Протоиерей Владимир Вигилянский. "То, что говорит Церковь, людям государства не очень приятно

Российское общество становится все более религиозным, уже пятая часть населения страны регулярно посещает церковь, а каждый десятый соблюдает обряды и читает молитвы, рассказал в интервью "НИ" протоиерей Русской православной церкви Владимир Вигилянский. По его словам, близость РПЦ к власти – миф, а считать воцерковленным можно даже того человека, который ходит в храм хотя бы раз в год.

– В России Церковь по закону отделена от государства. А как на самом деле?

– Церковь и на самом деле не только в нашей Конституции, но и в жизни отделена от государства. Однако она не отделена от общества. А само общество на протяжении последних 20 лет неизменно в большинстве своем (от 60% до 70% населения) считает себя православным. Церковных людей, то есть участвующих с той или иной регулярностью в церковных таинствах, у нас в России 18-20%, что тоже немало. Есть сферы общественной жизни, такие как социальная работа, охрана памятников культура, образование, здравоохранение, забота и попечение о верующих людях в разных государственных учреждениях, где государство и Церковь тесно взаимодействуют. Если есть какие-то перегибы, о которых я, например, не знаю, то это – исключение из правила.

– Священники в школах и в воинских частях – это не перегибы?

– Священников допускают туда, где есть православные. Например, в армию, в больницы, в школы. Вот если бы их туда не допускали, это был бы тоталитаризм, как при советской власти.

– А почему патриарха охраняет ФСО?

– Я, как пресс-секретарь Патриарха Кирилла, могу открыть вам секрет. Количество угроз в адрес первых лиц Церкви огромно из-за большого количества озлобленных воинствующих атеистов. Именно поэтому еще президент Ельцин в целях безопасности сам навязал патриарху защиту. А теперь это пошло по инерции в другое время и с другим патриархом.

– Когда началась война в Ираке, руководство католической церкви ее осудило. Когда началась война в Чечне, православные священники входили в призывные комиссии и помогали отправлять в армию тех, кто отказывался служить по религиозным убеждениям. Почему для РПЦ интересы правителей важнее интересов граждан?

– Повнимательней почитайте церковные документы. Я в отличие от вас помню высказывания Патриарха Алексия против войны в Чечне. Ни о каких походах священников в призывные комиссии не знаю, да и не верю я, что были священники, которые "помогали отправлять в армию". Если даже кто-то и посетил призывную комиссию, то функция священника была совершенно другой. А ваше последнее утверждение – клевета.

– Но почему РПЦ не признает отказ от службы в армии по религиозным убеждениям?

– Если служба в армии не связана с насилием над другими людьми, то она не считается чем-то зазорным. В защите отечества нет ничего антихристианского.

– Но армию регулярно используют не только для защиты отечества, но и для участия в войнах, которые в будущем признают ошибками, как войну в Афганистане. Человек не хочет участвовать в этом, но на помощь РПЦ ему рассчитывать не приходится.

– Для верующих в армии найдут те места, которые не связаны с войной и с насилием. Например, строительные части.

– Что должно произойти, чтобы руководство РПЦ призвало граждан к протестам?

– Об этом сказано в "Основах социальной концепции": "Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении".

– Наша власть к греховным и душевредным деяниям не принуждает?

– В документах – нет.

– А в действиях?

– В действиях есть реакция, и негативная тоже. Но на словах нет никакого беззакония в христианском смысле. Нет ничего такого, что побудило бы Церковь призвать христиан к неповиновению. А что касается дел, то это связано с грехами людей вообще, в том числе верующих и неверующих. Я вас уверяю: то, что говорит Церковь, людям государства не очень приятно.

– В какой мере справедливо утверждение, что КГБ разлагал православную церковь изнутри, ставя на высшие должности своих агентов либо просто аморальных людей?

