Анализ положения детей – новое оружие ювенальщиков

13 февраля ЮНИСЕФ презентовал свой доклад "Анализ положения детей в Российской Федерации: на пути к обществу равных возможностей". Вероятно, текст доклада заслуживает подробного анализа – в конце концов, это самый свежий стратегический документ, созданный в рамках ювенальной идеологии. По нему наша ювенальная общественность будет выверять свои дальнейшие действия.

Направление, в котором будет подталкиваться ситуация, легко прочитывается в основных выводах, которые предполагают разработку Национального плана действий в интересах детей и усовершенствования системы мониторинга положения детей (дети из бедных семей стоят в этом списке на первом месте). Предлагается включить в мониторинг процесс участия детей в принятии решений.

Всё это в комплексе означает дальнейшее отчуждение детей от родителей. Участие детей в принятии решений – это эвфемизм, за которым скрывается провоцирование детей к действиям через голову родителей.

Глава офиса ЮНИСЕФ в России Бертран Бейнвель утверждает, что "социально изолированных детей не всегда можно увидеть". В пресс-релизе, который приводит данные слова, далее говорится, что одна из рекомендаций:

"Чтобы все без исключения дети могли развиваться, чтобы не было "невидимых" и исключенных из жизни детей, необходимо, чтобы статистика учитывала этих детей".

Иными словами – чтобы все дети были на ювенальном контроле. Ювенальных инспекторов устроит, конечно, лишь абсолютная прозрачность, они хотят знать о наших семьях и детях всё. Приходится ещё раз напоминать, что в сегодняшнем европейском обществе по-тихому осуществлено присвоение наших детей то ли государством, то ли непонятной детолюбивой общественностью. Всё напряжение ювенального менеджмента направлено на то, чтобы "освободить" детей из семьи.

С российской стороны доклад представлял Независимый институт социальной политики. И.о. директора этого Института Лилия Овчарова заявила следующее:

"В результате сложившейся в Российской Федерации модели распределения полномочий по обеспечению и развитию детей между рынком, государством и домохозяйствами дети оказались в наиболее уязвимом положении. Это проявляется в высоких рисках бедности для семей с детьми, широкой распространенности различных форм семейного неблагополучия и социального сиротства, отсутствии равных возможностей для развития детей в зависимости от места жительства, социального и доходного статуса родителей, социально-демографического состава семьи. Национальный план действий в интересах детей мы рассматриваем как механизм, способный изменить данную ситуацию"

Стоит обратить внимание на некоторые моменты этого пассажа. Во-первых, говорится о некотором распределении полномочий в отношении детей между рынком, государством и домохозяйствами. Эта словесная конструкция призвана утвердить в социальном сознании мысль, что дети представляют собой отдельный предмет государственного управления. Сегодня. Мол, есть одна модель распределения полномочий, а завтра можно сконструировать другую. При этом для простоты вся чувственно-духовная составляющая просто опускается – вместо обычного слова семья, традиционно говорящего о родстве и преемственности, используется чисто экономическое понятие домохозяйство. Вот доверили ребёнка домохозяйству, а зачем? Давайте разработаем Национальный план, способный изменить данную ситуацию...

Данные доклада уже начинают использоваться в нужном направлении. Портал Утро.ру публикует статью с примечательным заголовком "Россия теряет своих детей". В ней собрана вся наиболее пугающая статистика из доклада, а также очень примечательным образом расставлены акценты. Приводятся слова той же г-жи Овчаровой, что "если раньше бедность затрагивала, в основном, пожилых, то теперь к ним можно добавить семьи с детьми".

Интересно посмотреть, как дальше развёртывается логика изложения. Приводятся данные, что содержать детей без особых проблем могут 25% семей, 50% – с трудом, а 25% – не в состоянии. Цифры впечатляют, но хотелось бы понять, что такое не в состоянии содержать детей? А крестьянская семья в дореволюционной России, где детей было иногда до десятка и более, могла себе позволить их содержать или нет? Подход к детям как к некоему рыночному приобретению, который насаждается подобными рассуждениями, довольно неблаговиден. Он предполагает, что экономические показатели являются для человека более важными, чем любовь и желание продолжить свой род на земле.

Вот ещё одна цитата из этой статьи:

"По словам директора Института гуманитарного развития мегаполиса Татьяны Малевой, общество всегда вынуждено расплачиваться за бедность различных социальных групп, однако бедность детей обходится ему дороже всего – она приводит к маргинализации населения. "Поэтому для государства не настолько важны темпы роста рождаемости, насколько важно повышение качества жизни", – говорит Малева"

Мысль понятна. Не надо плодить бедных. Давайте будем повышать благосостояние, не заботясь о том, что наша страна вымирает. Подобное мышление полностью укладывается в логику действий пресловутых центров планирования семьи, чья задача по ограничению численности туземного населения хорошо известна.

Татьяна Малева не случайно оказалась на презентации доклада. Ещё недавно она возглавляла тот самый Независимый институт социальной политики. Государственное автономное научное учреждение Институт гуманитарного развития мегаполиса, который она возглавляет теперь, – совсем свежее образование. Распоряжение Правительства Москвы о его создании датируется 18–м января 2012 г. В связи с этим задумаешься: так ли далеки пожелания ЮНИСЕФ и присных от практического применения государственной властью России? Выходит, что совсем не далеки.

Статья на портале Утро.ру заканчивается рассуждениями о "ловушке бедности". Утверждается, что для того,

"Чтобы ребенок был умственно и социально полноценным, нормально развивался, семья должна удовлетворять СЭУ (стандарту экономической устойчивости). Он предполагает, что доход семьи должен быть как минимум в два раза выше прожиточного минимума. Таким образом, для семьи из двух взрослых и одного ребенка стандарт устойчивости – 60 тыс. руб. в мес. Для семьи с двумя детьми – 80 тыс. рублей"

Когда начались разговоры о необходимости введения стандарта экономической устойчивости, предполагалось, что он должен стать ориентиром для работодателя при назначении заработной платы. Работодатель должен понимать, что он платит не просто отдельному человеку, а члену семьи.

Однако гораздо проще использовать данные цифры для давления на семью. Обеспечиваешь норму СЭУ – расти детей, сколько по стандарту положено. А вышел за норматив – добро пожаловать под ювенальный колпак.

Нам в очередной раз пытаются внушить, что дети – это роскошь, доступная далеко не каждому. Иными словами, быть матерью – не назначение женщины, а социальная привилегия. Аналогично – быть отцом для мужчины. Самую суть человека пытаются переформатировать. Создаётся новый человек – без Бога, без семьи. Такая вот социальная евгеника.