Каждодневное чудо, или зачем Святой Земле Поместная Церковь

11 января 2012 года в рунете появились две публикации, касающиеся одной темы, но совершенно противоположные по смысловому звучанию. В фокусе внимания оказалась Иерусалимская Православная Церковь.

В первой публикации приведено интервью Иерусалимского Патриарха Феофила, который озабочен ситуацией в арабских странах, в результате чего христиане встают на путь исхода. Основной мыслью Блаженнейшего Патриарха были слова: "На протяжении 2000 лет христиане, жившие здесь, испытывали куда более трудные мгновения, чем те, что есть сегодня. И они не отступили. И мы не имеем права оставить святые места, какими бы ни были драматическими условия жизни. Мы выполним это, даже если придется страдать".

Вторая публикация, написанная диаконом Александром Занемонцем, называется "Есть ли на Святой Земле поместная Церковь?" Я знаком с автором лично, еще в 2006 году он ко мне обращался с просьбой как председателю Иерусалимского отделения Императорского Православного Палестинского Общества, чтобы ИППО спонсировало издание его брошюры с разоблачением Благодатного Огня.

И вот новое кощунство. Теперь диакону, не признающему Святой Огонь, стал не нужен Патриарх, его принимающий. Впрочем, диакон Занемонец готов оказать Его Блаженству почетную милость – поминать его на литургии. Но не более того.

Церковь в Иерусалиме основана в день Пятидесятницы, в момент схождения Святого Духа на апостолов (Деян.2:1-41), Матерью Церквей ее называют потому, что из Иерусалима Евангелие распространилось по всему миру, а первым епископом Иерусалимской Православной Церкви был апостол Иаков, брат Господень. Церковная власть Иерусалимского Патриарха на Святой Земле была установлена в 451 году IV Вселенским (Халкидонским) собором для сохранения христианских святынь. С тех пор Иерусалимская патриархия (сегодня Греко-Православная) оставалась официальным церковным органом на протяжении всех последующих эпох и признавалась всеми захватчиками Святой Земли – арабами, мамелюками, оттоманцами и англичанами, – в качестве хранительницы и опекуна христианских Святых мест паломничества.

Статья диакона Занемонца призывает перестать подчиняться Иерусалимскому Патриарху и признавать управление Иерусалимской Православной Церкви на Святой Земле, уполномоченной на это Вселенским собором полторы тысячи лет назад.

Чем же конкретно не угодили диакону Занемонцу Патриарх Феофил и Иерусалимская Православная Церковь?

Вот тут-то и начинается какое-то невнятное бормотание. Большинство паствы – арабы, а их не пускают на руководящие посты в Патриархат и в Святогробское братство..., не разрешают строить другим Поместным Церквам свои храмы и монастыри..., наместник монастыря в Кане грубо обращается с негреческими паломниками...

Перечень претензий для человека, изучавшего византологию, какой-то чересчур примитивный, что сразу наводит на определенные размышления. Постараюсь вкратце дать свои комментарии.

Думаю, что этнический состав и кадровые вопросы являются внутренним делом Поместной Церкви. Все же следует отметить, что вскоре после своего избрания Патриарх Феофил назначил на ключевые должности в греческой Иерусалимской Церкви палестинца и израильского араба. Палестинский священник Галактион из Бейт Джалы стал членом Синода, а араб Аталла Ханна стал архиепископом Феодосием Севастийским. До этого в иерусалимской иерархии был один палестинский араб – епископ Сильвестр, викарный епископ в Иордании, сейчас архиепископ Кириакупольский Сильвестр (Тзамбра). Вряд ли отцу Александру этот факт с 2005 года остается неизвестным, думаю, он его сознательно замалчивает, чтобы его голословные утверждения выглядели более убедительными.

В 2008 году Патриарх Феофил на встрече с российскими журналистами сказал: "сейчас в Братстве есть много братьев, у нас есть епископы, у нас есть священники, архимандриты, другие монахи, как отсюда, так и из Иордании – местные. Они члены братства, члены Синода и процесс идет хорошо. И у нас есть приходские священники, которые были в Греции, получили там богословское образование и подготовку".

