"Благодарю Тебя, Боже, что позволяешь мне говорить с Тобою!"

Авва Иулиан (Лазар) – один из старейших румынских монахов, подвизающихся на святой горе Афон. Он самый посещаемый духовник румынского скита Продрому (святого Иоанна Предтечи), куда, пересекая моря и страны, со всех краев во множестве стекаются за советом и помощью его духовные чада, монахи и миряне. Монашеский путь он избрал в 20 лет, поступив в монастырь Сихастрия. Здесь 30 лет проходил школу румынского старчества под окормлением великих старцев Клеопы (Илие), Паисия (Олару) и других. В 1977 году, когда братия из Сихастрии паломничала на Афон, иеромонах Иулиан был оставлен на святой горе. 8 января 2011 года благодатному старцу исполнилось 85 лет; в этом же году исполняется 30 лет его духовничества в скиту Продрому. Сотрудники румынского журнала "Familia Ortodoxă" пришли к старцу для духовной беседы, которую мы и предлагаем читателям "Православия.ру".

---

– Батюшка, времена, в которые мы живем, тяжки для всех людей. Всевозможные грехи умножились так, словно мы переживаем последние времена – а они наступят, как написано в священных книгах, когда остынет любовь между ближними и не станет тропинки от брата к брату. Что делать нам, румынам, – народу христианскому, но, кажется, так отдалившемуся от Христа, – в эти времена великих испытаний?

– Прежде всего, вникнем в слово Спасителя, говорящего нам: "Что бы вы ни делали, без Меня не можете сделать ничего"(см.: Ин. 15: 5). Значит, всегда, что бы мы ни делали, нужно прибегать к Нему, ибо только Он один учит нас правой вере. И будем жить верой, как сказано и в Деяниях апостолов: "Будем искать Бога, ибо мы Им живем, и движемся, и существуем"(см.: Деян. 17: 27–28). Отсюда, с этого поиска, начинается приближение к Богу, которое происходит в беседе с Богом. Молиться значит беседовать с Богом, молимся ли мы вместе с кем-нибудь или одни, – и Бог принимает нашу молитву. Такой и должна быть жизнь христианина – чтобы он всегда был вместе с Богом. Но, как учат нас Священное Писание и святые отцы, это возможно не иначе, как только если мы молимся непрестанно.

"Непрестанно молитесь, непрестанно молитесь, непрестанно молитесь"(1 Фес. 5: 17) – так увещает нас апостол Павел еще начиная с 64 года по Рождестве Христовом, когда он написал Послание к фессалоникийцам. Значит, с самого начала заповедь была такова: чтобы мы молились непрестанно. И слово это обращено ко всем людям, ко всем христианам, а не только к монахам и священникам. Ибо в то время, когда святой апостол написал это послание, не было ни храмов, ни священников, ни монастырей. Были только христианские общины, основанные святыми апостолами, где верующие преломляли хлеб и причащались тела и крови Христовой. Я думаю, что об этом слове апостола Павла, которое было написано и для нас, мы будем спрошены однажды, когда отправимся на тот свет. Ибо он ясно говорит: непрестанно молитесь, а не: если хотите, если можете, то непрестанно молитесь.

– Батюшка, но у людей есть дети, заботы... Как же им молиться непрестанно?

– А что значит эта молитва? Делать добро, поступать так, словно рядом с тобой присутствует Бог. И если человек сталкивается с трудностями, то, какие бы трудности у него ни были, во всех них пусть взывает: "Боже, помоги мне!" Это и есть молитва: "Боже, не оставь меня!" – вместо того, чтобы говорить или думать что-нибудь другое... Потом, непрестанно молиться значит оберегать свои мысли и думать только хорошее. Ибо думать плохое, делать плохое – это не идет от Бога. Бог означает только добро, Бог есть любовь.

Вы видите, однако, что нам очень мешают эти масс-медиа, телевизор, интернет и все, иже с ними, они очень мешают нам любить Бога. Ибо апостол Павел очень красиво говорит: "Прелюбодеи, разве вы не знаете, что дружба с миром есть вражда против Бога?"(см.: Иак. 4: 4). Ведь что иное привносят в нас масс-медиа, как не дух мира сего?

