Оборотень в рясе

Отец Николай, настоятель храма села Рубское Княгининского района, можно сказать, потомственный поп, чей родитель был священнослужителем, а брат и поныне имеет приход, оказался вором.

Пять лет назад двадцатилетний батюшка Николай, в миру Пчелин, получил приход, из которого все это время и тырил иконы. К слову сказать, храм в Рубском – один из пятидесяти храмов Нижегородской области, которые не смогла закрыть даже Советская власть. Первую пропажу дорогой иконы заметила староста церкви Нина Ивановна Соом. После второй пропажи она написала письмо в епархию. Из епархии присылали ревизию, которая предложила молодому попу вернуть образа на место. В ответ на это батюшка Николай сказал, что иконы отправлены на реставрацию. И как только их приведут в божеский вид, они будут стоять там, где стояли не один десяток лет. Слово свое батюшка сдержал. Иконы действительно, заняли свое место. Но не те, старинные, а новоделы, написанные современными богомазами на фанерках. Старинные же образа батюшка с божьей помощью сплавлял антикварам Москвы и Санкт-Петербурга.

Действовал оборотень в рясе не один. В подельщики он взял к себе реставратора Эдуарда Соловьева, которого нашел аж за пятьсот километров от Рубского, в Ивановской области. Сколько икон таким образом отреставрировали жулики, знают только они. Точного и полного списка церковных ценностей в Рубском не было.

Как рассказал корреспонденту ЗРКИ майор княгининской милиции Константин Петряков, ни одной иконы в Рубское возвращено не было. Говорят, что все они уже ушли за границу.Тем не менее, по материалам дела похищенными числятся 48 предметов церковной утвари. Среди украденных были иконы 17 века, а также Евангелие, датированное 1827 годом с уникальными гравюрами по серебру. Весила драгоценная отделка, которой украшена книга, 6,5 килограммов. Год назад пропажу оценивали в полтора миллиона долларов. Но следствие затягивалось, и цена с каждым разом падала. В Китоге ущерб свели до полумилиона. Но уже не долларов, а рублей. И в ценах не черного рынка, а почему-то в ценах Нижегородской области.Превоначально говорили, что на полтора миллиона долларов.

Антиквары говорят, что в Москве такие иконы стоят минимум в три, четыре раза выше. А за новую икону, написанную по всем канонам иконписи богомазы сегодня просят по 400 000 рублей.

Нижегородский епископ Георгий при встрече со следователямиКсказал, что материальная ценность икон не так важна, как ценность духовная. А ценность духовная рублем не измеряется. Тем не менее, за кражу в особо крупных размерах, батюшка и его подельник получили по два с половиной года. Попытки выяснить подробности дела у корреспондента "Русского курьера" не увенчались успехом.

Прокурор Княгининского района Емелин никаких комментариев до вступления приговора в силу не дает. Судья Серова к телефону не подходит. Ее сотрудники всю неделю говорили журналисту "РК", что она пишет обвинительное заключение, и оторваться от дела не может.

Попытка коллег из других редакций заполучить приговор суда тоже не увенчалась успехом, а районные журналисты сказали, что их не пустили даже на суд. Нижегородская епархия после сноса церкви, в которой венчались два гомосексуалиста, на контакт с журналистами идет неохотно и от комментариев отказывается. Тем не менее, по области ходят слухи и разные домыслы. Например о том, что к краже имеют причастность не только высокие церковные круги и но и светская власть. В связи с этим странным кажется и история родного брата Николая Пчелина, который служил в Княгининском районе благочинным. После кражи его сначала понизили в должности, а потом вообще перевели в церковь другого района.

Никто не может объяснить, почему за кражу икон два друга получили всего пять лет на двоих, тогда как уголовная статья, по которой они осуждены, тянет минимум на пять лет каждому. Уж не потому ли, что в деле могли быть замешаны очень высокие люди и церкви, и светской власти. И в милиции, и в прокуратуре отказываются говорить о давлении на следствие и суд. В то же время Владимира Мытарева начальникОперативно-разыскной части, которая занимается церковными кражами в Нижегородской области, на пресс конференции открыто заявил, что в Управление собственной безопасности и в областную прокуратуру приходили анонимные письма и жалобы на неправомерные действия сотрудников милиции. Кроме этого за Николая Пчелина по телефону пытались заступиться даже "дяди в погонах" из Москвы.

В позапрошлом году из церквей Нижегородской области иконы воровали 16 раз, в прошлом – 28. За три месяца нынешнего уже 36 раз. Среди особо ценных похищенных вещей – иконостас и деревянный складень, не имеющий аналогов в Поволжье.

Последняя кража случилась четыре дня назад. В соседнем от Княгинина районе украдено десять старинных икон на сумму 800 тысяч рублей. А перед этим в другом районе украли 16 икон. Милиция подозревает, что к некоторым кражам прошлых лет причастны сами священнослужители. При этом милиция раскрывает только половину церковных краж. Большая часть ворованного уходит за границу безвозвратно. Объявить розыск икон через Интерпол нижегородская милиция часто не может, потому, что Интерпол без фотографий похищенного антиквариата розыск не ведет.

Чтобы хоть как – то пресечь воровство икон из церквей, нижегородская милиция совместно с местной епархией в апреле хотят создать специальную комиссию по учету предметов религиозного культа. Комиссия должна описать и сфотографировать все церковные предметы всех 218 церквей епархии. В некоторых из них находятся до нескольких сотен особо ценных предметов антиквариата.

28 марта 2004 г.