Почему Святогробское братство состоит до сих пор из греков коротко и ясно объясняет "Православная энциклопедия", где ответ на этот вопрос дает профессор Московской Духовной Академии протоиерей Владислав Цыпин: "...Святогробского братства, состоящего почти исключительно из греков, что позволяет удерживать греч. язык в качестве богослужебного и делового языка Патриархата, несмотря на то что значительное большинство паствы составляют арабоязычные палестинцы". Это очень важный аспект.

Исторически сложилось так, что Иерусалимский Патриархат сохраняет язык, который утратила его паства. Арабоязычная паства не является арабами по крови, это потомки местных народов, принявших христианство во времена Римской империи, в период последующей эллинизации региона они много веков говорили по-гречески, потом при арабском владычестве освоили арабский язык. И это вполне понятно, окружающие реалии заставляют социум приспосабливаться к изменяющимся внешним условиям, Церковь же хранит изначально сложившиеся традиции, чтобы сохранять свою идентичность и служить своему назначению – сохранять святые места. В то же время достаточно зайти на сайт Иерусалимской Патриархии, почитать интервью с ее клириками и официальные сведения на русском языке, чтобы узнать, что при восьми патриарших школах действуют детские сады, гимназии и лицеи, есть школы смешанного обучения в Назарете, Ремлисе, Петзалле, Тайбе, Салти, Фхесе, Алале, Анзаре, Азлуне, Хирбет Елуаханде, Фаре, Ирпете, Хусуне, Сарихе, Зарке, Рабе, Караке, Мадиве. Архимандрит Феофилакт (Георгиадис) утверждает, что в одних только деревнях насчитывается 22 начальных школы.

Таким образом, преобладание греческой традиции в Иерусалимской Православной Церкви – не просто капризная дань истории, а настоятельная необходимость сохранения преемственности. Иначе Церковь постигнет судьба ее местной паствы, особенно молодежной ее части, которая в изменяющемся современном мире, не только уже говорит по-арабски и на иврите, но и интересуется достижениями хайтека больше, чем церковным преданием.

Автор упрекает Иерусалимский патриархат в том, что он не работает с русскоязычным миллионным населением Израиля, что также не соответствует действительности. Во-первых, из миллионного населения большинство ходит в синагогу. По данным официальной статистики в 2010 году среди христиан Израиля на долю иммигрантов из СССР приходится всего 28 тысяч человек, сколько из них православных, точно не знает никто. Сам Патриарх Феофил на упомянутой встрече с российскими журналистами подробно осветил этот вопрос. Среди паствы есть группы русскоязычных, которые постоянно ходят в храм, их хорошо знают священники, их нужды известны Патриархату. Но многие иммигранты называют себя православными, потому что говорят по-русски, но не могут сказать, к какой Церкви принадлежат, каковы основы веры, не имеют документа о своем крещении. Эта проблема хорошо известна в нынешней России, где от 70 до 90% относят себя к православным, но регулярно ходят в храм и причащаются не более 2%. Необходимо учитывать, что в Израиле и Палестине, которые входят в юрисдикцию Иерусалимской Православной Церкви, в смешанных семьях существуют реальные проблемы с посещением богослужений, многие не афишируют свое вероисповедания, опасаясь проблем на работе, во взаимоотношениях с соседями, каких-то осложнений для своих родных. Трудно получить разрешение муниципалитетов на строительство новых храмов. Одним словом, есть множество объективных трудностей, где нельзя рубить сплеча и сгоряча. Но работа идет, причем со всеми государственными и городскими структурами в совершенно нормальном режиме, с учетом интересов других национальностей и религий. В 2008 году при Иерусалимском Патриархате создан специальный комитет для работы с русскоязычной паствой, который координируют работу 8-10 русскоязычных священников, разбросанных по разным местам, как из числа иммигрантов, так и местных. Есть опыт проведения богослужений на нескольких языках, в том числе и на церковнославянском, есть опыт проведения полностью "русских" литургий. Например, священник отец Роман (Радуан) хорошо знает русский язык и активно занимается русскоязычной паствой. Он создал общественную организацию "София", члены которой общими усилиями помогают пастве в тех частях страны, где нет своих православных храмов. Восстанавливаются разрушенные храмы, издаются материалы для катехизации. Есть и другие инициативы.