В Библии 1914 года[1] говорится точнее: "Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога?" Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. И не думай, что не станешь врагом Богу, если ты друг миру... Дружба с миром – это все, начиная с комфорта, расхлябанности... Вот тут человек уже начинает отделяться от Бога. Ведь поначалу люди говорят себе, что они с Богом, но и с миром тоже, но так продолжается недолго. В Откровении святого Иоанна Богослова ясно сказано, что нужно быть или холодным, или горячим, а так как "ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих" (Откр. 3: 16). То есть ты ни то ни се – ты теплохладен: и так хорошо, и эдак хорошо, и то хорошо, и это. Таков образ жизни в духе времени.

[Загрузить увеличенное изображение. 300 x 622 px. Размер файла 102416 b. ]

– Ни от мира не отделяться, ни Бога не искать сильнее...

– Это все равно что служить двум господам. Но нельзя служить двум господам, нельзя – Богу и маммоне(см.: Мф. 6: 24). "Что общего у света с тьмою?"(2 Кор. 6: 14). И вот начиная с этого человек мало-помалу отделяется от Бога.

А приближение к Богу – это вот что. Это ­отказ – отказ от всего: отказ от мира, от всех страстей мира, от разврата мира, который начинается со слишком большого комфорта – а сегодня человек хочет жить все лучше и лучше. И пока человек не отгородится от всего того, что привнес мир, он не может найти Бога. Так что, чтобы найти Бога, нужно оставить мир, оставить все окружение, которое мешает нам найти Бога и жить в Нем.

– Но человек думает: "Ну, оставлю я мир, а что взамен этого приобрету?"

– Мы когда оставили мир, тогда и приблизились к Богу, иначе это невозможно. А если Христос вместе с нами, то мы все можем совершить, ведь мы знаем, что без Него не можем сделать ничего. Это жизнь христианина: во всякое время и во всем искать Бога.

А теперь, может, кто-нибудь скажет: "Но у меня есть свои заботы: у меня дети, я должен работать, как же мне найти Бога?" Найдешь ты, человек, Бога, найдешь Его. Если у тебя напасти, во всякое время нужно взывать: "Боже, помоги мне!" И так, где бы ты ни находился, Бог будет с тобой.

Я нашел в "Сборнике"[2] – писаниях святых отцов о молитве Иисусовой – такие слова: "Имей чувство присутствия Бога и страх Божий". То есть, где бы ты ни находился, поступай и веди себя, думая о том, что ты стоишь пред Богом, – ибо так оно и есть: мы все стоим пред лицом Божиим. Бог невидим, непостижим умом человеческим, но "мы Им живем, и движемся, и существуем", как сказано в Деяниях апостольских. Мы всегда находимся пред Богом, что бы ни делали, о чем бы ни думали. И Бог все видит и все слышит – надо думать об этом все время, это великое дело.

– Батюшка, что делать, чтобы лучше сознавать, что мы все время стоим пред Богом?

– Есть одна очень красивая молитва, которую человек может совершать, когда начинает говорить с Богом, когда идет в свою комнату молиться: "Господи, благодарю Тебя, Господи, что позволяешь мне говорить с Тобою". Ты говоришь тогда с Богом! Человек говорит с Богом! Думать о том, что ты говоришь с Богом, – великое дело. Ведь ты говоришь с Богом! И Он хочет этого, Он призывает нас говорить с Ним, ибо написано: "Будьте святы, потому что Я свят" (1 Пет. 1: 16). Такими нас хочет видеть Бог, чтобы мы были святы, чтобы находились вблизи Него.

Итак, ты идешь в свою комнату и начинаешь: "Благодарю Тебя, Господи, что позволяешь мне говорить с Тобою, Боже". И затем говоришь Ему: "Прости меня, Господи, что я согрешил, думая, что я один, но я перед лицом Твоим совершил это, Господи. Все, что я думал, все, что я сделал, перед лицом Твоим было. А я был бесчувствен и о Тебе не думал".

