чиновников, от которых зависело наше существование, получить лицензию, зарегистрировать все необходимые документы, организовать аренду помещений в Доме Радио на Пятницкой и т.д. было невероятно сложно! Сейчас, когда "Радонеж" получил лицензию на вещание в УКВ-диапазоне, я знаю доподлинно, чего это стоит! Но уверен, что и двадцать лет назад было не легче. Поэтому всегда отдаю дань уважения нашим "отцам-основателям": их вера в успех, энергия и житейская мудрость помогают в трудных ситуациях. А такие ситуации очень часты, поверьте! И вот, всегда памятуя о прошлом, внутренне "группируешься" и осознаешь, что Господь Сам не оставляет нас Своим благоволением: два десятилетия в эфире – это не шутки! И, значит, надо свое, человеческое, мимолетное преодолеть, и с верой и упованием на помощь Божию идти дальше, отдавая себе отчет, для чего мы работаем в конечном итоге и какую цель преследуем.

"Радонеж" создан как Православное Общество (сейчас зарегистрирован как православное братство) и одновременно была зарегистрирована радиостанция. Строго говоря, я думаю, что Общество создало Радиостанцию. Радио "Радонеж" – это самое главное, что было на слуху в те далекие девяностые годы. "Радонеж" – удивительное название, которое, как рассказывал Евгений Никифоров, открывало в то время двери многих властных кабинетов чиновников. Вначале все группировалось вокруг радиостанции, это центр "Радонежа", как я думаю. На самом деле – сколько и тогда было, и сейчас существует различных православных общественных организаций, но кто о них помнит? Радио "Радонеж" – это настоящий бренд, как сейчас говорят. Это звучит –звучит, в подлинном смысле этого слова, уже двадцать лет!

В 1995 году, на базе материалов нашей радиостанции, было создано, так сказать, приложение к ней – газета "Радонеж", которая в настоящее время представляет собой вполне самостоятельное издание.

Цель у всего "Радонежа" общая – православное просвещение. Я считаю, что "достигнуть" этой цели невозможно в принципе. Но "Радонеж" живет жизнью Церкви и жизнью нашего общества, его слушательская и читательская аудитория только возрастает, интерес к нашим программам тоже неизменный, а, значит, признание налицо. И, таким образом, можно признать, что весь проект состоялся.

3. Что может почерпнуть из ваших программ нецерковный слушатель (верующий в душе, или вообще никогда не задумывавшийся о Боге)? Или "Радонеж" предназначен только для церковных людей, как, например, спортивные каналы предназначены для болельщиков и спортсменов?

Все годы своего существования программы нашей радиостанции были ориентированы на самую широкую аудиторию – как церковную, так и невоцерковленную. После перестройки, когда государственное радиовещание практически перестало существовать, "Радонеж", как я считаю, остался одной из немногих лакун в российском радиоэфире, где мыслящий человек, задумывающийся о том, для чего он живет, любящий прекрасное, не опустившийся до уровня потребителей программ большинства развлекательных FM-радиостанций, может отдохнуть душой, просто послушать речевую программу или запись, не прерываемую пустой болтовней ведущих или раздражающей рекламой. Мы транслируем множество музыкальных, философских, исторических, культурологических, литературных и других программ, которые, конечно, найдут своего слушателя в любой аудитории, не обязательно среди людей церковных. "Радонеж" – это очень интересное радио, каждый найдет там много полезного для себя лично!

4. Какие темы привлекают наибольшее внимание? Что в первую очередь интересует и волнует тех, кто задает вопросы в эфире?

Пик популярности на радио "Радонеж" в течение многих лет приходится на программы прямого эфира. А в прямом эфире неизменной любовью аудитории пользуются ведущие-священники, именно они отвечают на большинство вопросов радиослушателей. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что основные вопросы слушателей – о церковной жизни, причем на протяжении почти всех лет нашего вещания многие вопросы часто повторяются. И наши уважаемые авторы, добрые батюшки, неизменно с терпением и любовью отвечают на них и разрешают разные недоуменные ситуации. Правда, в последнее время церковная жизнь как-то усложнилась, я имею в виду различные структурные изменения в организации церковных институтов, это тоже вызывает вопросы. Ну, и, конечно, мы живем в неспокойное время, многие (наверное, справедливо) сравнивают его с временем ожидания конца света, так что много вопросов поступает от слушателей и на темы апокалиптические. И здесь всегда наши пастыри на высоте – утешают, с любовью научают, наставляют. Главное же – всегда повторяют, что Страшный Суд и Апокалипсис для каждого православного христианина свой личный – это кончина земной жизни, а к ней нужно готовиться в течение всей жизни, соделывать, прежде всего, свое собственное спасение, своей бессмертной души, а если мы, каждый. будем думать о своей душе – тогда, может быть, Господь и смилуется над Россией?!

