Сегодня судьба православия в России становится все более горячей темой. Уже очевидно, что надежды на тихое и обособленное существование Церкви не оправдались. Православных верующих все больше и больше втягивают в политику. Примем ли мы этот вызов? Сергей Миронов, лидер партии "Справедливая Россия", сегодня отвечает на вопросы Православного правозащитного центра "Территория Церкви". Он уверен, что социальная справедливость и православие – вещи нераздельные.
– Сергей Михайлович, Шуваловский погост в Петербурге под угрозой осквернения: коттеджи ставят чуть ли не на могилы. Храм в честь Державной иконы Божией Матери при детском доме "Гелиос" в том же Петербурге опечатан. Крестный ход в честь "Программы-200" в СВАО города Москвы запрещен. Что происходит? Почему власть не вмешивается?
– Чиновники на местах сейчас вообще мешают всем, кто требует к себе внимания – студентам, малоимущим, многодетным, в том числе и верующим с активной гражданской позицией, которые отстаивают интересы своих приходов. Чем дальше от советской эпохи, тем очевиднее, что мы живем все-таки в православном обществе. И есть все основания считать, что гражданский консенсус возникнет на основе православных ценностей. То есть снизу, добровольно. Этот процесс невозможно контролировать, вот власть и нервничает. За ситуацией с петербургскими кладбищами и храмами я, кстати, слежу особенно внимательно.
– Потому что вы "питерский"?
– Словцо "питерский" из блатного жаргона перекочевало в политический. Это не ко мне. Я принадлежу двум эпохам, поэтому я – и петербуржец, и ленинградец. Мне не все равно, что происходит в моем городе. И когда вставал вопрос о безумных инициативах вроде постройки башни-небоскреба "Газпрома", я считал своим долгом вмешаться. Хотя проблемы остальной России волнуют меня не меньше. Например, защита Химкинского леса и вообще состояние лесов.
– Проблема башни "Газпрома" – дело громкое и, скажем так, политически выигрышное... А вот ваша борьба с абортарием в домовом Крестовоздвиженском храме на Фонтанке – куда менее резонансная история. Это просто вопрос убеждений?
– Можно сказать и так. А точнее, это вопрос моей веры. Я православный христианин. Вера, на мой взгляд, куда более обязывающая вещь, чем просто убеждения. Убеждения могут меняться с возрастом, а перемена веры – редчайшее исключение. Человек выбирает сердцем, когда верит, а не когда попадает под обаяние харизмы того или иного политика. Прельщение до добра не доводит. В общем-то, это верно и для светского человека. Есть вера, любовь, надежда, а есть – увлечение, обольщение, обаяние политической и прочей "крутизны". Это понимает любой думающий гражданин, а таковым я хотел бы видеть не только моего избирателя, но любого жителя страны.
– Есть надежда довести дело с абортарием до конца и передать храм церкви?
– Думаю, да. Хотя бы потому, что абортарий в здании, которое построил великий Пирогов для сестёр милосердия эпохи Крымской войны – это позор, как для города, так и для всего государства. Он бьет по престижу страны больше, чем пресловутые "мигалки", поскольку касается самого святого в людях. Нигде в мире подобные заведения не располагаются бок о бок с Престолом Божиим, в зданиях, где есть или были храмы. Возвращение Русской Православной Церкви домового Крестовоздвиженского храма станет делом чести для Законодательного собрания Санкт-Петербурга, которое будет избрано горожанами 4 декабря.
– В Первопрестольной свои проблемы. Сейчас в Москве стараются реализовать программу "200 московских храмов". Но некоторых это не устраивает. Судя по публикациям в Интернете, против новых церквей объединились сектанты, либералы и коммунисты-ортодоксы. Что вы думаете об этом?
– Если это так, как вы говорите, то остается лишь пожалеть этих людей. Они остались заложниками вчерашнего дня, заложниками эпохи принудительного атеизма. Люди с полярными убеждениями готовы объединиться на антицерковной платформе. Странно, не так ли?
– О чем это говорит?
– Как минимум, о трех вещах. Во-первых, о беспринципности противников православия, которые готовы на союз с кем угодно и не имеют твердых убеждений. Во-вторых, о растущем влиянии самой Церкви. И наконец, о том, какие идеи вечные, а какие – всего лишь дань сиюминутной политической тактике.
