Реституция добралась до Благовещенской. Следующий Исаакий?

Передача недвижимого имущества православной церкви начинается в нашем городе полным ходом. РПЦ уже пообещали передать Благовещенскую церковь-усыпальницу, входящую в состав комплекса Александро-Невской лавры, на очереди Сампсониевский собор и церковь Воскресения Словущего на Волковском кладбище. Судьба Исаакиевского собора пока неизвестна, но слова представителей властей (пусть и с оговоркой – "это приватное мнение") о том, что уместно было бы тоже передать его епархии, уже прозвучали. Куда переведут музеи и музейные коллекции, занимающие сейчас церковные помещения, пока неясно.

О том, что Благовещенская церковь-усыпальница будет передана Санкт-Петербургской епархии, стало 30-го ноября известно на заседании Совета по культурному наследию. "Было бы правильным вернуть ее в состав Александро-Невской лавры, – пояснил новый глава КГИОП Александр Макаров. – Тем более, что наступает двухсотлетие начала войны 1812 года, а в этом храме покоятся останки Милорадовича и многих других героев Отечественной войны". "Кроме того, там находятся и останки великого Александра Суворова, в музЭе, – произнес он, налегая на "э" в слове музей. – Наверное, это не совсем хорошо".

Позднее выяснилось, что не совсем все хорошо и в Исаакиевском соборе. "Я считаю, что этот храм должен находиться под омофором (архиерейское одеяние. – Прим. редакции) Церкви, – высказал Макаров свою точку зрения журналистам. – Это было бы вполне правильно. Тем более, что там сейчас находится довольно много ларьков, торгующих сувенирами и какой-то непонятной атрибутикой, и общая обстановка не такая, какой она должна быть в храме". "Но это – мое приватное мнение", – подчеркнул он.

В комитете по управлению городским имуществом (КУГИ) "Фонтанке" пояснили, что сейчас в комитете есть три обращения от Санкт-Петербургской епархии. Город просят передать в безвозмездное использование РПЦ Сампсониевский собор, церковь Воскресения Словущего на Волковском кладбище и Благовещенскую церковь-усыпальницу в Александро-Невской лавре.

Отметим, что все эти просьбы весьма вероятно будут удовлетворены, что, наверное, не удивительно, учитывая новое, серьезно погруженное в православие, руководство города – начиная с губернатора Георгия Полтавченко и заканчивая другими членами его команды, такими, как глава КГИОП Александр Макаров (передачу Благовещенской он уже одобрил).

При этом Сампсониевский собор и Благовещенская усыпальница относятся к так называемым зданиям двойного использования. Собор входит в комплекс государственного музея "Исаакиевский собор", а в усыпальнице размещаются экспозиции музея городской скульптуры. Какова будет судьба светских учреждений после того, как их помещения перейдут в собственность РПЦ, сказать пока трудно.

Позиция директора музея "Исаакиевский собор" Николая Бурова известна давно. Первый раз он высказал свою точку зрения еще в 2008 году, когда впервые стало известно о планах по реституции церковной недвижимости. Он отметил, что крупные храмы, такие, как Исаакиевский собор, Спас на Крови и ряд других, и до революции содержались на казенный счет. Деньги перечислялись либо царской фамилией, либо министерствами. "Как музей мы можем зарабатывать больше, чем самый сильный приход", – констатировал глава "Исаакиевского собора" и заявил, что вопрос о передаче здания Церкви может быть решен только после того, как соборы будут приведены в полный порядок. "А это произойдет не ранее 2030 года", – предположил он.

На заявление Александра Макарова Буров отреагировал более резко. "Это очень неуклюжее и недопустимое заявление руководителя, сделанное в канун выборов. Господин Макаров залез в сферу, которая не является предметом ведения КГИОП", – заявил он журналистам во время торжественного открытия выставки "Петербург глазами ангелов". "Частное мнение – это одно, но мнение члена правительства – пусть не в буквальном смысле, а в широком – оно в таком виде выглядит провокационным", – добавил директор музея и отметил, что руководство Исаакиевского собора ведет многолетнее сотрудничество с РПЦ и Санкт-Петербургской епархией, выстраивает отношения с духовенством путем диалога, компромиссов и взаимных соглашений. "У нас есть хрупкие отношения с РПЦ, они развиваются и имеют свою особую стратегию. Мы создавали это равновесие двадцать лет не для того, чтобы случайные выпады нового в городе человека это разрушили", – подчеркнул он.

Проблемы, которые могут возникнуть при передаче Церкви Сампсониевского собора, ни глава КГИОП, ни Буров не прокомментировали.