5. О чем это говорит? Какие перспективы у Церкви и у страны? Кто и что может сделать, и что делаете вы?

Неравнодушие и активность наших слушателей свидетельствует о том, что мы делаем нужное дело, что "Радонеж" существует не зря. О перспективах страны мне судить трудно, но, наверное, ни для кого не секрет, что общество наше в основной своей массе стремительно расслаивается, молодежь, не воспитанная ни на каких идеалах, большей частью, дезориентирована в жизни. Но и Церковь сегодня, мне кажется, переживает не лучший период в своей истории. И это тоже напрямую связано с обществом – кузницы кадров, наши духовные школы, переживают, по-моему, глубокий кризис. Студенты, не прошедшие определенной духовной "закалки", становящиеся впоследствии пастырями и духовниками, это громадная проблема для всего церковного организма, так сказать "бомба замедленного действия", действие которой сказывается уже и еще скажется разрушительно как на церковной жизни, так и на авторитете Церкви у людей нецерковных. Недавно в "Ютубе" видел ролик, где молодой священник отвечает на вопросы журналистки. Какие выражения он позволял себе в паузах – это уму непостижимо! Но это, в принципе, вполне "молодежно" и "прикольно". Я не сужу этого молодого батюшку, скорее всего, он такой и есть на самом деле, ничего из себя не "изображает", но, если ты священник – ты же должен стать другим человеком, неважно, монах ты или нет! Ты служишь Богу, ты пастырь, зачем тогда ты выбрал этот путь?! А пример с о. Иоанном Охлобыстиным, который у всех на виду? Мне очень симпатичен Иван Охлобыстин – как человек и как актер, но священник о. Иоанн Охлобыстин, который играет роль маньяка в новом сериале – простите, это немыслимо, это фантасмагория и чудовищное кощунство! Такие "примеры" священников не могут не сказаться отрицательно на всей жизни Церкви. Вы возразите, что о. Иоанн временно запрещен в служении по его же собственной просьбе? А разве может священник "временно" снять с себя сан и превратиться в маньяка? А потом он снова захочет совершать Святую Евхаристию?!.

Трудные времена для Церкви всегда в русской истории совпадали и со смутными временами в Отечестве. Наверное, сейчас мы переживаем один из таких периодов. Мы, со своей стороны (я имею в виду радио "Радонеж") стараемся донести до слушателя живые голоса живых свидетелей Христа – исповедников веры и благочестия, которые жизнью своей доказали верность Христу и Его Святой Церкви. Слава Богу, что наши корреспонденты застали еще тот период, когда были живы (и еще живы очень многие) из таких уникальных авторов. Наша редакция, часто даже в ущерб качеству материала, приоритет отдает тем материалам, которые находят искренний отклик, зажигают сердца желанием христианского подвига и подвижничества. Сегодня это становится делать все труднее и труднее, но, слава Богу, это удается. И в этом вопросе наш слушатель – это всегда чуткий судья, он не потерпит фальши, какого-то лукавства, елейности, сюсюканья, которые сплошь и рядом мы наблюдаем даже и в православных СМИ. Скажу еще, что работа с такими авторами, подготовка подобных передач – это огромное человеческое счастье. Ты ощущаешь себя действительно частицей Церкви, и, наверное, в этом и есть подлинное христианское служение нашей радиостанции. Как говорила одна наша сотрудница, ты слушаешь сам сделанный материал со слезами счастья и благодарности Богу, и ты счастлив вдвойне, что плоды твоих трудов будут доступны огромной слушательской аудитории, которых ты делаешь соучастниками этой жизни Духа Божия, Который вечно пребудет в Церкви.

6. Большинство слушателей любую радиостанцию включают с двумя целями: создать ненавязчивый звуковой фон, или быстро послушать конкретную передачу, и тут же выключить. Вас можно слушать в таком режиме? "Радонеж", вещающий в спортзале, где люди занимаются на тренажерах, или в салоне машины, где водитель нецензурно ругается на пробки – это нормально?