– Принято считать, что Церковь должна стоять вне политики. Но если политики нападают на нее – что же остается?
– Тут необходимо разделить две вещи.
Для меня очевидно, что Патриархия, обладающая серьезным авторитетом в народе и административным ресурсом, просто не вправе вмешиваться в политическую конкуренцию и агитировать за ту или иную партию. Эту позицию очень твёрдо и не раз заявлял Патриарх Кирилл. Выборы и так год от года проходят с фальсификациями. Партия парламентского большинства использует массу нечестных методов воздействия на электорат. Тут и перекрывание эфира конкурентам и разного рода "формирующая социология". Но не надо ей уподобляться. Если церковные круги потянут одеяло на "своих", лучше не будет. Все равно это манипуляция.
Другое дело – миряне, простые верующие, приходские священники. Они не просто могут, они обязаны быть политически активными. Должны идти на выборы и голосовать за ту партию, которой они доверяют. А будущее положение Русской Православной Церкви в России во многом будет зависеть от политической ситуации ближайших лет. Следовательно, на нас, членах Церкви, лежит особенная ответственность, мы не имеем права отсиживаться внутри церковной ограды. Мы должны идти и голосовать.
Как говорится – если вы не занимаетесь политикой, то политика рано или поздно займется вами.
– И уже занимается?
– Конечно. Не случайно некоторые местные власти противятся строительству храмов. Не случайно некоторые партии перед выборами начали использовать антицерковные лозунги. Это явная дискриминация православных верующих. И один из серьезных промахов власти, которая допускает подобные вещи. Ведь, скажем, от радикального национализма президент Медведев официально предостерег политиков. Но православное большинство в РФ тем более имеет право на гражданскую защиту. На это давно стоило обратить внимание. Проблемы бы это не составило – вопрос желания и политической воли.
– Решили не обращать?
– Да. Собственно тот же Михаил Прохоров и его партия, упражнявшиеся прошедшим летом в антиправославных эскападах, полностью были слеплены руками политтехнологов... Одно очевидно. Православные сегодня являются не только конфессиональной, но и социальной группой. Кое-кому это не нравится, потому что понимают, что социальная справедливость и православие – вещи нераздельные.
– Расхожий образ православного человека, особенно воцерковленного, предполагает смирение, почитание властей и обитание именно внутри церковной ограды. Разве нет?
– По-моему, это стереотип. У нас государство светское, и борьбы за свои права никто не отменял. Вообще-то христиане столкнулись с политикой сразу после своего появления в мире. Христос и его ученики вызвали в языческой Римской империи большой переполох!
Мой небесный покровитель Сергий Радонежский, был великим подвижником и при этом имел немалый авторитет на политической сцене. И когда надо было, решительно противостоял князьям. Но – по делу, только в государственных интересах.
– Все знают, что Миронов выступает за традиционные ценности, традиционные религии, против ювенальной юстиции, против ЕГЭ и разрушения образования и традиционной культуры. При этом многие до сих пор не могут разобраться: "эсеры" – это все-таки левая партия, примыкающая к коммунистам, или партия традиционная, консервативная?
– Время коммунизма прошло. Коммунисты много рассуждали об обществе социальной справедливости. Но мы ведь с вами жили во времена цековских пайков и спецраспределителей. Какая уж там справедливость? Что говорить, у этих людей тяжелое историческое наследие, от которого им надо срочно избавляться. И нынешние функционеры "партии власти" – их прямые наследники.
Сегодня очень важно расцепить в массовом сознании благую идею социальной справедливости и замшелые коммунистические догмы, всю эту шелуху. Власть пользуется всеобщей зашоренностью и разводит людей по разным углам игрового поля. Если ты за социальное государство – тебе к коммунистам. А не нравится ГУЛАГ – тогда голосуй за ущемление трудовых прав, плоскую налоговую шкалу, привилегии олигархов. Это называется методом ложных альтернатив. С его помощью удобно морочить людям голову. Наша задача – сломать эту машину. Открыть глаза на то, что "коммунизм, либерализм" – лозунги вчерашнего дня. Набор фетишей, из которых на самом деле "оба хуже". Мы социал-демократы. И в то же время мы защищаем традиционные ценности – здоровую семью, справедливость, религию наших предков, плоды великой Победы и ветеранов. Все, что еще осталось здорового в нашем обществе.
Беседовал Василий Полковников, Центр "Территория Церкви"