Отказались от комментариев и в Музее городской скульптуры. Зато директор этого учреждения Владимир Тимофеев с удовольствием рассказал историю воссоздания Благовещенской церкви, не менее уникальную, чем сама усыпальница. "Ее начали реставрировать еще в конце восьмидесятых годов. Тогда Совет министров еще Советского, подчеркиваю, Союза, учитывая значимость этого здания, принял решение выделить на его восстановление значительную сумму, причем в инвалютных рублях. Такое решение было принято только для трех объектов, – с гордостью вспомнил он, – Большого Каскада в Петергофе, Сампсониевского собора и Благовещенской усыпальницы". Был заключен контракт с польской компанией, и работы начались.

Но дальше, как поясняет Тимофеев, в стране произошла перестройка, польская компания ушла, расторгнув контракт, а здание так и осталось стоять в лесах, поскольку денег на реставрационные работы в стране не было. В полуразрушенном состоянии Благовещенская усыпальница "дожила" до 1997 года. Затем специалистам музея городской скульптуры удалось найти спонсора – около 125 тысяч долларов на восстановление памятника выделил Борис Йордан, возглавлявший в то время банк "Ренессанс-Капитал". Стоит отметить, что дефолт 1998 года планов спонсора не изменил, и работы начались.

Позднее, как рассказывает Тимофеев, присоединилось к финансированию реставрации и государство, а также отдельные спонсоры, оплатившие восстановление скульптурных групп – были среди них и частные лица, например, известный в те годы ресторатор Валентин Ковалевский, и государственные компании, такие, как Росвооружение. В итоге в 1999 году первый этаж усыпальницы торжественно открыли для посещения – на церемонии открытия присутствовали Владимир Яковлев, тогда губернатор Петербурга, бывший министр культуры Наталья Дементьева, представитель дома Романовых в России и Борис Йордан как спонсор работ. Затем, уже на городские средства, была восстановлена и верхняя часть усыпальницы. "Дальше город опять помог – отреставрировали верхнюю часть. Мы ее, без ложной скромности, спасли от разрушения", – пояснил Тимофеев и добавил, что именно сотрудники Музея городской скульптуры первыми среди музейщиков получили в 2002 году премию правительства Петербурга – за реставрацию и сделанную экспозицию.

"Это – уникальный памятник, – подчеркивает Тимофеев. – В нем покоятся останки ста двадцати двух выдающихся деятелей отечественной истории. А кроме того, здесь размещается замечательное собрание мемориальной скульптуры – есть работы Мартоса, итальянских мастеров, английских. Уникальное собрание, которым может гордиться не только город, но и страна!". Правда, в музее слегка недоумевают, как Церковь будет уживаться с находящимися в здании памятниками. "Они не очень вписываются в церковные каноны, поскольку многие скульптуры обнажены", – замечают специалисты.

Впрочем, судьба мемориальных скульптур, а равно и Музея городской скульптуры, на заседании Совета по сохранению культурного наследия не обсуждалась. Зато посетивший совещание наместник Александро-Невской лавры, епископ Выборгский Назарий сообщил, что дорога, проходящая по территории Александро-Невской лавры от надвратной церкви к Благовещенскому мосту, находится в ужасающем состоянии. "Если по ней не проезжать на автомобиле, а пройти пешком, то очень легко сломать ногу", – заявил он, уточнив, что находится дорога в собственности города, и было бы очень неплохо, если бы администрация привела свое имущество в порядок. Заодно напомнил он и о предстоящем в 2013 году торжественном праздновании 300-летия Александро-Невской лавры, и отметил, что денег, выделенных КГИОП на реставрацию комплекса, явно недостаточно. Но обещаний выделить дополнительные средства не прозвучало.

Как уже писала "Фонтанка", поправки к закону о реституции, в соответствии с которыми религиозные организации могут бесплатно получать в собственность часовни, молитвенные комнаты и другие помещения, предназначенные для различных религиозных обрядов, были подписаны 12 мая 2008 года. На тот момент объектов, которые могли быть переданы верующим, насчитывалось около 115, причем тринадцать из них (например, Исаакиевский и Сампсониевский соборы, Благовещенская усыпальница. Смольный собор, храм Спаса на Крови, Петропавловский собор в Петропавловской крепости) занимают госучреждения.

Однако, как поясняют в КУГИ, все просьбы РПЦ о возвращении имущества неукоснительно выполняются. Самым первым, еще в 2008 году, в собственность Церкви перешел Иоановский ставропигиальный женский монастырь (наб. реки Карповки, 45/36). Именно с передачи этого объекта закон о реституции начал, по словам чиновников, действовать в городе в полной мере.

Справка:

По данным КУГИ, начиная с 2008 года в безвозмездное использование РПЦ передано 130 храмов, общей площадью около 160 тысяч квадратных метров, и 90 объектов религиозного назначения, общей площадью около 56 тысяч квадратных метров. Все объекты недвижимости переданы для культурно-просветительской и административно-хозяйственной деятельности. Кроме того, правительство Санкт-Петербурга поддержало создание негосударственных образовательных учреждений – православной частной школы и православной гимназии.