Кто мешает построить храм в Строгино?

На весь московский район Строгино приходится только один открытый православный храм. По плану в этом районе должно появиться еще две церкви, но пока на улице Исаковского не удалось приступить к строительству храма.

О том, с чем приходится сталкиваться защитникам московских храмов, "Территории Церкви" рассказывает благочинный Успенского округа Москвы протоиерей Стефан Пристая

– Все документы на согласование строительства получить непросто. А тут случился дефолт, все приостановилось. Закладка храма, освященная по благословению Святейшего Патриарха Алексия II архиепископом Арсением, отодвинулась. Председателем приходского совета был диакон Григорий Кириков, но он затянул процесс. А потом ему стало сложно этим заниматься: у него заболела дочка. Когда стало ясно, что у него все тяжело, пришлось доложить Святейшему Патриарху. Настоятелем был назначен я, благочинный от Успенского округа. Некоторые документы пришлось собирать заново: срок годности вышел. Между тем пока суть да дело, появились другие желающие что-нибудь воздвигнуть на этом месте. Например, у сектантов-баптистов возникла идея построить благотворительный центр, им отказывали. Еще братья мусульмане хотели построить мечеть, им тоже было отказано.

– В старом Строгино на этом месте было кладбище. Его снесли в 30-е годы, и на его место свозили песок, который брали из Строгинской поймы, где теперь купаются. Потом загружали песок на баржи и отправляли на строительство Канала имени Москвы, соединившего пять морей. Вывозили, а что осталось – стало небольшой горкой, где ничего нет кроме двух березок, которые выросли каким-то образом. В парке регулярно прогуливаются сектанты, "Свидетели Иеговы", заводят разговоры с прохожими. Словом, устраивается здесь зона свободной охоты. И когда мы вновь начали собирать документы на строительство храма, они всполошились. В самом деле, если мы, православные, туда придем, что им тогда делать? Придется искать аудиторию в другом месте. Люди просто скажут: "А вот церковь. Куда вы нас зовете?" Поэтому они решили шуметь и скандалить.

– У так называемой "строгинской общественности", которая в Строгино никогда не жила и довольно малочисленна, есть свои лидеры. Например, Наталия Судец. Эта экстравагантная дама представляется экологом и, непонятно, кому служит, помогает "Свидетелям Иеговы". Насчет ее сектантства не сомневаюсь. Но экологией она реально не занимается. Однажды написала в интернете письмо о том, что над Москворецким парком якобы летают очень редкие красные мухи и бегают диковинные животные, которые питаются этими мухами. Однако красные мухи летают только в Африке и в тропиках. А у нас в России – летают синие, зеленые и коричневые. А красные, наверное, ей приснились. В этом парке не видно не то, что красных мух, не видно и белочек.

– К сожалению, сектантов и псевдоэкологов поддерживает довольно известная партия "Яблоко" в лице депутата Сергея Митрохина, убежденного антиклерикала. Когда-то все они бегали и на Строгинский бульвар – мешать строить храм новомученников и исповедников Российских. Но там настоятелю люди оказали расторопную помощь. Сделали все как надо – и вот теперь уже роют котлован. У нас, увы, пока все довольно запутанно.

– Обманом. Когда приезжали Дмитрий Медведев с Сергеем Собяниным в Строгино, Судец и ее соратникам удалось подобраться к ним близко и выскочить с плакатами. На плакатах было написано, что они, мол, ратуют за природу, а отец Стефан вырубает деревья, которых там вовсе нет. Собянин с Медведевым не знали предыстории и, конечно, поверили. Собянин храм отменил.

Их было всего 30 человек, но получилось эффектно: они выскочили прямо на первых лиц. Нас, верующих, больше 5 тысяч, но мы не кричим, спокойно ведем дискуссию, надеемся на разум и справедливость, поэтому нас просто игнорируют. Но даже если так, я не хочу входить ни с кем в конфронтацию, мы должны жить в мире.

– Да, это верно, но эту информацию нигде не публикуют, власти обо всем умалчивают. Если будет нужно, мы соберем и 10 тысяч подписей, и больше. Всех православных подымем. Но мы не будем с плакатами ни на кого кидаться. Для нас очевидно: есть люди пожилые, больные, для них дойти до храма, причаститься Святых Христовых Тайн – это свет в мире. Им надо услужить. И если решат наконец создавать храмы шаговой доступности, их надо активно возводить.

– Власти в такой ситуации вообще ничего не хотят. Но если земля выделена из общей кассы, рано или поздно на ней что-нибудь да будет построено. А пока там стоит освященный крест, к которому мы ходим на молебен. Правда, нам и это пытаются запретить.

– Они пытаются доказать, что члены нашей общины, ходившие к кресту на молебен, нанесли урон природе на сумму 49 млн. 970 тысяч рублей. Судец так говорит. А там ничего никогда не росло, только трава на песке.

– Да. Но место под храм на улице Исаковского уже десять лет как освящено. Это уже святое место для любого православного человека. Поэтому постоянные попытки убрать закладной камень и крест или митинговать на этом месте кощунственны.

– Место для строительства храма выбрано не случайно. Раньше там располагалось старое кладбище, могилы наших отцов, строгинчан, которые заслужили мир и спокойствие. К тому же тут когда-то стоял другой храм, Параскевы Пятницы, но потом был сожжен. Так что речь идет вообще-то о восстановлении исторического облика этого места. У нас есть карта и старинные документы, которые могут служить доказательством. Но уж очень это не нравится нашим недоброжелателям.

– Да, приходили ко мне в храм. Написали на меня заявление. Там почему-то упоминается Манежная площадь. Судец убеждена в том, что я один из организаторов события на Манежной площади.

– Потому что ко мне приходит слишком много людей на молебен. Тем более, когда у них был митинг, то на молебен пришло около тысячи людей. Мало того, начальник милиции Москвы прислал ко мне специального человека – сделать дознание: правда ли, что я занимаюсь политической деятельностью.

– Вы же знаете практику нашего законоприменения. К тому же я не хочу идти на эскалацию конфликта. Мы просто собрали документы и отдали в нужные инстанции. Ответа нет – тишина.

– Лукавый боится креста, боится духовности, благодати, которая возникает в храме. Поэтому ему нужны интриги. Когда апостолы ходили со Христом, их никто не гнал. Но когда узнали Бога и получили благодать, о них закричали: смотрите, они напились молодого вина. Господь с нами, и он не даст запретить нам приходить к Нему. Надо молиться об этом. Бог даст, все образуется. Храму – быть!