Нет, конечно. У нас совсем другой формат. "Радонеж" создает настроение церковного дня. Это особый настрой, который мы стремимся создать, он включает в себя совокупность целого ряда средств –здесь и особый подбор авторов, и темы бесед, и нужное музыкальное оформление. Это не то, что можно слушать в качестве фона. Я думаю, что любая наша передача призывает к тому, чтобы думать, размышлять. А размышлять о вечном нельзя "между делом", не получится!

7. А если я пойду кататься на роликах, и в наушниках у меня будет "Радонеж", это будет интересно или полезно?

Исходя из того, что вы будете слушать в этот момент. Но если вы человек целеустремленный (а для катания на роликах нужна, я думаю, как воля, так и некая целеустремленность, способность к преодолению хотя бы своей лени), а в это время звучит, например, лекция (пусть даже на богословскую тему), вы вполне сможете абстрагироваться от действительности и вникнуть в суть передачи. Главное, не заслушаться и сохранить равновесие!..

8. Что для вас важнее – информировать или проповедовать? Например, человек, не считающий себя православным, может включить вашу радиостанцию в расчете узнать что-то новое, злободневное, важное и для него тоже?

Конечно, основной приоритет – это церковная проповедь. Новости, обсуждения, политические дебаты, философские беседы – это все второстепенно. Главная и вечная Новость – это Христос, это повседневная жизнь Церкви, Праздники... Но мы всегда дополняем проповедь и новостями, и передачами "на злобу дня", хотя стараемся делать это очень осторожно.

9. Если человек решил включить "Радонеж" впервые, с какой передачи ему следует начать?

Трудно сказать. Я не могу здесь выставить какие-то приоритеты, каждый выберет себе то, что ближе лично ему. Но "решимость включить "Радонеж" – это как-то не звучит. Скорее, человек случайно наткнется на "Радонеж" в эфире или в Интернете и уж тогда будет "уловлен" в наши "духовные сети", это я вам обещаю! Хотя, конечно, от самого человека очень многое зависит. Сегодня, мне кажется, настолько велик дефицит времени и, с другой стороны, обширен соблазн развлечений, что я как-то с трудом представляю себе слушателя, сидящего у приемника и слушающего "Радонеж" "от корки и до корки". Но вот парадокс! Несмотря на то, что вообразить это действительно трудно, такие слушатели есть, и их очень и очень много. Слушают, невзирая на чудовищные помехи, низкую неразборчивость некоторых архивных материалов, вечернее время, усталость, соблазн посмотреть что-то по телевизору, да мало ли еще что! И такие слушатели и составляют нашу самую большую аудиторию – они "знают" "Радонеж" и воспринимают его как часть своей личной жизни. Но, скажу больше, и "Радонеж" мыслит себя членом этой огромной семьи слушателей. Мы стараемся отвечать на их предложения и запросы, в общем, формируем определенную политику программ.

10. Судя по откликам ваших слушателей, какие темы привлекают наибольшее внимание? Насколько и как менялась за прошедшие годы аудитория и ее интересы?

Однажды мы провели грандиозный (по нашим меркам, конечно) социологический опрос – с анкетами, где просили слушателей высказать свои предпочтения. Причем, оформлено все это было профессионально, в виде таблиц. Мы хотели также оценить рейтинг наших ведущих и основных эфирных программ. Но результат получился непредсказуемым. Общий результат анкетирования был таким: "нравятся все программы, все авторы интересны и достойны уважения, все темы, поднимаемые в эфире, одинаково актуальны и злободневны"... Я думаю, что такой результат нашего "опроса" явился вполне ожидаемым. Действительно, в существующем вакууме "повествовательного жанра" на современном российском радио, вероятно, наша маленькая радиостанция берет на себя часто функции старого доброго радиовещания советского времени. Чего тут только ни услышишь – у нас и детские программы, и литературные чтения, и музыкальные программы, и настоящие журналистские расследования... Что касается аудитории, наверное, лучше всего это можно отслеживать в прямых эфирах по звонкам слушателей. Я думаю, существует определенный слой постоянных слушателей, "членов нашего клуба", если так можно выразиться, которые слушают практически весь эфир (такие точно существуют, я это знаю не понаслышке), а остальная аудитория постоянно прирастает новыми слушателями. Не думаю, что много молодежи слушают "Радонеж". Но молодая аудитория существует, ее интересы мы тоже стараемся учитывать.

11. Слушать православное радио – это значит быть православным?