Отдельно необходимо отметить замечательное отношение к паломникам из разных стран, которых с неизменной любовью встречают многочисленные греческие монастыри Святой Земли. Упомянутый автором случай неадекватного отношения к негреческим паломникам в Кане Галилейской является абсолютно единичным. Делать выводы о несостоятельности Иерусалимского Патриарха на том основании, что он не снимает настоятеля нельзя. Патриархия озабочена этим, но не располагает достаточными побудительными причинами для такого шага, священник заботится о своей пастве, ведет активное строительство, занимается благоустройством, при этом, ни одной официальной жалобы на настоятеля в греческую патриархию представлено не было.

Обвиняя Иерусалимскую Церковь в грекофилетизме, автор скатывается в этнофилетизм, который был осужден как ересь на Поместном Константинопольском Соборе 1872 года. Указывая, что на Святой Земле возникают присутствия других Поместных Церквей, диакон предлагает Святогробское братство считать всего лишь одним из них, призывает нарушить церковное право в части территориальных прав Поместных Церквей и упразднить власть Иерусалимского Патриарха, оставив лишь его поминовение на литургии. По мнению автора, на Святой Земле должны возникнуть независимые этнические приходы, никто не должен спрашивать разрешения Поместной Церкви на строительство новых храмов и монастырей... Такая анархия и полный хаос подается диаконом в обертке под названием соборность и полнота канонического православия. Хочется напомнить, что именно для того, чтобы подобного "церковного вавилона" не возникло у святых мест вселенского православия, и была установлена власть Поместной Церкви на Святой Земле. Присутствия других Поместных Церквей здесь создаются для окормления паломников. Строительство новых храмов и монастырей должно исходить из объективной необходимости и решаться в каноническом порядке. Опыт России, построившей в 19 веке на Святой Земле свои храмы и монастыри, показывает, что такое вполне реально. Отметим в скобках, тогда это было вызвано притоком тысяч русских паломников, впрочем, исчезнувшим после Первой мировой войны. Невозможно представить, чтобы на одном святом месте устроили коммуналку из разных храмов по национальному признаку. Иерусалимский Патриарх и призван следить, чтобы такого не случилось.

С этим греки на протяжении многих веков прекрасно справляются. Вот как отозвался о Святогробском братстве в своем путеводителе по Святой Земле епископ Мефодий (Кульман), хотя диакон Занемонец, хорошо знакомый с этой работой епископа, предпочитает не замечать подобные свидетельства и предаваться собственным ложным фантазиям: "Велика перед Православием заслуга этой Общины, в течение многих веков боровшейся за Святые Места, с чрезвычайной энергией отстаивавшей их сначала от нападений диких варваров, а позднее от враждебных Православию элементов. Уместно упомянуть, что в века восстания на Церковь ересей, которым подпадали даже и христианнейшие императоры, иерусалимские патриархи не запятнали себя ни тенью соблазна, ни одной из ересей, предпочитая низложение или изгнание измене Православию. Но эти патриархи не совершили бы колоссального подвига защиты Православия на Св. Земле, если бы не имели мощного и энергичного сотрудника в лице Святогробского Братства"

Империи и династии, государства и правительства, другие религии и идеи приходят и уходят, возникают и исчезают, но Иерусалимская Православная Церковь вместе со своим Святогробским братством полторы тысячи лет неизменно стоит на страже Гроба Господня и других святых мест. Чему способствуют и ее имущественное наследие, и умение вести общественно-политический диалог, и способность взвешенной оценки сиюминутных потребностей и их последствий для отдаленного будущего. Поэтому то, что на взгляд человека неискушенного, спешащего здесь и сейчас что-то изменить в угоду современным идеям или личным прихотям, выглядит как "музей греческого присутствия", в реальности является гарантом стабильности на многие будущие века для сотен новых поколений.

