– Василий Семенович, намеченный на 8 июля Собор УПЦ вызвал традиционную бурю споров, страхов, версий. Чем ты можешь это объяснить?
– Тем, что Православная Церковь в Украине пользуется огромным авторитетом и влиянием, поэтому многим интересно, что в ней происходит. С другой стороны, к Церкви продолжают относиться, как к политической партии или общественно-политической организации, где в руководстве идет постоянная борьба влиятельных группировок, плетутся интриги, молодые и алчные пытаются проглотить великих и мудрых и т.д. По этой матрице светские СМИ и "раскатывают" церковную проблематику. Но ведь понятно, что законы политики к Церкви непреложны. Уже на следующий день после Синода я двадцать комментариев дал о нелепости избрания местоблюстителя, замены старших членов Синода молодыми и т.д., но ведь мало кто слушает, и море конспиралогических версий гуляет в сети.
– Я имею в виду не светские СМИ, а верующих, причем, из многих епархий. Почему всякое подобное собрание вызывает страхи и опасения, что на них примут что-то непоправимое и опасное для Церкви, разрывающее ее единство. Откуда это недоверие к священноначалию? Ведь опять мы видим обращения, призывы к стояниям.
– Ты знаешь, до прихода к власти оранжевых таких опасений не было. А потом появился страх, что наши епископы дрогнут, их переломают, и он был небезоснователен, поскольку власть при Викторе Ющенко много и основательно интриговала против Церкви, о чем сегодня глава его тогдашнего секретариата Виктор Балога сам не без удовольствия рассказывает журналистам. И вот эта инерция страха продолжается, множество звонков поступают в пресс-службу, даже факсы длиннющие с подписями прислали верующие Запорожской, Черниговской и еще каких-то епархий: не допустите автокефалии! Хотя это вообще не предмет соборного обсуждения. Да и власть ныне проправославная, правда, с некоторыми досадными униато-раскольничьими вкраплениями. Она понимает Церковь, уважает ее единство и никакого давления на нее не оказывает. По крайней мере, до сих пор. Что же касается Собора, то архиепископы Митрофан и Александр провели пресс-конференцию, на которой изложили его программу.
– Но многие вопросы остались открытыми. Скажем, если это второй Собор за 19 лет, то почему о нем заявлено за неделю до проведения? Это ведь надо провести епархиальные собрания, избрать делегатов, которые будут выражать мнение своей епархии по соборным вопросам, которые еще и не сформулированы. Или заявлено, что Собор утвердит решения всех и Архиерейских Соборов и Священных Синодов УПЦ за 19 лет. Как это возможно сделать за пару соборных часов, если на их зачитку уйдет не один день? Очевидно, что кто-то и для чего-то гонит коней.
– А почему бы не принять вполне логичное объяснение: юбилей Блаженнейшего, приедут поздравлять все архиереи, представители епархий, монастырей. Можно воспользоваться этим и провести собор, где Блаженнейший Митрополит, как объявлено, выступит с анализом жизнедеятельности Церкви за 19 лет, подведет некоторые итоги, определит перспективы. Уже ради этого стоило Собор созывать. Думаю, это будет самой главной его частью. Я знаком с Блаженнейшим с первых дней его пребывания в должности Предстоятеля, сам написал не одну сотню материалов по церковной проблематике, и мне очень интересны оценки самого Блаженнейшего Митрополита пройденному пути и нынешней ситуации. А все остальное не столь актуально. То же утверждение решений Архиерейских соборов и Синодов УПЦ. Разве их кто-то не признает или подвергает ревизии? По практике любого управления последующие решения поглощают предыдущие, так что нет особой необходимости все предыдущие решения утверждать.
– А почему собор назван юбилейным? В обосновании говориться о 20-летии Томоса о независимости в управлении, которое отмечалось в прошлом году, 20-летии Харьковского собора, который будем отмечать в будущем году, 45-летие архиерейской хиротонии Блаженнейшего Владимира и 20-летие независимости Украины, которые выпадают на этот год, а также 1150-летие Киевской Митрополии, которое намечено опять-таки на будущий год. О последнем юбилее, кстати, вообще ничего неведомо.
– Юбилейным Собор можно назвать потому, что он приурочен к 45-летию архиерейской хиротонии Блаженнейшего Митрополита Владимира и состоится во время юбилея. Что касается 1150-летия Киевской митрополии, то это какая-то ошибка. Я звонил матушке Серафиме, которая возглавляет у нас синодальную комиссию по культурно-историческим вопросам, она тоже не знает, о чем идет речь. Крестил Русь и основал Киевскую митрополию святой равноапостольный князь Владимир, и он, естественно, никак не мог этого сделать за сто лет до своего рождения. Очевидно, вкралась какая-то ошибках в формулировках.