Нет, конечно, совсем не значит. Но быть культурным, интеллигентным человеком – пожалуй. А подлинная культура со временем обязательно приведет к Богу, тем более, если слушатель человек неравнодушный и искренний. На нашу искренность он обязательно откликнется!

12. Чем вы занимаетесь больше: рассказываете о жизни в Церкви, или говорите о том, что происходит вне ее, что интересует всех с православной точки зрения? Например, если завтра в студии раздастся звонок и вас спросят, как вы

Жизнь Церкви для радио "Радонеж" – это богослужебное Евангелие каждого дня. Это сегодняшний церковный праздник. Житие сегодняшнего святого. А уже потом – жизнь в приходе, в храме, какое-то церковно-государственное событие.

13. Ваша "церковность" проявляется в чем-то еще, кроме набора тем? Например, журналисты-женщины у вас ходят в длинных юбках? Иконы у вас в кабинетах висят? За "моральным обликом" сотрудников следите?

Наша "церковность" – это личное дело каждого сотрудника. Внешний облик сотрудников и уж, конечно, их моральный облик – тоже. Но, поскольку наша радиостанция располагается в центре Москвы в Доме радио, мы стараемся не шокировать светских журналистов своей внешней "церковностью". Иконы, разумеется, есть, помещения наши освящены.

14. В интервью сайту pravmir.ru Евгений Никифоров сказал, что знаменитую фразу "молиться, поститься и слушать радио "Радонеж" он считает чем-то вроде брендового признания. Но не стоит ли этот бренд в одном ряду с пресловутыми "мешковатыми юбками" и "спутанными космами"?

Это просто удачный, с точки зрения современного потребителя СМИ, слоган. Он легко запоминается, легко ассоциируется в сознании с названием радиостанции. Но и все. Конечно же, это шутка. Что касается "мешковатых юбок" и "спутанных косм", то это мифы, распространяемые людьми, которые православных никогда не видели. Пусть они хоть раз переступят порог Церкви.

15. А у вас может работать неверующий человек? Каким критериям он должен соответствовать и чем его можно заинтересовать?

Работать у нас интересно. Это прежде всего. А требования к сотруднику – высокий профессионализм, в первую очередь, в работе со звуком. Не в последнюю очередь, конечно, мы оцениваем и человеческие качества: коммуникативность, искренность и желание работать с людьми. Но, повторюсь, высокий уровень технической подготовки является обязательным. Радио "Радонеж" – это очень технически сложный организм, мы первыми в Доме Радио получили в свое распоряжение цифровую студию (это было еще более десяти лет тому назад), сейчас у нас нет возможности и времени проводить мастер-классы по подготовке специалистов, а работа включает целый цикл цифровой обработки сигналов.

16. Для вас работа на "Радонеже" – это, прежде всего, служение, профессиональная самореализация, заработок, возможность выражать свою точку зрения, или, может быть, что-то еще?

"Радонеж" органически вошел в мою жизнь более двадцати лет тому назад. Это жизнь, конечно, в полном смысле этого слова. Не знаю, существует ли такое время с тех пор, когда бы я "не работал". В этом смысле каждая интересная встреча, событие, книга, диск – являются лишь предлогом для освещения в нашем эфире. Заработок? Нет, конечно, у наших сотрудников очень умеренные зарплаты, радиостанция существует на пожертвования слушателей. Профессионализм? Конечно, пригодились навыки, воспитанные в ВУЗе нашими добрыми преподавателями, но настоящее мастерство пришло вместе с упорной работой уже здесь, на радиостанции. А вот самореализации и выражения своей точки зрения здесь более, чем достаточно. И это прекрасно! Это самое главное, что существует у нас на радио! Свобода журналиста, независимая точка зрения автора – это главные заповеди "Радонежа". Отсюда, наверное, и неподдельная искренность наших передач! Нам нечего скрывать, нам верят, мы верим своим слушателям и всегда готовы к открытому диалогу. Наш цензор, повторяю, заповеди Божии и личная совесть православного христианина. "К свободе призваны вы, братия!", помните Апостола Павла? А "Радонеж" уже двадцать лет живет и дышит этой свободой во Христе! Разве это не счастье? Разве это не жизнь – и "жизнь с избытком"?

17. Сейчас кажется, что православное радио – это что-то из девяностых. Тогда религия была в диковинку и любое православное СМИ было востребованным. Но вы работаете уже двадцать лет. Как удается оставаться на плаву? И ради чего вы продолжаете работу?