Об этом прекрасно сказал сам Патриарх Феофил на упомянутой мною встрече: "В нашем православном сознании и понимании мощь Православной Церкви и Православных Церквей не в их численности или мышцах, или физической силе, а в Святом Духе, в нашем единстве. Единство наших Церквей – это наша сила и наша мощь, и через это единство мы действительно можем разрешить всякого рода семейные проблемы. Я лично твердо верю в единство Церкви, я предан этому и работаю в этом направлении...

Люди, особенно светские люди, никак не связанные с религией или христианством, не могут понять, что эта Церковь – Тело Христово, и это не мы храним и оберегаем церковь, но это Сам Бог. И это то, что было доказано 2000-летней историей. Империи приходили сюда, державы приходили сюда, правители, лидеры, династии. Хорошие, плохие. Но в конечном итоге все они приходили и уходили, а Церковь все еще здесь! Мы считаем себя здесь хозяевами, а не гостями этой самой земли, потому что у Патриархата есть это непрерывное историческое присутствие и преемственность здесь. И это каждодневное чудо. Само наше присутствие здесь – это чудо, происходящее каждый день!

Мы всего лишь маленькая группа, маленькая община, у нас нет оружия, никаких армий, нет финансовых сил или рычагов или чего-то еще. Это сам Бог! Он наша мощь, Он наша сила, Он само наше бытие здесь. Многие силы, видимые или невидимые, будут ждать, пока этот институт развалится, но неожиданно он воскресает из пепла. Церковь – и в поместном и во вселенском смысле – это иная реальность, и эта реальность – само воплощение (incarnation) Господа нашего Иисуса Христа".

Диакон, принимающий участие в богослужениях в храмах Иерусалима, гид-нелегал, водящий паломников по Святой Земле, "эксперт", выступающий на российских площадках с рассказом о современных реалиях Святой Земли, ученый-византолог, преподающий в одном из израильских университетов, популяризатор наследия деятелей Церкви, пишущий о них книги...

А в действительности – всего лишь зашоренный человек, не заметивший каждодневного чуда на Святой Земле.

Одно настораживает. Диакон Занемонец не держит своих взглядов и заблуждений при себе. Он их несет в массы.

Возникает недоумение, почему автор, позиционируя себя диаконом, не указывает свою принадлежность к Константинопольскому Патриархату? Почему он часто упоминает о якобы нуждах Русской Православной Церкви, упорно не замечая того, что ее священноначалие вполне способно само об этом позаботиться, не прибегая к неповиновению Матери Церквей? Может быть, он хочет, чтобы его приняли за выразителя мнения Русской Православной Церкви? Или хочет посеять рознь между Церквами? Почему обращается к российскому читателю, а не пишет письмо непосредственно Иерусалимскому Патриарху, если хочет искоренить безобразия? Зачем хочет негативно настроить российскую паству, которая после прочтения этого пасквиля должна либо с грустью подумать, что даже на родине Христа все очень плохо, либо начать прямо проклинать Иерусалимскую Церковь, если не на Болотной площади, то хотя бы в Интернете? Подобную хулу в адрес всех и вся мы уже увидим в обсуждении темы на незалежном украинском ресурсе, перепечатавшем эту статью.

Скрыты мотивы автора, я не берусь их обсуждать, ясно одно, они не чисты и не искренни. Это дешевая провокация. Поддаваться ли на нее, каждый пусть решит для себя сам.

Иерусалимский Патриарх как Предстоятель Поместной Церкви за всех христиан готов к жертвенному служению за Гроб Господень. А вот готов ли к жертве за Христа диакон Занемонец, который не видит на Святой Земле ни чуда Благодатного Огня, ни чуда Поместной Церкви. Что же тогда слепец может показать паломникам, водя их по стопам Христа и его подвижников, взамен оживляющей душу веры? Поможет ли людям открыть в себе подобие Божие такой духовный наставник, если они придут к нему за утешением?