Вновь засияет красота

Возрождение Нового Иерусалима означает возрождение нравственных ценностей нашего народа

Воскресенский Новоиерусалимский монастырь – один из самых сложных и интересных памятников русской духовной культуры. С момента своего основания в 1656 году он служил примером совместного труда искусных мастеров, церковного священноначалия и первых лиц государства.

Обитель эту сравнивают с иконой. Только написанной не на доске, а на территории площадью в несколько гектаров. И действительно, идея и воплощение на Руси Нового Иерусалима явились средоточием многих земных и небесных её устремлений.

Стройка века, стройка на века

Задуман этот необычный монастырь был в XVII веке патриархом Никоном (в миру – Никита Минин), с чьим именем связано не одно ключевое событие в истории страны. Парадоксальным образом идеи и деяния этой незаурядной личности давали одинаково мощный эффект в прямо противоположных направлениях. Как никогда, при нём усилилась связь Церкви с государством, личный союз "священства и царства", но патриарх был низвержен царём Алексеем Михайловичем и отправлен в ссылку в далёкий Ферапонтов монастырь. Никон предпринял колоссальный реформаторский труд во имя "вселенского" престижа Русской церкви – и тогда же произошёл печально известный раскол в ней самой, болезненные отголоски которого были слышны долгое время. И всё же сторонники и оппоненты патриарха Никона сходятся в одном: его личность уникальна по масштабу своих деяний. И одно из самых заметных – воссоздание Святой земли на территории земли Русской.

В том месте, что на берегу подмосковной реки Истры выбрал в середине XVII века сам Никон, всё должно было чудесным образом преобразоваться: река Истра в реку Иордан, окрестные холмы и долы – в Гефсиманский сад, Сион, Елеон, Назарет и другие священные места. Под Москвой должен был возникнуть не только образ Русской Палестины, но и образ грядущей обители праведников. По сути, речь шла о попытке создать на земле "отпечаток" рая небесного. Не больше и не меньше. При этом предполагалось максимально точно скопировать ансамбль Иерусалима "старого" – палестинского. Для XVII века, учитывая отсутствие высоких технологий, попытка была уникальной.

Смысловым и архитектурным ядром монастыря стал Воскресенский собор, возведённый как топографическая копия храма Гроба Господня в Иерусалиме. Здесь под одной крышей представлены величайшие христианские святыни – Голгофа, место казни Христа, пещера Гроба Господня, место обретения Креста, на котором был распят Христос, и многие другие, – за точностью воспроизведения которых сам патриарх следил с великим тщанием. Но это была лишь часть замысла. Патриарх возводил не "старый", а Новый Иерусалим, которому предстояло даже превзойти оригинал. Поистине это была "стройка века", в которой участвовало более 500 мастеров, в том числе иноземных, "ценинные" (то есть изразцовые) и литейные мастерские, самые искусные каменщики и строители. А главным зодчим стал сам патриарх.

Однако Новый Иерусалим так и не был достроен. Грянула царская немилость, суд вселенских патриархов, низложение Никона, ссылка... И монастырь – любимое детище патриарха – стал главным пунктом его обвинения. Слишком дерзким сочли современники построение "града Небесного" в "личном" монастыре Никона. Неудивительно, что монастырь разделил опалу со своим создателем.

Но в отличие от жизни патриарха его историческая судьба только начиналась. Трудное появление на свет, казалось, предопределило сложный путь: впоследствии монастырь многажды достраивался и перестраивался, украшался и разрушался, ветшал и восстанавливался – вплоть до наших дней. Но при этом во все времена он пребывал под непосредственной опекой первых лиц государства.

Под опекой государства

В 1941 году монастырь (к тому времени уже закрытый и превращённый в музей) был разрушен немецкой авиацией. Примечательная деталь – восстанавливать его стали сразу же, не дожидаясь окончания Великой Отечественной войны. И привлечены к этому были лучшие силы отечественной архитектурной реставрации: возглавили восстановление знаменитые мастера Алексей Щусев и Пётр Барановский. Однако разрушения были слишком сильны, и монастырь удалось восстановить лишь частично.

Сегодня обитель вновь оживает. Работа идёт с привлечением не только финансов, но и с использованием потенциала лучших представителей реставрации и науки. Активно участвует в святом деле и власть.

В 2008 году Президент Дмитрий Медведев и Патриарх Московский и всея Руси Алексий II инициировали создание Благотворительного фонда по восстановлению Воскресенского Новоиерусалимского ставропигиального мужского монастыря. Дмитрий Медведев чётко расставил акценты: "Восстанавливая такие центры, мы помогаем возрождению наших корней, нравственных ценностей нашего народа. А без этого невозможно решить ни одну масштабную задачу, которая сегодня стоит перед нашим государством".