Действительно, тогда, в далекие 90-е многие коммерческие радиостанции начинали вместе с нами. Что касается "Радонежа", мы вышли одновременно с "Эхо Москвы". Но и остались вместе с "Эхо Москвы". А сколько радиостанций за это время было создано и одновременно прекратили свое существование! Я уже говорил и повторю, что "на волне 90-х" даже слово "Радонеж" звучало необычно, действительно, интерес к религии был большим. Но, как ни странно, в эпоху отсутствия глянцевых журналов и прекрасно оформленных книг, когда и наша радиостанция выходила всего тремя часами эфира в неделю, был особенный период в религиозной жизни российского центра (я специально это подчеркиваю, потому что в глубинке этот период, как свидетельствуют очевидцы, часто сохраняется и по сей день). Это период духовной жажды, интереса ко всему ранее закрытому, забытому, интереса к нашему духовному прошлому, желание искренне разобраться в духовных корнях постигшей Россию трагедии, желание послужить новой России, народу, обратиться к чистым истокам Святой Руси. Пусть мои слова не прозвучат высокопарно или как-то неискренне, я твердо верю, что в большинстве своем русский народ, получив долгожданную свободу от безбожного рабства, пытался эту свободу реализовать во благо Церкви и Отечества. И именно тогда, как сейчас помню, раскупались набранные слепым шрифтом на газетной бумаге редкие дореволюционные книжки, какие-то журналы, начинались интереснейшие проект как в книгоиздательстве, так и в звукозаписи, в крупнейших залах Москвы впервые после революции возрождалась традиция Рождественских и Пасхальных праздников, как раз на тот период пришлось воссоздание Храма Христа Спасителя, Казанского Собора на Красной площади, Оптиной Пустыни... А потом – громкие события расстрела Дома Правительства, мученической кончины Оптинских иноков, конференция по "екатеринбургским останкам", прославление Новомучеников и Царской Семьи... Да разве только это?.. И весь этот вихрь событий был отражен в передачах нашей радиостанции! Разве можно после этого не "остаться на плаву"? Я думаю, вообще говоря, что вся истинная жизнь происходит в Церкви и около Церкви. Поэтому равнодушных слушателей у нас просто не бывает. Любой скромный репортаж из самой отдаленной российской глубинки вызывает большой интерес у слушателей – поднимаются целые пласты тем, настроений, нестандартных мыслей. А каждый новый автор – это вообще целый мир, которым он щедро делится со слушателем!

Отмечу только характерную деталь. В Доме Радио на Пятницкой, где обосновалось радио "Радонеж", поначалу, в далекие 90-е, на нас смотрели, хотя и с интересом, но с некоей иронией: что может являть собой маленькая редакция из 5-8 человек, начинающая "православное вещание" в цитадели государственной радиопропаганды (крупнейшие радиостанции бывшего Союза были нашими соседями, только на "Иновещании" тогда работало более трехсот штатных сотрудников). Там же, на Пятницкой, располагались и коммерческие радиостанции (например, "Радио-101", "Надежда" и т.д.). И вот, спустя 20 лет, радиовещание в России переживает настоящий системный кризис. Разговорный жанр вообще перестал существовать, а в эфирных сетках радиостанций основное место отводится рекламе, так называемой "музыке" и – несколько минут – жизнерадостному трепу ведущих, часто за гранью приличия, лишь бы привлечь массового слушателя! Говоря это, я имею в виду крупнейшие государственные радиокомпании, такие, например, как "Радио России" или "Радио Маяк". И вот, параллельно с таким вещанием, существует маленький "Радонеж", где проповедь порой длится полчаса, а круглый стол вполне может занимать час эфирного времени! И весь этот час слушается с неослабевающим интересом, честное слово! Я сам очень люблю слушать радио "Радонеж", когда есть такая возможность, честное слово: слушаешь и думаешь про себя: ради этого стоит и жить, и работать!

18. Есть ли у вас конкуренты? Работу каких радиостанций, медийных объединений вы считаете наиболее профессиональной, и почему?

