Ко дню всех влюбленных мы продолжаем попытки разобраться, что же такое влюбленность. На этот раз на наш вопрос отвечает известный библеист, переводчик и православный публицист Андрей Десницкий.
Мы часто спорим о словах вместо того, чтобы выяснять суть понятий, и что один назовет влюбленностью, другой смело объявит любовью, третий сочтет похотью, а четвертый – фантазией... Давайте сначала выясним, о чем мы говорим.
Если об остром, внезапно вспыхнувшем эротическом чувстве к другому человеку, то влюбленность – просто естественное переживание, особенно в юном возрасте. Но ведь на самом деле мы обычно называем этим словом не столько само чувство, сколько жизнь, наполненную этим переживанием, а это уже сознательный выбор человека, который влечет за собой и принятие конкретных решений, и ответственность за них.
У Высоцкого торжественным гимном звучали слова "я люблю, и значит, я живу", но сегодняшняя попса вбивает нам в уши нечто вроде "я хочу, и значит, я могу". Половодье чувств объявляется высшей ценностью, единственной основой для отношений, а когда чувства возвращаются в привычное русло, когда ослепление проходит и в любимом начинаешь замечать и недостатки – значит, настала пора "разбегаться" в поисках новой "любви". При таком подходе, пожалуй, "я люблю тебя" мало отличается от "я люблю пить пиво, заедая его чипсами".
Но значит ли это, что плоха сама влюбленность? В Библии рассказывается об одном довольно влюбчивом человеке – царе Давиде. Однажды он собрался уничтожить всю семью богача, который не захотел одарить его воинов, но на пути к его дому он встретил его жену Авигею. Краткий разговор с ней заставил его переменить свое решение и отказаться от опрометчивой мести. И к Авигее он не прикасался до тех пор, пока не умер ее муж, и лишь затем взял ее в жены.
А в другой раз, когда он уже был царем, он случайно увидел, как купалась красавица Вирсавия, и повелел привести ее к себе. Женщина забеременела, и, чтобы скрыть этот факт от ее законного мужа, Давид решил отправить его в бой на верную погибель. Так ко греху прелюбодеяния добавился грех убийства – совсем другая love story, чем с Авигеей. А ведь и то и другое начиналось с обычной влюбленности... Впрочем, ужасное начало не означало полного краха: после обличения и покаяния в этих серьезнейших грехах Давид остался с Вирсавией, именно от этого брака и родился наследник престола – царь Соломон.
Влюбленность – это возможность. Человеческим отношениям она сразу выписывает щедрый аванс, а уж на что он будет потрачен, зависит от самого человека. Можно на развлечения, можно – на строительство будущего дома. Некоторым, как поэту Данте, влюбленному в Беатриче, удается потратить его на творчество, остающееся в веках. Только надо помнить, что этот аванс подвержен галопирующей инфляции: хоть он кажется беспредельным, но всего через пару лет от него остаются какие-то крохи (Данте был исключением!). Зато мы можем потратить его с умом, вложить в созидание подлинной и глубокой любви, которая, как хорошее вино, от времени только выигрывает в качестве, да просто можем что-то изменить в своей жизни. Влюбляются ведь не только в человека, но и в профессию, и даже первые год-два после прихода человека к вере можно бывает описать как "влюбленность в Церковь". Это универсальный аванс, его нам дают на многое.
Влюбленность открывает наши сердца и вводит нас в какой-то совершенно иной мир, но только от нас зависит, что мы сделаем в этом мире, используем ли этот дар во благо, или во зло, или просто растратим его на пустяки.
Источник: Нескучный сад