Начинает человек с этого. И доходит до сокрушения сердца, до слез и до того, что словно никогда не отделялся бы уже от Бога. Ибо сходит благодать Божия тогда, ибо приходит дар слез, и думает человек о жизни своей и говорит: "Господи, пред лицом Твоим это было! И я недоумеваю из-за жизни моей, я робею пред лицом Твоим, когда думаю о жизни своей. Все, что я думал, все, что я сделал, перед лицом Твоим происходило".

И это так и есть, пред лицом Бога все происходит. От Бога мы не можем утаиться никогда. Мы не одни и не были одни. Всякий грех, который мы совершили, все добро – все пред лицом Бога произошло. И очень красива эта молитва – молитва, через которую человек приходит в сокрушение сердца и покаяние. Ведь что хочет Бог от нас? Чтобы мы отбросили весь грех – это есть покаяние, отбросили все-все грехи, которые совершили.

"Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного" – это молитва, о которой известно от святого Никодима Святогорца; многие трудились в ней и достигли высокой меры. Но есть и другие хорошие молитвы, которые можно повторять. И если ты прилепишься к другой молитве – это тоже хорошо, также и к молитвам Матери Божией. Есть одна молитва, которая поется на литии: "Богородице Дево, радуйся, благодатная Марие, Господь с Тобою. Благословенна Ты в женах, и благословен Плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших". Человече, если ты произносишь эту молитву, то она ведь как молитва, вознесенная ангелами, – это ведь слова из Евангелия от Луки: "Радуйся, Благодатная, Господь с Тобою... Благословенна Ты между женами, и благословен Плод чрева Твоего"(Лк. 1: 28, 42). Это очень красиво! И одни навыкают одному, другие другому.

И "Господи Иисусе..." Идешь ли ты куда, ждешь ли в каком зале... Твори ее по десять минут каждый день, хотя бы десять минут или четверть часа, в тихом месте, – сядешь, как сказано, на скамеечку высотой с ладонь, будь внимательнее, чтобы не упасть с нее, – и говоришь: "Господи Иисусе..." Это делается четверть часа, потом по 20 минут – если можешь, то и дольше. А тот рой мыслей, который нападет на тебя тогда, – тебе отныне, разумеется, нужно иметь и духовника, чтобы открывать это ему. Это делание молитвы. Это практиковали и святые.

Рассказывал один отец-духовник, что некая его ученица произносила "Господи Иисусе Христе...", когда хлопотала по дому. И дети, слыша ее, тоже начали повторять молитву – а было им меньше 10 лет. И поскольку они вторили ее все время, то молитва привилась к ним, и дети произносили ее и во сне.

– Почему это хорошо, чтобы родители творили молитву дома вслух?

– Это хорошо, чтобы слышали и дети. Чтобы слышали и дети, ибо это входит в ум. Если даешь ребенку что-то, то это входит в его ум и крутится в уме – вот так. Пусть крутится молитва, а не что-нибудь другое.

– Значит, супруги, когда дома, могли бы произносить то один, то другой молитву, когда делают какую-нибудь работу руками.

– Когда делают какую-нибудь работу – "Господи Иисусе Христе..." или любая другая молитва. Еще есть одни очень красивые слова, афонские: "Ищите Иисуса, ибо Он скрыт в заповедях: исполняя Его заповедь, Его открываете. В заповеди, данной Им, заключена вся вера: люби Бога и всякого ближнего своего"[3]. В этом весь закон.

– Батюшка, что больше всего нужно христианину наших дней?

– Исповедь и больше не совершать грехов – а если совершил, то сразу, как только совершил грех, пойти к священнику и исповедаться. Ибо, говорю вам, мы летаем по небу, плаваем по водам, ездим по земле – только и слышишь, что кто-нибудь утром уехал на машине, а его привезли мертвым: машина разбилась вдребезги, и его привезли мертвым. Каким его застала смерть, таким и будут судить там! Какие бы тяжкие грехи он ни совершил, но, если он исповедал их до того, как настигла смерть, Церковь его вызволит. Вот это и есть таинство исповеди!