Часто слушаю "Эхо Москвы", обычно минут 10-15 за завтраком и столько же за ужином. Иногда чуть больше – за мытьем посуды, например. Просто, чтобы получить информацию. Думаю, что по охвату авторов и количеству прямого эфирного времени у них мало конкурентов. Но для нас "Эхо" конкурентом не является. Это, на мой взгляд, очень "шумная" и, в общем-то, довольно пустая радиостанция: из-за обилия рекламы, неинтересных и бестолковых записных сюжетов, развязности ведущих и необъективного отношения к слушателям. "Эхо" "давит" слушателя, оно не уважает его точку зрения, а постоянные "голосования" на самые различные темы представляются мне дешевым пиаром. На "Народном радио" часто поднимаются темы, близкие нашим слушателям, там часто выступают и наши авторы. Но из-за размытости идеологии этой радиостанции (что-то – православное, что-то – коммунистическое и ностальгирующее по советскому прошлому, а в итоге – православно-коммунистический микс) даже наши выдающиеся авторы, выступающие на ее волнах, звучат как-то неискренне. Во всяком случае, мне так кажется. Мы дружим с радио "Орфей", это хорошая музыкальная радиостанция, хотя в последнее время негативные тенденции, инициированные, насколько мне известно, ее руководством, разрушительно сказываются на работе коллектива, а, в конечном итоге, на сетке вещания. "Радонеж" осуществлял вещание на "Маяке" и на так называемой "Первой кнопке" проводного Московского радио, чем снискал большую аудиторию. Но из-за идеологических разногласий с руководством "Маяка" мы вынуждены были прекратить подготовку программ для них (время, выделенное нам для вещания, ограничивалось сначала, по-моему, смехотворными пятью минутами, а потом вообще было урезано до трех). И что вы думаете? Мы ухитрялись втиснуть в этот крошечный временной интервал вполне полноценную нашу программу, только более яркую, более изящную что ли! Было и Евангелие, и краткое житие святого, и Праздник, и что-то из поучения, и немного церковной музыки. Но, по-видимому, кому-то и этот еженедельный кусочек православной проповеди показался слишком большим или слишком "громким"... "Радонеж" готовил программу и для "Голоса России", бывшего "Иновещания", сейчас этот проект тоже пока прекращен.

Из медийных объединений мне нравится работа "Русской народной линии", яркое и объективное освещение тем интересными и авторитетными авторами, иногда смотрю статьи на "Православии.ру" и на "Интерфаксе".

19. Радиостанция, двадцать лет существующая на пожертвования – это нонсенс. Можно ли говорить о какой-то технологии создания такого "народного" СМИ, и применима ли она в других случаях, или "Радонеж" в этом смысле уникален?

Наш опыт хотели перенять, но безуспешно. Вероятно, всякой вещи свое время под солнцем, так и с "Радонежем". Его слушатели являются его же жертвователями. Как мы говорим, мы являем собой некий клуб избранных слушателей – наши слушатели и "Радонеж" – это настоящее эфирное братство. Ну, и, конечно, явная милость и чудо Божие, молитвенное покровительство нашего святого духовного наставника – преподобного Сергия Радонежского.

20. Как вы думаете, готовы ли люди жертвовать на другой, нерелигиозный, но такой же интересный проект? Сам факт, что радио православное, играет какую-то роль в этом?

Не думаю, чтобы подобным же успехом мог пользоваться радиопроект. У нас вообще радио не представляет из себя что-то такое, что целенаправленно слушают и, уж тем более, готовы платить за это. Мне кажется, что весь проект "радио "Радонеж" уникален как по времени, так по форме и по содержанию. Господь судил так, что мы вышли в эфир в особое время, сразу же обрели свою особенную "тональность", стали узнаваемыми и заполнили какую-то очень важную, необходимую нишу в слушательской аудитории. Строго говоря, православная интеллигенция, которая составляет бОльшую часть нашей аудитории, мне кажется все-таки, до появления "Радонежа" получала из "вражеского" эфира крупицы православной проповеди. Но как это все было? Я сам из детства помню большой радиоприемник Pigmai, с огромной шкалой, на которой были нанесены города вещания и соответствующие им частоты, которым мы принимали BBC, "Голос Америки" или "Радио "Свобода". Обычно эти программы выходили по вечерам, и как же удивительно было слышать воскресную проповедь, например, произносимую из Лондона митрополитом Антонием (Блумом) или епископом Василием (Родзянко), или передачу о. Виктора (Потапова) – они свободно говорили о Христе, о Церкви, о жизни Православия, о церковных праздниках, – а у нас в это же самое время на "классных часах" "прорабатывали" за то, что ты ходишь в храм, высмеивали за то, что ты носишь крестик или вызывали родителей в школу за то, что ты не пионер! А разве можно забыть трансляции ночных Пасхальных или Рождественских богослужений из-за границы?! Мы шли на ночное праздничное богослужение в храм, а бабушка, оставшись дома, могла тоже мысленно участвовать в богослужении Праздника! Как это было важно – установить невидимый, но такой ощутимый духовный мост через "железный занавес", еще ребенком ощутить, что Православие живо и действенно: пусть оно так гонимо здесь, в твоей стране, но оно свободно живет во всем мире! Конечно, мы не думали тогда ни о какой "свободе", которая действительно наступила для Церкви в конце 80-х, потому что Церкви как бы и полагалось жить своей жизнью, жизнью внутренней, сокровенной, духовной, не публичной. Кстати, это мое твердое убеждение и по сей день: не могу привыкнуть к "глянцу" церковной жизни. Что бы ни было, Церковь была и остается духовным организмом, сокровенной тайной, Таинством, а все остальное – эти "православные производные" – только вспомогательные (хорошо, если не мешающие) средства, служащие к тому, чтобы человек осознал свое место в этой жизни и обрел веру в Бога. Так что, возвращаясь к вопросу, скажу, что, вероятно, почва для "Радонежа" была подготовлена этим "духовным эфирным голодом" нашей будущей аудитории.

