С палубы – на амвон. Игумен Митрофан, клирик Мурманской епархии РПЦ, добился восстановления самой первой церкви на Кольском полуострове

Кто в море не хаживал, тот Богу не маливался

Прадед игумена 12 лет отдал Императорскому флоту, служил под началом прославленного адмирала Макарова, прошел вместе с ним два кругосветных похода. Его отец, капитан 1-го ранга, участник войны, служил на подводных лодках в 50-е годы ХХ века – один из самых тяжелых периодов для советского подплава. "Непрерывные аварии и смерти" – так говорилось об этом времени. Мог ли предположить сын, капитан 2-го ранга, коренной петербуржец и продолжатель военно-морской семейной династии, что сменит форменную тужурку на одеяние священнослужителя и станет отцом Митрофаном, настоятелем Успенского прихода в древнем поморском селе Варзуга Мурманской области? Воистину, неисповедимы пути Господни.

Военные моряки в полной мере способны оценить справедливость этих слов. Каждый идет к вере своей дорогой, но у моряков она может быть короче, нежели у живущих на суше. В страшную штормовую ночь у Фарерских островов в 1983 году капитан второго ранга Баданин впервые обратился ко Всевышнему.

Он перегонял с Севера для ремонта на Балтике корабль, который был изношен долгими годами боевой службы у берегов Африки. Проржавевшее железо не выдерживало ударов стихии. Волнами вырывало иллюминаторы. В корпусе появились трещины, и вода начала поступать внутрь корабля. Электропроводка замыкала на корпус, поскольку изоляция кабелей высохла в тропическом климате. Выходило из строя навигационное и ходовое оборудование.

Стремительно надвигалась катастрофа, пучина была готова поглотить людей и корабль.

– Я как командир был единственным, кто полностью владел обстановкой и понимал всю тяжесть положения корабля, – вспоминает отец Митрофан. – Весь экипаж надеялся на меня и ждал моих команд. Именно тогда у меня появилась мысль: "Все смотрят на меня, надеются и доверяют мне, а на кого смотрю я, на кого я сам надеюсь?" Именно тогда я впервые попросил помощи у Бога и дал какие-то обещания. И нам удалось совершить практически невозможное. Корабль благополучно пережил ту страшную ночь и восстановил свою боеспособность. Я не скажу, что я тогда уверовал, что жизнь моя радикально изменилась. Нет, до этого было еще далеко. Но это был мой первый опыт общения с Богом.

С тех пройдет много лет. Корабли и субмарины обреченно лягут в замасленную воду возле причалов. Их экипажи будут сокращены или примутся удить с пирсов рыбу, чтобы хоть чем-то накормить свои семьи. Под сокращение попадет и Баданин. Но его судьба останется переплетенной с судьбой флота и всей страны. Иначе как объяснить то, что он примет монашеский постриг в ночь на 12 июня 2000 года, ровно за два месяца до трагедии "Курска"? А затем напишет книгу "Неугасимая лампада "Курска" – о том, что страшную гибель подводников нельзя считать лишь чьим-то разгильдяйством или слепым стечением немыслимых обстоятельств. "Курск" был нам необходим, – напишет он. – "Курск" ушел в небытие для того, чтобы мы вернулись из небытия...".

Хлеб превращался в камень

Архиепископ Мурманский и Мончегорский Симон направил отца Митрофана в Варзугу настоятелем Успенского прихода.

Первое время отцу Митрофану было очень трудно. Сначала он жил в недостроенном доме. Печку приходилось переделывать несколько раз. Зимой в храме ледяной холод. Хлеб смерзается до такой степени, что его не берет нож, а вино покрывается льдом. Варзужане смотрели на батюшку с недоверием, а то и с насмешкой. Интересно, мол, что с тобой дальше здесь будет.

– Господь связал мою жизнь с этим селом, – говорит батюшка. – Мне ничего не нужно, я монах, все, что имею, отдаю на восстановление церквей. Люди увидели, как меняется село...

Село действительно менялось. Например, благодаря стараниям настоятеля прихода и помощи местного рыболовецкого колхоза "Всходы коммунизма" на сельской колокольне появились колокола. Потом была отреставрирована Успенская церковь – красивейший шатровый храм Русского Севера, построенный в 1674 году.

Магазин снова стал храмом

Нынешним летом предстоит восстановление еще одной церкви Варзуги – Никольской. По словам отца Митрофана, это самый первый православный храм, воздвигнутый на Кольском полуострове. Правда, здание, где церковь была размещена изначально, не сохранилось. Построенное в 1705 году новое здание церкви дожило до наших дней. С 1932 года по 2010 год в нем размещался колхозный магазин, где торговали продуктами и спиртным, причем в алтаре находился вход в туалет. Последний священник, протоиерей Николай Гусев, скончался в мурманской тюремной больнице в ожидании расстрела. Недавно на центральном кладбище в Мурманске удалось обнаружить его могилу. Советская власть не отдавала родственникам тела умерших или казненных узников, она стремилась уничтожить не только человека, но и память о нем. Но благодаря знакомствам в больнице и морге родные Николая Гусева все же смогли вызволить его из тюрьмы – хотя бы после его смерти. Его погребли тихо и незаметно, не привлекая лишнего внимания. Отцу Митрофану довелось встретиться с внучкой священника. Она вспомнила, как четырехлетней девочкой ехала на телеге с гробом деда...

До недавнего времени судьба превращенного в торжище храма мало кого волновала. Однако сейчас он имеет статус выявленного памятника культуры. Торговля в нем прекращена, рядом с церковью для магазина было выстроено отдельное помещение. Для полного восстановления Никольской церкви ее современное здание предстоит разобрать полностью.

Кстати, под внутренней обшивкой бывшего магазина была обнаружена древняя икона святителя Григория Богослова. К счастью, оказалось, что святыня в хорошем состоянии, хотя и требует реставрации.