В Вооруженных силах – свято место пусто. Из 240 ставок военного духовенства занято семь: в армии служат шесть священников и мулла

О том, что до конца этого года в Вооруженных силах РФ появятся штатные священники, было объявлено еще два года назад. В 2009 году президент Дмитрий Медведев принял решение о возрождении института военного духовенства. Поначалу речь шла как минимум о 400 вакансиях, потом остановились на 240 ставках священников и девяти гражданских должностях. Но выяснилось, что за два года в армии появилось всего семь штатных представителей духовенства – шесть православных священников и один мулла. А раввинов и вовсе нет. Большинство штатных батюшек служат в заграничных подразделениях (Южная Осетия, Черноморский флот на Украине, Армения, Абхазия, Таджикистан). Но почему 233 ставки до сих пор остаются вакантными, не могут сказать ни представители конфессий, ни в Министерстве обороны. При том, что в Российской армии – реальная потребность в духовенстве.

"Верующими людьми в Вооруженных силах России называют себя 63% всего личного состава. При этом наибольшее количество верующих – православные христиане", – говорит начальник Управления по работе с верующими военнослужащими Минобороны РФ Борис Лукичев.

Похоже, причина – не в отказе батюшек, мулл и раввинов идти на службу в армию (сейчас 1000 священников работают с военнослужащими, но на "общественных началах"), а в нерасторопности Минобороны. Утверждает священников на должность лично министр обороны. Сейчас 80 священников ждут утверждения своих кандидатур.

Зарплата военного священника – на уровне технического персонала. Протоиерей Дмитрий Смирнов, председатель Синодального отдела РПЦ по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями, считает, что оклад должен быть не меньше капитанского. Например, священник Андрей Зизо, служащий в Южной Осетии, со всеми надбавками за опасность региона и премиями недавно получил 36 тыс. рублей – немало для монаха, но немного для многодетного отца.

Для назначения священника в часть верующие должны составлять не менее 10% личного состава. Это, между прочим, значит, что раввина сегодня не позовут ни в одно подразделение. Председатель Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России Зиновий Коган считает, что фактически функции раввинов в армии будут выполнять православные священники.

"Предлагаю в подразделениях, куда нет возможности пригласить духовенство разных конфессий, по всем религиозным праздникам проводить "трапезы мира". Толерантность у солдата – через желудок", – говорит раввин Зиновий Коган.

Первый удачный опыт реализации проекта имеется на Черноморском флоте – в Севастополе. Там за крупными воинскими частями закреплено 15 священников. При этом они не получают содержания от государства: их семьи довольствуются тем, что батюшки зарабатывают служением в храме в свободное от армейских обязанностей время. Протоиерей Александр Бондаренко – помощник командующего ЧФ по работе с верующими военнослужащими. Он один из тех шести священников, кого утвердил на должность лично министр обороны. До мая 2010 года Бондаренко совмещал офицерское и священническое служение – что, по его мнению, было неправильно, поскольку офицер обязан в случае необходимости применять оружие, а священник не имеет на это права. Теперь военный священник – должность гражданская.

Казалось бы, назначение на такую работу не светского, а духовного человека может привести к дискриминации верующих других религий. На Черноморском флоте 6-8% служащих считают себя мусульманами. Согласно действующему постановлению этого числа недостаточно для приглашения имама или муллы. Но на флоте ущемления прав верующих не происходит.

"Моя обязанность – предоставить матросам возможность посещения мечети, а мусульманскому духовенству, в свою очередь, – возможность посещения кораблей, – говорит протоиерей Александр Бондаренко. – Корабли посещает ахун (мусульманский военный священник) Султан Юлдашев из Севастопольской соборной мечети, сам еще недавно бывший мичманом на крейсере "Москва". Мы его знаем и доверяем ему. Ахун участвует в присягах, проводит беседы. Это приносит пользу, ребята становятся более управляемыми".

Главная задача полкового священника – молиться за военнослужащих и обеспечивать "исполнение их конституционных прав на удовлетворение религиозных потребностей". План мероприятий утверждается у командующего Черноморским флотом на год вперед.

"Воспитание у командиров еще советское, многие пока не готовы работать с религиозными организациями, и наша задача – преодолеть этот барьер", – рассказывает Бондаренко.

После того как части будут укомплектованы священнослужителями, командирам придется выделить помещения для молельных комнат.

"Командир не обязан покупать ладан и свечи, но должен содействовать оборудованию культовых помещений", – сказал Борис Лукичев.