Каждый должен думать о том, что он уйдет туда. Когда? Мы не знаем. Но каждый сделает это. Через год или через десять... У меня была такая поговорка: "Годы идут, я стар, а все с ветхим человеком расстанусь". Но думаю, что скоро – вот, мне уже 85 лет. И поэтому нам надо сознавать, что мы уйдем туда. Когда – не знаем, но мы должны быть подготовлены к жизни вечной.

Жизнь человека проходит три цикла. Первый – в чреве матери, где мы жили девять месяцев. Второй – на земле, сколько кто будет жить: десять, пятьдесят, сто лет. Третий – тамошняя жизнь, которая не имеет конца. И поэтому нам нужно готовиться к тамошнему.

Нам нужно думать о том, что мы умрем и с нас будет спрошено за все, что мы сделали здесь, если уж говорится, что "и Авраам будет раскаиваться, что не сделал большего здесь", – я нашел это в "Патерике". Жил один старец, больной тоже; он с юности был ревностен о Боге, и вот на старости лет он исполнял свое правило – сидел на стульчике и вторил: "Господи Иисусе..." И приходит молодой брат и говорит ему: "Не мучай себя, отдохни немного, ведь ты стар и болен". А он тотчас поднимается и говорит: "Что ты говоришь, брат? Разве ты не знаешь, что и Авраам будет раскаиваться, что не сделал большего?" Поэтому с нас будет спрошено там, в вечной жизни, за все, что мы сделали тут. Добро ли сделали, зло ли – за все...

И поэтому я говорю, что уйдет плоть эта и останется душа, ибо она владыка. Туда пойдет только душа. Поэтому я и повторяю по многу раз: "Тело – хороший слуга, но плохой хозяин". Да не становится тело хозяином, ибо, если станет хозяином, оно захочет телесного. Есть такое присловье: "Из любви к себе происходит все зло". И отсюда – все телесные желания, всякая расхлябанность, как я сказал вам... Человек уже не думает больше, что умрет, что отправится туда. "Не давай телу того, чего оно просит, ибо это обернется болью", "не потакай телу своему, ибо умрет душа" – вот некоторые очень красивые слова, афонские.

– Батюшка, мы хотели спросить вас кое-что о молитве...

– О молитве говорится так: "Если хочешь ум освятить, Христа поминай. Чем больше будешь стараться, тем больше будешь чувствовать Его присутствие". Или: "Ум, что любит, о том и думает. Если любишь Бога, о Нем и думаешь все время".

Нужна молитва, нам нужно много молиться. Очень красиво говорит апостол Павел: "крест для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, – сила Божия. Ибо написано: "Погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну". Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?.. Благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих" (1 Кор. 1: 18–21).

– Батюшка, как мы можем достичь такой духовной меры, как та, о которой вы говорили нам?

– Ты думаешь о том, с Кем ты беседуешь – и что стоишь перед лицом Бога. Только так ты можешь сделать вступление в молитву, сосредоточить в себе силу Божию, чтобы смочь молиться подольше. Встаем перед Богом и начинаем молитву. Наши молитвы очень красивые; у нас есть молитвы утренние, есть вечерние, прочтем и акафист, прочтем молебен – но только чтобы все доходило до чувства. Каждое слово мы должны чувствовать. Если ты не делаешь так, то зря совершаешь молитву! Если поглядываешь на часы или если только "дай-дай-дай" – то это рутина, это тщетно! Очень красиво сказано: "В церкви хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтобы и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке"(1 Кор. 14: 19).

– Приходит брань помыслов, отче, приходят ужасные мысли, буря мыслей...

– Они не приходят от человека. Святой Макарий, святой Антоний видели злых духов, говорили с ними. Когда человек достигает того, чтобы жить все больше с Богом, духи не приближаются к нему. Для стоящего же в начале приходит атака. Отверг ты ее – то это не грех. А если она началась, а ты приоткрыл ей дверку и согласился с ней – это грех. Ведь после одной атаки следуют и другие, злой дух немного помедлит, а потом через какое-то время опять просыпается. Но человек должен простираться дальше, идти вперед. Теперь все дело в том, чтоб не отступить назад!

