Протоиерей Всеволод Чаплин: "Откупиться от Бога не получится!"

Может ли церковь примирить бедных и богатых? Какие уроки надо извлечь из лондонских погромов? И что мы знаем друг о друге? Об этом и не только рассуждал в эфире радио "КП" глава Синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества Московского патриархата протоиерей Всеволод ЧАПЛИН.

БЕДНЫЕ И "ПРОХОРОВЦЫ" ЗА ОДНИМ СТОЛОМ

Антон Челышев (радиоведущий "КП"): – Могу представить, как может примирить богатых и бедных, скажем, водоканал или горэлектросеть. Если воду выключают, то ее нет ни у тех, ни у других. А с церковью как?

Протоиерей Всеволод Чаплин: – Объединять людей богатых и бедных – это как раз самая естественная роль для церкви. В минувшее воскресенье после богослужения в нашем храме был за обеденным столом крупный бизнесмен (кстати, в основном в храме люди среднего возраста и молодые семьи с детьми – бабушки давно стали меньшинством). Бывают люди разных политических убеждений, в том числе сторонники партии "Правое дело". В тот же день я общался и с человеком, у которого нет абсолютно ничего. Это инвалид, который не знает, где заработать копейку, хотя это молодой человек. Вот эти люди вместе молятся и потом вместе обедают. Это очень радует. Но мало увидеть их вместе за богослужением – важно, чтобы они становились ближе друг к другу и в социальном плане. Вот почему один из Всемирных русских народных соборов специально поставил тему: богатство и бедность в России. У нас слишком большой разрыв между богатыми и бедными. И поэтому были предложены конкретные экономические и социальные меры, в частности налог на роскошь и ограничение вывода капиталов из страны.

Елена Чинкова (корреспондент "КП"): – И к ним прислушиваются?

Чаплин: – Постепенно, да. Когда это впервые предложили в середине 2000-х годов, очень многие аналитики, политические деятели откровенно смеялись в глаза. Говорили, что ничего не выйдет, поскольку вот так устроена наша социально-экономическая система и вы с этим ничего не сделаете. Люди, которые построили эту систему и поддерживают ее, гораздо сильнее вас. Но тем не менее сейчас то же предложение налога на роскошь все больше и больше пробивает себе дорогу в большой политике.

Челышев: – А прогрессивная шкала налогообложения?

Чаплин: – Думаю, что это полезная мера: если ты больше зарабатываешь, значит, у тебя больше моральной ответственности перед обществом. Значит, ты можешь больше уделять от своих доходов на поддержание тех, кто не имеет возможности заработать себе на хлеб. Человек, который зарабатывает много, заработает еще. А тот, кто не может заработать ничего, как раз и нуждается в помощи. Общество – это не система отношений между волками и зайцами. Даже в волчьей стае есть определенная взаимная поддержка. Если общество отказывается от того, чтобы поддерживать своих слабых членов, оно обязательно озверевает. Вот об этом нужно всерьез помнить, и это не пустая мораль.

МОРАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ ПРОЕЛИ

Чинкова: – Лондонское общество озверело?

Чаплин: – Лондонский конфликт гораздо более серьезный, чем конфликт между богатыми и бедными. Ведь среди тех, кто участвовал в погромах, были люди достаточно богатые. Есть несколько интерпретаций. Одна из них изложена православным публицистом Сергеем Худиевым. Он говорит, что общество просто окончательно проело тот моральный капитал, который копило несколько веков. И превратилось в такое, где есть люди, для которых морали просто нет. Убить кого-то, избить, обчистить лавку, разбить витрину стало нормальным делом. Это просто говорит о моральном одичании общества. Мне, впрочем, думается, что есть все более и более серьезные противоречия между белой и небелыми расами. И вторые оказываются сильнее, потому что живут по чувствам. А белая раса пытается жить только по разуму. Но жить только по разуму нельзя. В жизни и человека, и общества, как правило, чувства сильнее разума. Если белая раса потеряет свои чувства, собственно говоря, потеряет христианскую основу своего национального характера, то ее через несколько столетий просто не будет как значимой силы в мире. Более того, я думаю, что, если наши города будут и дальше средоточием безнравственности, Господь может наказать человечество – эти города исчезнут как явление. Он попустит их уничтожение. Современные города – это места, в которых все больше подвергается эрозии любая мораль. Может получиться даже так, что людям пойдет на благо, если города, в которых полностью потеряно представление о том, что такое хорошо и что такое плохо, исчезнут. Если у этих людей останется хоть какое-то минимальное время на покаяние, пусть несколько секунд, они войдут в вечность очищенными.

НЕДОВОЛЬНЫЕ МОГУТ ГОЛОСОВАТЬ ДУБИНАМИ

Чинкова: – Москва тоже в зоне риска? Стоит бояться Манежки-2?

Чаплин: – В зоне риска. И опасность повторения Манежки тоже есть. Для того чтобы этого не было, очень важно взяться за ум.

Дать людям возможность жить по своим убеждениям и по своим чувствам. И в то же время найти такие способы соприкосновения между ними, которые бы противоречия, культурную разницу позволяли разрешать не драками и потасовками, а при помощи закона и механизмов взаимного признания права людей на их культурное своеобразие. Смотрите, что происходит в большинстве городов мира. Есть определенные сообщества людей, которые живут по достаточно простым правилам – кто-то назовет их дикими. Но эти правила ближе для этих людей, чем политическая система страны, в которой они живут. Так было и в Римской, и в Российской империях.