Тогда же, в 2008 году, были определены сроки, когда монастырь должен быть окончательно восстановлен, – к 2017 году. Учитывая огромный объём реставрации, период в девять лет не кажется долгим. И выполнение всех работ, несмотря на сложности, представляется реальным. Сегодня государство не просто выделяет солидные средства, но и всячески опекает проект.

В поисках Русской Палестины

Между тем сложности возникают не только в практической сфере, но и в сфере теоретической. Главной темой непрекращающихся дискуссий остаётся вопрос: в каком именно историческом облике должен предстать Новый Иерусалим? Одни специалисты – в основном монастырские "пользователи" – утверждают, что он должен быть воссоздан таким, каким его задумывал патриарх Никон. Другие – в основном учёные и реставраторы – хотят сохранить и то, что появилось уже после Никона. Хотя бы творчество автора одной из реконструкций монастыря известнейшего зодчего XVIII века Ф. Б. Растрелли и его сподвижников. Такие дискуссии могут показаться не совсем тактичными. Но именно в них и есть скрытый смысл, отличающий проект восстановления Нового Иерусалима от ему подобных. "Новый Иерусалим – цивилизационный вклад России в мировую культуру, – говорит главный архитектор Центральных научно-реставрационных проектных мастерских Министерства культуры, ведущих проект, Сергей Куликов. – Это и русский памятник, и объект мирового культурного наследия. И сегодня Россия не просто восстанавливает стены Новоиерусалимского монастыря, но и ищет Русскую Палестину, задуманную патриархом Никоном. Это требует глубоких и ответственных исследований и оценок. И при их формировании споров не избежать".

Важным моментом стало профессиональное общение на международном уровне. И дело не только в обмене опытом. "В мае – июне 2011 года мы пригласили итальянских коллег провести у нас несколько семинаров по реставрации, – рассказывает Сергей Куликов. – По традиции каждый из них сопровождался "круглым столом". В ходе обсуждений выяснилось, что мы хоть и отстали от европейцев в технологиях, но по методике ни в чём не уступаем и даже способны удивить. Во время семинаров формировалось единое профессиональное пространство, на котором наши специалисты, прежде всего молодые ребята, могли себя почувствовать равноправными участниками".

И стар, и млад, и итальянский "стройотряд"

В 2002 году Международный фонд памятников внёс обитель в список 100 наиболее охраняемых памятников архитектуры. В России, к счастью, ещё остались специалисты, обладающие необходимым профессионализмом. Но реставраторы отечественной школы, опыт которых вполне сопоставим с лучшими мировыми стандартами, в постперестроечной России долгое время не жили, а выживали... С тех пор ситуация изменилась. К реализации новоиерусалимского проекта удалось привлечь и знаменитых реставраторов, и авторитетов из мира науки. Более того, вслед за ними пришла молодёжь. И это развенчивает стереотип, что, мол, новое поколение готово трудиться только за большие и очень большие деньги. Молодых сотрудников привлекает прежде всего возможность поработать бок о бок с признанными мастерами, ведь у них многое можно узнать, многому научиться. Ну и конечно, получать достойную зарплату.

"Между духовными и научными взглядами на один и тот же вопрос до сих пор остаётся много различий. Но отец-настоятель монастыря игумен Феофилакт всегда готов к диалогу, к деятельному сотрудничеству с архитекторами и учёными. Мы, в свою очередь, также стараемся искать компромиссные решения. Главное в том, что духовенство и учёные готовы слушать и слышать друг друга. Всё это делает работу по воссозданию монастыря живой, насыщенной и весьма продуктивной", – отмечает заместитель главного архитектора по научной работе Татьяна Вятчанина.

Отметим и участие в этом грандиозном проекте крупных мастеров итальянской реставрации. Например, Элизабета Фабри и её мастерская представили свой план реставрации шатра ротонды Воскресенского собора, спроектированного её соотечественником Ф. Б. Растрелли.

Отметим, что Новый Иерусалим щедро одаривает и археологов. Сенсационная находка была сделана при раскопках на территории монастыря в 2011 году, когда удалось обнаружить прекрасно сохранившиеся колокололитейные сооружения, построенные в XVII веке при патриархе Никоне.

Свидетельство силы

Осенью 2011 года, отслужив в Воскресенском Новоиерусалимском монастыре литургию, Патриарх Московский и всея Руси Кирилл обратил внимание на то, что монастырь с самого начала строился с особым тщанием: "Наверное, нельзя не поражаться тому, как за 26 лет, в отсутствие современных научных знаний, инструментов и материалов, была воздвигнута эта небоподобная красота. Новоиерусалимский монастырь был особенно богато украшен и являлся зримым свидетельством славы и могущества Русской православной церкви, к тому времени объединившейся, славы и могущества Святой Руси, к тому времени снова ставшей единым государством". И вот сейчас Церковь вместе с государством восстанавливает эту святую обитель, и лучшие специалисты призваны вернуть Воскресенскому Новоиерусалимскому монастырю красоту и славу.