– Большинство споров касаются готовящихся изменений в Устав УПЦ, что обосновывается изменениями в церковной жизни, в законодательстве Украины. Ты эти споры тоже считаешь неактуальными?
– Надо решать главные вопросы, а они заключаются в том, что мы продолжаем жить по атеистическому Закону "О свободе совести и религиозных организациях", принятому в 1992 году. Согласное ему Церковь лишена статуса юридического лица, поэтому юридически нет никакого "Устава УПЦ", а есть уставы Киевской Митрополии, епархий, монастырей, приходов, синодальных отделов и т.д. На недавней встречи религиозных лидеров с президентом Украины Блаженнейший Владимир предоставление Церкви статуса юридического лица обозначил, как главное требование Украинской Православной Церкви к государственной власти. Надо добиваться принятия европейского религиозного законодательства, которое действует и в России, а под него уже переформатировать уставы церковные.
А в рамках действующего законодательства, признаться, я и не знаю, что так уж мешает Церкви выполнять свою миссию. Об этом Блаженнейший Митрополит говорил священнослужителям и при оранжевых: кто вам препятствует служить, нести Слово Божие человеку, в приюты, больницы, тюрьмы, старым и молодым, сеять доброе и вечное?
– Насколько я понимаю, в изменениях к Уставу речь идет не о церковно-государственных отношениях, а о внутрицерковных. Говорят, что окружение Блаженнейшего этими изменениями хочет при любых раскладах сохранить себя при власти.
– Мало ли что говорят. Мы не знаем ни изменений к Уставу, ни их обоснований. К сожалению, их пока не знают и в епархиях, которые делегируют своих представителей для решения судьбы этих изменений. Так что это пока споры "не о чем". Конечно, делегаты могут ставить любые вопросы и принимать любые решения. И обосновывать их в букве и духе Церкви Христовой.
Я думаю, что в любой организации, а тем более в Церкви, люди должны сохранятся при власти, благодаря своему высокому духовному авторитету, профессионализму, выдающимся трудам, а не уставными должностями. Как Блаженнейший Митрополит, Святейший Патриарх, наши старшие архиереи-подвижники. У кого-то возникают сомнения или даже мысли, а могут ли они в свете каких-то уставных изменений нами руководить?
Вот анафематствованный Михаил Денисенко (Филарет), понимая, что никакого духовного и нравственного авторитета в Церкви у него нет, пытался с Евгением Петровной навечно юридически узурпировать власть в Церкви, чтобы продолжать самодурствовать, роскошествовать и безобразничать. Запрещал несогласных, бесился, чем, кстати, вынудил людей бежать в раскол. Я говорил с родоначальником автокефалистов Димитрием Яремой, их первым "епископом" Боднарчуком и многими другими, все называли моральный облик и поведение Филарета с Евгенией Петровной главной причиной своего ухода. И сколько властолюбцы сил не прилагали, чтобы "юридически" обезопасить себя, все закончилось Харьковским собором и отлучением от Церкви.
– Но, судя по всему, Филарет не очень-то и бедствует?
– А что, кто-то завидует его небедному "счастью"? Кстати, на Соборе планируется принять и обращение к раскольникам. Важно, не оставлять усилий и призывать людей к Богу и правде.
– Однако украинская власть, вопреки прогнозам, решила оставить расколы в покое, и даже "тайно" их поддерживает.
– Власть и не должна заниматься раскольниками, для это есть правоохранительные органы. А они и впрямь не перестают удивлять. Ты знаешь, я много лет вел в газете правоохранительную тематику, встречался с руководителями СБУ, МВД. Генпрокуратуры, на коллегиях присутствовал. И сколько помню, на всех совещания давалась установка: в борьбе с оргпреступностью действовать на опережение. У нас же правоохранители как пасли задних, так и пасут. Вот очередной раскольничий "архиерей", какой-то филаретовец из Луганска объявлен в розыск. Прибыл на дорогущим кабриолете, пустил пыль в глаза, обвел вокруг пальца "луганских пацанов", что, говорят, в принципе невозможно, "кинул" их на несколько сот тысяч долларов и смылся. Вот ищут теперь. До этого в международный розыск объявили коллегу Филарета – "патриарха Киевского и всея Руси-Украины" Моисея Кулика. И так они скоро все разбегутся с наворованным, а потом ищи-свищи. Правоохранители же и не чешутся, хотя прекрасно знают, что в раскольничьей самозваной паразитической "иерархии" каждый второй – проходимец, каждый первый – аферист. И начинать надо с самого Михаила Антоновича Денисенко(Филарета), пока он еще жив-здоров, при памяти и не в бегах. Помочь ему все скелетики из шкафов подоставать, а там уже все так запущено, что без Генпрокуратуры и нечистый ногу сломает. Довести до конца дело о гибели его предшественника – Романюка, выяснить, наконец, где Филарет спрятал церковную кассу, "золото партии" и прочее. А то ведь сбежит – будем искать ворованное, как янтарную комнату, десятилетиями. И нам надо подвигать правоохранителей к этой мысли. Неплохо было бы и обращение на Соборе по этому поводу принять.