21. Вы были первым в стране православным радио. Когда вы начинали, у вас была надежда отметить двадцатилетний юбилей? Что вообще вы можете посоветовать тем, кто хочет начать какое-то новое дело, то, что до него никто не пробовал? И есть ли сейчас еще такие "непаханые поля", или время инноваций ушло, все занято и распробовано?

Этот вопрос, как и подобные, связанные с созданием Общества "Радонеж", я бы адресовал к Председателю Общества Евгению Никифорову. Что касается меня, то я только лишь работал и, конечно, не думал ни о каких юбилеях и предстоящих вехах. Время прошло очень быстро, хотя совершенно незаметно. Трудно представить себе, что двадцать лет уже прошло! Пять-семь – это куда ни шло...

Что до "непаханых полей", уверен, что их остается множество в современной России. Нужны люди, аккумуляторы идей, люди с горящим сердцем и искренней верой в то, что дело, которое они делают, нужно Богу и людям. Реальное дело, а не "протокольное мероприятие", "разрешенное, утвержденное и одобренное", на котором стоит "инвентарный номер". Тогда будет результат, а иначе все ограничится "глянцем", "гламуром", как сейчас говорят в нецерковной среде, и который, к большому сожалению, превалирует сейчас в современной церковной жизни.

22. Что нужно, чтобы открыть свое радио? И как узнать, кем оно будет востребовано?

См. предыдущий пункт. Я не думаю, что необходимо создавать предварительно "карту слушательской аудитории", хотя, вероятно, у современных коммерческих радиостанций существуют свои социологи и маркетологи. Но это все-таки касается больших музыкальных радиостанций, изобилующих рекламой и напрямую связанных с коммерческой выгодой. "Радонеж" стоит здесь особняком.

23. Официально братство "Радонеж" – самостоятельная структура. Можно ли сказать, что вы подчиняетесь, например, Патриарху? И чем вы руководствуетесь в принятии решений, кто у вас главный?

Председатель Общества "Радонеж" – Евгений Никифоров. Он создатель, руководитель и "верховный правитель" наших структур, то есть, главный. Конечно, как верные чада Русской Православной Церкви, мы обязаны подчиняться Патриарху, и Общество осуществляет свою деятельность по благословению Святейшего Патриарха. Но радио "Радонеж", как вы правильно отметили, не церковная структура, в том смысле, что не является Синодальным отделом, а имеет свою, независимую точку зрения на события общественной и религиозной жизни. Хотя большинство наших авторов – это священники, профессора, преподаватели ведущих институтов Русской Православной Церкви. Мне кажется, они тоже ценят возможность свободно высказаться в нашем эфире. Вообще говоря, мне кажется, что "Радонеж" "помогает", если можно так выразиться, официальной Церкви высказаться на те темы или в том ракурсе, которые по тем или иным причинам невозможно озвучить официальными структурами. Приведу пример с введением нового электронного документа – УЭК (универсальной электронной карты). Святейший Патриарх отметил на Архиерейском Соборе обеспокоенность православных созданием "электронного правительства", благословил, так сказать, изучить эту проблему. Но не дело Церкви заниматься изучением общественного мнения, изучать комментарии узких специалистов по этой проблеме и т.д. И вот, радио "Радонеж" оперативно предоставляет свой эфир ведущим юристам, специалистам-электронщикам, политологам, историкам, пастырям с тем, чтобы реально оценить масштабы угрозы от принятия нового закона. Мы действуем по благословению? Конечно. В нашем эфире выступает руководитель Синодального отдела прот. Всеволод Чаплин и, опираясь на проведенную нашими экспертами работу, уже 24 марта в Общественной палате РФ собираются слушания по этому вопросу. Так было и с Богословской комиссией по проблемам ИНН в 1998 году. Подобная ситуация была и в период, предшествовавший канонизации Государя и его Августейшей Семьи. А сколько было эфиров по "екатеринбургским останкам"... Я думаю, это правильно, когда у церковного народа есть возможность искренне высказаться по разным волнующим темам и быть уверенным, что голос этот будет услышан. В этом отношении радио "Радонеж" представляет из себя также уникальное явление.

