Священник на корабле в составе экипажа – явление нечастое. Однако протоиерей Александр Федоров, заведующий сектором ВМФ Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями уже в течение восьми лет регулярно принимает участие в морских походах. Об опыте служения в этих непростых условиях он рассказывает нашему корреспонденту.
– Отец Александр, как вы стали "флотским" священником?
– В 2004 году по инициативе Синодального отдела состоялась первая встреча с главнокомандующим ВМФ адмиралом флота Владимиром Ивановичем Куроедовым. Она была конструктивной и плодотворной. Адмирал взял на себя ответственность за подписание соглашения о взаимодействии флота и Русской Православной церкви , даже вопреки рекомендациям юридической службы. Можно сказать, принял командирское решение. И это положило начало нашему сотрудничеству. До подписания соглашения бывали случаи, когда священники выходили в море в составе отрядов боевых кораблей, но это были эпизоды. На Черноморском флоте весьма плодотворно служил, осуществляя духовное окормление моряков, протоиерей Георгий Поляков, иерей Александр Бондаренко (в настоящее время – помощник командующего ЧФ по работе с верующими военнослужащими), на Тихоокеанском флоте – протоиерей Виктор Жильцов, протоиерей Александр Пономарев, на Северном флоте – протоиерей Сергий Шерфетдинов, протоиерей Андрей Амелин, на Балтийском флоте – игумен Софроний (Колосов). Эти священники изначально формировали отношения с флотским руководством, непосредственно работали на кораблях и в береговых флотских подразделениях, проповедуя слово Божие, закладывая основу взаимоотношений.
26 августа 2004 года мне дали команду быть на крейсере "Москва". После краткого молебна и митинга, посвященного походу отряда боевых кораблей, мы вышли в море под адмиральским флагом командующего Черноморским флотом Владимира Васильевича Масорина (позже он стал главнокомандующим ВМФ). Так началась морская часть моей жизни. К слову сказать, с теперешним, вновь назначенным главкомом, вице-адмиралом Виктором Викторовичем Чирковым, нас познакомило море в ту пору, когда он командовал флотилией на Тихоокеанском флоте. Было это в 2006 году. Погода приготовила тогда нам свои подарки, техника добавила "радостей", в конечном итоге молитва была продуктивной и искренней, что называется "от сердца".
– Ранее вы имели опыт служения в ВМФ России?
– Я был офицером ВВС, вышел в отставку на пенсию в 1993 году.
– В 2004 году был ваш первый опыт выхода в море?
– Это первый официальный поход и весьма знаменательный. Он стал для меня подарком к моему 50-летию, потому что удалось побывать "в гостях" у Святителя Николая Чудотворца в Италии, у святого великомученика Димитрия Солунского в Греции, увидеть на острове Мальта гвоздь, которым был пригвожден ко Кресту Спаситель.
– Каковы особенности служения священника на корабле?
– Задача у священника всегда одна – проповедь слова Божия. И эта проповедь должна быть явлена даже в любых обыденных обстоятельствах: в ношении священнической одежды, в соблюдении распорядка дня, в приеме пищи, в манере общения с моряками. Очень важно быть ближе к людям, нуждающимся в духовной поддержке. Это может быть молодой моряк, впервые попавший в шторм, или офицер, получивший нерадостное известие из дома, заболевший член экипажа в лазарете, военнослужащий, попавший в новую команду с другого корабля, и т.д. В любом армейском и флотском коллективе обязательно возникает проблема притирки людей друг ко другу. Чтобы эта адаптация происходила быстрее и безболезненней, человек должен понять и оценить причины возникающих трудностей. Кто ему может в этом помочь? Психолог – человек командования, которому, скорее всего, член экипажа просто не откроется. Священник же – человек независимый, поэтому с ним можно более доверительно поговорить о своих проблемах. И в силу своего большого духовного опыта священник может понять и объяснить, что на самом деле происходит в душе у воина.
– То есть присутствие священника на корабле – жизненно необходимо, в буквальном смысле этого слова?
– Об этом лучше спросить у самих моряков, но думаю, что это именно так.
– Как у вас складывались отношения с экипажем?
– Милостью Божией, помнится только хорошее. С каждым походом обретались новые друзья, с которыми и сейчас поддерживаю связь, всегда поминаю их и членов их семей за богослужением. Впечатления положительные, к тому же воинский коллектив для меня привычная среда – ведь в ней прошла большая часть моей сознательной жизни.
– Как осуществляется духовное окормление военнослужащих на корабле?
– Самый простой и обыденный способ – индивидуальная беседа с глазу на глаз. Местом проведения такой беседы может быть каюта священника, рубка, любое место на корабле, если это не мешает делу и выполнению служебных обязанностей военнослужащего. Это также и проповедь священника перед выходом в море и по возвращении в порт, в местах боевой славы флота, после молебна или панихиды, при посещении православных святынь и церквей за рубежом.
– А каким требованиям должен отвечать корабельный священник, и какие личные проблемы у него могут возникать в связи с особенностями флотской службы?
– Понятно, что священник, у которого есть семья и который на длительное время отправляется в поход, должен обеспечить содержание семьи и воспитание своих детей. Это и материальная, и психологическая проблема. Кроме того, существует еще и дефицит той категории священников, которые имеют опыт служения в армии и на флоте. А я бы делал выбор в пользу именно таких людей, потому что для них положение дел в армии – навсегда становится личной заботой и болью.
– Должен ли корабельный священник проходить определенную подготовку?
– Если человек служил в армии или на флоте, особых дополнительных знаний ему не потребуется. В армии главное – субординация. У флотского человека это в крови, именно поэтому священники, прошедшие в прошлом такую "школу", лучше подходят для службы на флоте.
– А как на кораблях обустраиваются храмы?
– Обустроить храм на корабле – это дело будущего, потому что наличие храма должно быть предусмотрено конструкцией корабля. Переоборудовать какое-то помещение практически невозможно. На авианосце "Адмирал Кузнецов" есть храм только потому, что нашлось место для его размещения.
Вообще служение литургии на корабле требует создания соответствующих условий и подготовки людей. Этим должны будут заниматься штатные корабельные священники. В частности, создавать хор, обучать чтецов, пономарей и даже организовывать выпечку просфор.
Во время похода отряда боевых кораблей, о котором я говорил в начале беседы, мы трижды совершали литургию на крейсере "Москва", используя помещение кают-компании мичманов, но, кроме всего прочего, у нас были помощники из духовной семинарии, которые все богослужебные книги "загрузили" в ноутбук. Они прекрасно знали устав богослужения, в совершенстве освоили компьютер, к тому же прекрасно пели. Служить было одно удовольствие.
– Какой вам видится армия в ближайшем будущем?
– Строительство новой армии – это строительство нового человека, иначе ничего у нас путного не получится нигде – ни в армии, ни на флоте, ни в космосе, ни на земле. Если человек бездуховен, его путь направлен в никуда. Мы можем сформировать новое, здоровое общество, построить сильное государство, если только вернемся к тем истокам, которые сделали возможным создание великой державы – России, то есть надо признать главенство во всей нашей жизни и делах Творца и осознать собственные немощи перед Ним. Хорошо если бы это понимали все: и матросы, выходящие на корабле в море, и люди, решающие стратегические задачи государственного уровня.
Источник: Красная звезда