– В вопросе я бы заменил слово "ставя" на "пытаясь ставить". Конечно, в коротком ответе не расскажешь драматическую историю взаимоотношения Церкви с советской властью – об этом написаны десятки книг, сотни воспоминаний, тысячи статей. Было всякое – и прямое сопротивление, и тихое неповиновение, и разного рода компромиссы, и сотрудничество. Любые обобщения здесь неприемлемы. До 1950 года не было ни одного архиерея, не прошедшего сталинские лагеря и тюрьмы. Репрессии были стопроцентные. Ни с одним сословием в СССР так не расправлялись, как с духовенством. Наверное, были и отступники, однако в этом контексте нам, не прошедшим эти испытания, говорить об "агентах" и "аморальных людях" все равно неэтично.

– Как сейчас в РПЦ расценивают сотрудничество Церкви с советской властью?

– Ответом на все сложные коллизии нашей истории является перманентное прославление Церковью новомучеников, отдавших свою жизнь за веру. Комиссия по канонизации мучеников работает чуть ли не ежедневно, готовя материалы для их прославления на Архиерейских соборах – изучаются письменные свидетельства, материалы следствия, документы КГБ. Если есть какие-либо свидетельства, подтверждающие непорядочное поведение подследственного, канонизация не происходит.

– Насколько возможно покаяние руководства РПЦ за это сотрудничество?

– Православная церковь к таинству покаяния не относится как к публичному действу. Это акт личный, относящийся к взаимоотношению человека с Богом. Именно поэтому в православии невозможно покаяние за других, как это иногда делают католики.

– Почему после краха советской власти руководство РПЦ не сменилось, и во главе Церкви остаются те же люди, что стали иерархами еще во времена СССР?

– А чем плохи эти люди? Если у вас есть конкретные обвинения, давайте рассматривать их. А если при советской власти был архиерей и после остался архиереем, это формальное отношение. В 1994 году на Архиерейском соборе была создана комиссия, которая расследовала связи руководителей Церкви с советской властью. Но там не так уж и много накопали. Церковь всегда была оппозицией советской власти. Не явной, но идеологической, несмотря на внешние компромиссные действия. И советская власть всегда понимала, что церковные служители были их враги. Поэтому Церковь и уничтожали.

– В какой мере корректно считать православными тех, кто хоть и крещен, но в церковь не ходит, не молится и не соблюдает религиозные обряды?

– По последним данным "Левада-Центра", православными себя считают 69% россиян. Тех православных, кто ходит в храм каждую неделю, каждый месяц или несколько раз в год, по последним данным, около 20%. Для меня как священника 50% православных, которые не ходят в храмы, – это упрек очень серьезный. Однако сейчас церковная политика нацелена как раз на эту категорию людей, и уже некоторые сдвиги в лучшую сторону наблюдаются.

– По другим данным, воцерковленных, которые знают молитвы и постятся, не больше 2-3%.

– Мы не делим верующих на хороших и плохих. Где граница? Достаточно того, что человек участвует в церковных таинствах хотя бы раз в год. И таких – 20% населения.

– Если бы в московские храмы на Пасху пришли бы 20% православных, там бы пройти было негде, как возле московских мечетей в мусульманские праздники.

– Спрашивайте у "Левада-Центра". О том, сколько в России православных, в последние годы написаны десятки книг. Социологи насчитали пять градаций воцерковленности. И никаких 2% воцерковленных никогда в жизни не было! Это миф атеистов. Тех, кто молится и постится, в 1990-е годы было 5%. Потом – 7%. Сейчас – 11%. Это много, миллионы людей. Больше, чем население некоторых стран.

– Но значительно меньше, чем тех православных, кто в церковь не ходит.

– Здесь много причин, но главная – 70-летняя направленность советской власти на искоренение религиозного сознания в России. Некоторые историки и мыслители считают, что это была основная цель революции 1917 года. И дело здесь не только в том, что разрушили 50 тысяч храмов, закрыли монастыри и почти все церковные учебные заведения, уничтожили издательства и типографии, запретили социальную работу и прочее, а в том, что планомерной работой на протяжении этих десятилетий была изъята из русской души ее метафизическая основа.

– Советской власти уже 20 лет нет. Однако возврата к тому, что было до революции, тоже не произошло.

– Из души вынули целый орган. И восстановить за 20 лет то, что накапливали десять веков, нереально.