24. Сейчас используется множество изощренных способов пропаганды, воздействия на сознание людей. Проще говоря, есть много способов незаметной рекламы: не только товаров, но и политических убеждений, мнений по тем или иным вопросам, и так далее. Считаете ли вы допустимым для православных СМИ использование таких технологий для распространения заведомо правильных, полезных взглядов и суждений? Существует ли "церковная пропаганда"?

Нет, конечно, никакой церковной пропаганды не существует. Существовал только "дурман" и "опиум" в сознании наших коммунистических руководителей. Радио "Радонеж", наоборот, отличается тем, что по одному и тому же вопросу слушатель всегда может услышать самые разные мнения. Сколько авторов – столько и мнений (конечно, я не имею в виду вопросы догматические). Кстати, у каждого слушателя есть любимые авторы, которым он отдает предпочтение. Может быть, это зависит даже не от содержания передачи, но от интонации – для радио это тоже существенно. Но что касается "заведомо правильных взглядов" – я думаю, они только на официальном сайте Русской Православной Церкви. Когда просматриваешь сайт, поражаешься, как все четко отмечено, размечено, выверено, оформлено, представлено.

25. "Радонеж" – это не только радио. Это еще и газета, паломническая служба, гимназии, кинофестиваль... Какое место радио занимает в этой системе?

Основополагающее. Это первая и самая главная наша структура – по времени создания и степени влияния на аудиторию. И хотя остальные структуры вполне самостоятельны, все они осуществляют свою деятельность посредством теснейшей взаимосвязи с радиостанцией. Вообще же, все структуры "Радонежа" объединены одной целью, которую можно без ложной скромности назвать православным просвещением. И слушатели радиостанции, и учащиеся наших гимназий, и наши паломники, и зрители ежегодных кинофестивалей, и читатели газеты – объединены Светом Христовым, который просвещает "всякого человека, грядущего в мир". Искорку этого света несет в себе каждая православная душа, а, собранные воедино единомышленники в Обществе "Радонеж" поддерживают вот уже двадцать лет настоящий маяк православной проповеди, который не должен погаснуть!

26. Как вы видите "Радонеж" через двадцать, пятьдесят, сто лет? Кто им руководит – дети и внуки создателей, или люди посторонние? Вообще, "Радонеж" – это дело одного человека, одной команды, или глобальный, долгоиграющий проект?

События в стране и мире разворачиваются так стремительно, что трудно прогнозировать даже на завтрашний день. Да и святоотеческое предание не советует нам испытывать будущее. Но есть в "Радонеже" что-то, что делает его актуальным именно сейчас, сегодня. Что будет завтра? Уверен, что что-то другое. По опыту знаю, что "не задерживаются" в "Радонеже" люди случайные, посторонние, равнодушные. Но команда, действительно, есть. Трудно представить себе другой "Радонеж", и дело тут не только в людях. Наверное, чтобы создать что-то подобное, очень многое должно снова совпасть, но мы же знаем, что так в жизни не бывает.

Представляется, что "Радонеж" – чудо милости Божией и печальника Земли Русской Преподобного Сергия Радонежского. Мы же все – послушники Преподобного Сергия. Будем трудиться до тех пор, пока мы будем нужны слушателю. Но у меня почему-то есть (и всегда была) странная уверенность в том, что мы будем "до конца", т.е. увидим и осветим в эфире все события "до конца". Так много было прожито за эти два десятилетия, столько событий, столько их происходит сегодня – но есть чувство, что все скоро закончится. Это ни в коем случае не трагизм и не пафос, просто искренне делюсь своими ощущениями: дай Бог, чтобы все мы спасли свою душу для вечности.