– Ты упомянул филаретовского "архиерея", пустившего пыль в глаза дорогой иномаркой, но ведь молодой житомирский архиерей УПЦ тоже поразил всех, прибыв на кафедру на трех новеньких "Лексусах", причем цена одного больше 110 тысяч евро. Это все горячо обсуждали в Интернете. Указывалось, что машина местного губернатора чуть ли не в десять раз дешевле. Чем ты это объяснишь?
– Можно было бы пошутить, что хоть в чем-то мы сблизились с раскольниками. На самом деле это беда. Понимаешь, тот гигантский авторитет, который Церковь за 19 лет обрела в обществе, и у простых людей, и у элиты, и у власть имущих, складывался кропотливыми трудами, скромностью, интеллигентностью, подвижничеством Блаженнейшего и очень многих людей старшего поколения. А вот Лексусоманией, роскошеством, чванством, леностью, глупостью можно пустить его по ветру в считанные годы. Это как в жизни: одни вкалывают, недоедают, недосыпают, зарабатывают, скапливают, а другие это проматывают и транжирят. И даже не ценят того, что транжирят, ибо не ими заработано. Одни привлекали людей к Церкви и Богу, другие своим поведением и отношением, напротив, отворачивают.
Справедливости ради надо отметить, что это не один архиерей прибыл в Житомир на трех "Лексасах", а несколько. А региональные руководители стали ездить на дешевых иномарках не потому, что ударились в скромность, а потому, что есть негласная рекомендация украинской власти не раздражать свой бедствующий народ чиновничьей роскошью. И житомирские журналисты должны бы это знать. Кстати, и на Соборе можно было бы тоже какое-то решение принять, осуждающее лексусоманию.
– Но ведь это, согласись, не решение проблемы.
– Есть некие сквозные умонастроения, одинаковые для церковных и нецерковных людей, с которыми, по моим наблюдениям, сложно бороться. У меня сосед в селе – богатый человек: отгрохал настоящее поместье, с замком, теннисными кортами, полем для гольфа, нарыл озера с фонтанами, как в Версале, детей обучил в Англии, квартиры им купил на Прорезной. Он мог запросто полететь с женой на выездной матч киевлян в Рим, задержаться на недельку, заехать на несколько дней в Париж, Вену, и вернуться с новыми идеями обустройства того же поместья. Однажды привез какие-то диковинные лилии из Голландии для своих прудов. Он лет на пять меня старше, очень устремленный. Я его как-то спросил, чего он так роскошествует? Он мне очень интересно объяснил: его родители были простыми людьми, всю жизнь вкалывали от рассвета до заката, и моря-то никогда не видели, – словом, не располагали и мизерной долей его возможностей ездить, покупать, возводить, удовлетворять любопытство и желания. Такими же были и их родители и т.д. А вот он располагает гигантскими возможностями, и за весь свой род отыграется. Так и наши иные священнослужители пока за всех новомучеников, невыездных, преследуемых предшественников не откатаются, не отоварятся, не наотдыхаются, не налечаться, пыль в глаза не пустят, и не пресытятся – не остановятся.
Вот даже наши информационные проблемы взять. Разговорился как-то с одним владыкой, но какой темы не коснусь – он ничего не знает, ни церковных событий, ни новостей, ни выступлений Блаженнейшего, ни актуальных речей Патриарха. Я даже как-то раздосадовался. А он говорит, что ты хочешь – ты тут в Киеве, все знаешь, в курсе всего, а мы-то далеко в провинциальной глуши. Я отвечаю, что ежемесячно высылаю ему информационный журнал, где все это собрано и изложено. А он так простодушно говорит: так у нас этого никто читать не хочет! Ни информацию, ни богословов, ни Блаженнейшего, ни Патриарха.
Читать, знать, быть информированными, умными, просвещенными, культурными, образованными – не хотят, это не престижно, а вот "Лексус" – другое дело, на него не жаль ни сил, ни времени, ни средств. Но это какое-то всеобщее наваждение. Я бываю в наших творческих союзах, культурных учреждениях, в Академии наук и т.д.– везде невостребованность, непрестижность, заброшенность. Таковы ныне наши культура, наука и творчество. И это реальные проблемы, которыми никакими уставными изменениями не решить ни Церкви, ни обществу. Здесь опять нужны прорабы духа.
Источник: Радонеж