Какое великое понуждение себя требуется, чтобы иметь Духа Святого всегда, – и тогда, как говорит псалмопевец, "я сплю, а сердце мое бдит" (Песн. 5: 2)! Сколько радости вблизи Жениха Христа, душа – невеста! Или когда соединяется ум с сердцем – тогда совершается брак между умом и сердцем; это самая великая радость, что ум соединился с Христом!

Эх, легко сказать, да трудно сделать! Сказано у Матфея (5: 19): "Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном". Или во 2-м послании к Тимофею (2: 6): "Трудящемуся земледельцу первому должно вкусить от плодов" – от плодов Духа Святого, Наставника, – и потом давать другому. Очень красивые слова! Я должен стяжать рвение в себе самом, должен исполнить это на деле сам.

– То есть чтобы мы, христиане, всегда исполняли то, что говорим, что проповедуем.

– Сначала научи самого себя. "Человек, скажи мне, как ты живешь, чтобы я поверил в то, что ты мне доказываешь"; "Наставление жизнью – самое хорошее доказательство"; "Если словоохотлив – живи, а потом уже учи", "По Евангелию, которое ты проповедуешь, живи, прежде всего, сам". В тебя вселяется ревность о Боге, и она словно возрастает в тебе потом! Есть некоторые люди, которые, кажется, и говорят-то только для того, чтобы прославить Бога, ибо только Бог может сделать что-нибудь. Без Бога ты не можешь сделать ничего! И это так.

Теперь, возвращаясь к телу, в Евангелии от Иоанна (6: 63) говорится: "Дух животворит; плоть не пользует нимало. Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь". В Писании сказано: "Я ничего не говорю от Себя, но как научил Меня Отец Мой, так и говорю" (Ин. 8: 28). С неба эти слова, это действие Духа Святого: "Что сказал Мне Отец, то Я и говорю вам". И говорит – значит, "Дух животворит; плоть не пользует нимало"; не говорит, что пользует, а что в сравнении с душой тело – это ничто. "Мы храм Духа Святого" (см.: 1 Кор. 6: 19). Мы должны освящать тело своими делами, молитвами и деланием добра. Будем освящать тело! У нас есть мощи святых, которые всю жизнь освящали свое тело. Плоть эту они освятили, с душой! Мы должны его освящать. Потому я и говорю, что тело – хороший слуга, но плохой хозяин. Да не становится оно хозяином! Ибо чтобы освятить это тело, надо относиться к нему, как к слуге. Если же оно стало хозяином, тогда раб – душа!

Мы не нуждаемся в слишком замысловатых философиях. Самая великая философия, как говорит святой Василий Великий, – это память о смерти.

– Батюшка, пожалуйста, дайте нам напутствие в заключение.

– Я уже сказал вам: каждый пусть думает о том, как ему не совершать больше грехов, а если совершит, то пусть исповедуется. Это самое великое дело – исповедь. И пусть будет внимателен, чтобы смерть не застала его в грехах. Пусть больше не совершает грехов! Если грешит, то, как только согрешил и совершил грех, пусть идет к священнику и исповедуется, чтобы его не застала таким смерть. Как сказал, так и повторяю: уезжает человек на машине, и машина разбивается вдребезги: с ним столкнулся какой-нибудь сумасшедший, пьяный, кто знает, какой еще. Каким его похитила смерть, таким он и будет судиться. Если его похитила смерть, а он совершил какой-нибудь большой грех и был исповедан, то он счастлив. Об этом станем думать, о тамошней жизни.

Перевела с румынского Зинаида Пейкова

Журнал "Familia Ortodoxă". 2011. № 2–4

1 июня 2011

[1] В 1914 г. вышел первый, но не последний синодальный перевод Священного Писания на румынский язык. Вообще в Румынии начиная с 1600-х гг. было издано очень много разных переводов Библии. – Здесь и далее примеч. пер.

[2] Старец говорит об известной в Румынии книге игумена Валаамского Харитона "Умное делание. О молитве Иисусовой. Сборник поучений святых отцов и опытных ее делателей" в переводе на румынский язык.

[3] Старец Иулиан произносит это в рифму, как и остальные свои поговорки, следующие далее.