Протоиерей Дмитрий Смирнов рассказал – как будет защищать свой храм, пострадавший недавно от хулиганства, а его прихожане поделились своими мнениями о произошедшем. Забор предложено отмыть, а храм оснастить системой видеонаблюдения.
В ночь с 26 на 27 марта неизвестные нанесли на стену храма святителя Митрофана Воронежского надпись "свободу pyssy riot" и нарисовали свастику. Как защитить от подобного московские храмы? С этим вопросом мы обратились к настоятелю пострадавшего храма, председателю Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями протоиерею Димитрию Смирнову и его прихожанам.
"Каждый сам сообразит, как надо защищать, сообразуясь с собственными возможностями. Вот православные хоругвеносцы предлагали дежурство у храмов. Но на все храмы хоругвеносцев не хватит, а полноценное круглосуточное дежурство предполагает соответствующую оплату, – рассуждает отец Дмитрий. – Я считаю, что все надо делать по средствам и согласно собственной сообразительности. В нашем храме, например, мы установим камеры видеонаблюдения".
Церковь – это не только храмы и священнослужители, но и прихожане. Поэтому мы связались с тремя прихожанами храма Митрофана Воронежского и выяснили их отношение к произошедшему.
Майя Кучерская, писатель, автор книги "Современный патерик":
Лично мне очень больно наблюдать эту надпись. Судя по свастике и кривизне букв – писали ее дети, подростки, которые не ведают, что творят и просто повторяют то, что им напели взрослые. Свастика здесь сбоку припеку, и она – обычное хулиганство, мальчишки и у нас в школе рисовали эти свастики на тетрадках, просто чтобы показать взрослым язык, а не расписаться в фашизме. Это первое. Второе – жаль тех, кто будет это все отмывать, но невозможно не заметить, что немало постаралось наше духовенство, чтобы настроить против себя общество, тех взрослых, которые и подтолкнули детей к подобным надписям. И если бы эта раздраженность общества вызвана была проповедью смирения, любви, человечности, тем, что церковь Христова не от мира сего, и потому только мир не хочет ее принять... Но нет! Ровно наоборот. Церковь в лице огромного числа выступавших на эту тему священников звучала бесчеловечно, агрессивно. Эти подписи, которые собирали под неизвестно кем написанными письмами, призывы сжечь Пусь на костре – все это, знаете ли, для людей внешних, которые ведать не ведают, что в Церкви есть другая жизнь, невидимая глазу, таинственная, духовная, выглядело, конечно, отпугивающим. Отец Дмитрий как раз никого сжечь не призывал, но он отвечал на вопросы о Пусях довольно уклончиво, и, в общем, очевидного "это невероятно раздутое из-за политического подтекста хулиганство дурочек-с-переулочка" – все-таки не произнес. Возможно, потому храм в котором он служит и проассоциировали с самыми резкими высказываниями в адрес Пусь. Очевидное сказали разве что отец Андрей Кураев и отец Дмитрий Свердлов – но их голоса потонули в общем оре. Не хоре, увы. Третье. Мне страшно жаль, что сегодня церковь публично позиционирует себя именно так, забыв историю, забыв, что ненависть к "попам" в 1917 году долго зрела и была вызвана не только атеистической пропагандой и дьявольской работой, но и поведением самого духовенства, увы. Дай Бог нам всем выбраться из этой ямы, в которую мы сами же и сползли.
Илья Красовицкий, старший преподаватель кафедры практического богословия ПСТГУ:
Это хулиганство чистой воды. Делают это подростки, которым больше нечем заняться и которые хотят проявить свою агрессивность. Если вы обратили внимание, то они даже такую элементарную фразу не смогли написать без ошибки. А то, что агрессивность их направлена именно против Церкви – это, я боюсь, становится знамением времени, потому что все больше и больше становится заметно в обществе всяких проявлений неприязни к Церкви, которая выражается в той или иной форме. И эти общественные настроения находят свое воплощение в виде таких хулиганских выходок. И я опасаюсь, что дальше этого будет только больше, потому что таково течение мыслей людей в нашу эпоху. Очень печально, очень. Я не уверен, что с этим можно эффективно бороться.
Мое религиозное чувство не пострадало, потому что эта акция не направлена против веры. Это хулиганство по отношению к нашему храму. Вот идешь ты по улице, идут рядом подростки и страшно матерятся. Это оскорбляет чувства? Оскорбляет, конечно. Но, наверное, не религиозные, потому что это просто форма общения этих молодых людей. Слушать это крайне неприятно, и стараешься перейти на другую сторону улицы. Но это оскорбление не религиозных чувств, а хулиганство.
Екатерина Чистякова, учительница в гимназии "Свет":
Как отношусь? Отрицательно отношусь, что тут говорить. Мои религиозные чувства, конечно, задеты. Сильно возмущаться я не буду, но то, что произошло, – это безобразие. Как на это реагировать? Взять эту надпись и cмыть.
Источник: Нескучный сад