На Северном Кавказе действовали одни обычаи, в Петербурге было совершенно другое общественное сознание. Так должно быть и в современном мире. Потому что есть определенные общности, которые нельзя переделать, которые будут жить в согласии со своими правилами, эмоциями. И этот принцип придется признать любому ответственному государству... Недавно была образована комиссия по вопросам гармонизации межнациональных и межрелигиозных отношений Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте РФ. Эта комиссия, я ее возглавляю, рассматривала ряд случаев в Ленинградской области, Москве и Саратове. К примеру, был абсолютно бытовой конфликт, несмотря на то что в нем участвовали представители разных национальных групп. А дальше одна из групп подтянула своих членов, то есть людей определенной национальности, чтобы разрешить конфликт силой. Отстоять своих и так или иначе ограничить поле действия чужих. Вот это очень опасный момент. Когда люди в ходе бытового конфликта начинают подтягивать людей одной с ними национальности, убеждений или одной с ними фанатской организации...

Челышев: – Конфликты на социальной почве между богатыми и бедными могут возникнуть в России?

Чаплин: – Это самый страшный вариант конфликта для России, о чем мы знаем по всей истории XX века. И почва для него сегодня есть. Очень много недовольных. Очень много людей, которые пока голосуют ногами, но могут голосовать дубинами.

НЕ НУЖНО СОВЕТСКОЙ УРАВНИЛОВКИ

Звонок от радиослушателя Михаила: – Логично установить минимальную зарплату 20 тысяч, а пенсию – 15 тысяч.

Чаплин: – Предлагается простой путь решения проблемы, чтобы была какая-то унифицированная зарплата. Это уже было в Советском Союзе. Если сделать ее большой, то не хватит денег госбюджета. Если маленькой – всем будет одинаково плохо. Не нужно ограничивать свободу человеческого развития, в том числе в экономической сфере, уравниловкой советского типа, из которой люди все равно искали выходы и находили. Но при этом нужно сделать так, чтобы помощь бедным со стороны богатых была почетной и выгодной. Общество до сих пор виновато перед теми, кто работает или работал хорошо, но это не спасло их от погружения в бедность в 90-е годы. О таких людях сегодня должны позаботиться общество и государство. В чем-то нужно изменить систему. Но только нужно иметь в виду, что абсолютного равенства в доходах и соцблагах не имело ни одно общество никогда.

Челышев: – Вот те очень богатые люди, которые приходят в ваш храм , понимают, что должны платить более высокие налоги?

Чаплин: – Они готовы. Более того, они стараются из своего богатства выделять кто сколько может.

Звонок от радиослушателя Николая, Волгоградская область: – Я шестой год уже не пью. Когда я пошел к работодателю, первые мои слова были – как только устроюсь на работу, бросаю пить. Оформил землю в собственность. Хочу как-то и людей трудоустроить. Такие инициативные в каждой деревне есть – мы все создадим, накормим.

МЫ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕМ НИ ОБ АМЕРИКЕ, НИ О СЕБЕ

Чаплин: – У нас сейчас почти ничего не говорится о культуре, об образе жизни тех народов, которые населяют нашу страну, включая русский народ. Уж не говоря о народах Кавказа, которые мы должны лучше знать, чтобы по крайней мере понимать, почему иногда один человек ведет себя так, а другой иначе. Ругают телевидение за то, что там много американского кино. Там мало, почти нет настоящей американской культуры. Мы ничего не знаем об Америке, если смотрим наше ТВ, кроме Обамы, нескольких поп-звезд, ну и еще инцидентов вроде серийных убийств и катастроф. Нам нужно понимать, чем живут народы, в чем их духовность, истоки образа жизни. Это задача и для СМИ, и для культуры, и для школы. Без этого будут самые дикие предрассудки вроде того, что все черные – уроды, все евреи – рвачи, а все русские – алкоголики и дебилы.

КОЛОКОЛА ОТ СОЛНЦЕВСКОЙ БРАТВЫ

Чинкова: – А не зазорно церкви принимать денежку от криминалитета? Колокола в моем храме отлиты на пожертвования солнцевской братвы. На них так и написано.

Чаплин: – Стараемся все-таки подходить с разборчивостью к тем, кто приносит средства. И самое главное, всем я хотел бы еще раз сказать: сколько бы ты ни позолотил куполов, сколько бы ни построил храмов , это не снимает с тебя нравственной ответственности за те грехи, которые ты совершил. В том числе за недоброе и безответственное отношение к тем людям, которые работают под твоим началом. Если кто-то пытается откупиться от Бога и от совести через пожертвования на храмы , это не получится. Вот начать с настоящего покаяния и исправления собственной жизни, собственного отношения к людям, с отхода от криминальных дел, нечестности, безнравственных элементов в бизнесе. И потом жертвовать на храм в знак начавшегося покаяния! Вот такой и только такой должен быть путь исправления жизни человека, который чувствует, что его совесть обличает. Потому что его несправедливые и преступные дела разрушают его внутренний мир.