"НГ-Религии": Игорь
Куницын. Федеральный закон и национальный интерес. Религию воспринимают скорее как средство приобретения политических дивидендов, а не как фундаментальную область общественной жизни

На протяжении последних 15 лет в России наблюдаются попытки изменить религиозную идентичность народа, что неуклонно приближает страну к национальной катастрофе. Избежать этого поможет лишь пересмотр концептуальных подходов к государственно-конфессиональным отношениям, считает автор статьи, которая публикуется нами как повод для дискуссии

В России сложилась нездоровая религиозная ситуация, и Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях", не способен ее исправить. В действующей редакции он не может стать основой вероисповедной политики, направленной на защиту национальных интересов.

Предлагаемые сегодня изменения некоторых положений не меняют его принципиально, а потому они скорее отдаляют от решения проблемы, чем приближают к нему. К сожалению, сегодня никто не дает вразумительного ответа на вопрос о том, как должны развиваться государственно-конфессиональные отношения в перспективе. В обществе господствует ложная уверенность в том, что в этой сфере нет никаких проблем, требующих мобилизации общественного сознания. Между тем необходимо принять срочные государственные меры по решению приоритетных проблем, то есть построению вероисповедной политики. Вызвано это несколькими причинами.

Почему России нужна вероисповедная политика?

Причина первая. В российском обществе происходят катастрофические явления, причины которых кроются в духовном неблагополучии. Исходя из статистических данных российских и зарубежных источников, каждую минуту в России убивают человека, а каждые 10 минут происходит одно или два самоубийства. Количество беспризорных детей в России почти соответствует послевоенному уровню. Одной из острейших проблем нашего общества стала массовая наркотизация населения. 30% молодежи употребляют наркотики. В среднем каждая российская женщина делает от 2 до 4 абортов в год. Уровень смертности на 70% превышает уровень рождаемости. Только задумайтесь, уже через 15 лет население нашей страны сократится на 22 млн. Это больше, чем мы потеряли во Второй мировой войне. Сегодня можно сказать определенно: Россия гибнет уже не только духовно, но и физически. Это означает, что действующее законодательство породило такое явление, как застой духовного ренессанса и глубочайший духовный кризис.

Причина вторая. В духовном неблагополучии заинтересованы политические силы за пределами России, что делает этот вопрос проблемой национальной безопасности. Необходимо учитывать такой объективный общемировой процесс, как глобализация. Западные государства сориентировали его на построение однополярного мира. Участниками глобализации являются, с одной стороны, западные страны во главе с США, с другой - страны, выступающие как американский ресурс. Глобализация сегодня основана на принципе рыночного естественного отбора. Господствует право сильного, что привело к демонтажу равноправного международного сотрудничества. Для России это имеет самые негативные последствия, так как огромные территории и богатые природные ресурсы входят в зону национальных интересов стран - членов НАТО.

На территории нашей страны идет жестокая информационная война, точнее, ее разновидность - война ценностная. Технологической базой этого оружия "бескровного поражения" стали глобальные системы обмена информацией и ее отслеживания, которые создают возможность контролировать ценностные установки в заданном регионе и воздействовать на них. Цель этого оружия - лишение народов социокультурных механизмов защиты. Ведется незаметная, но каждодневная работа, направленная на духовную дезориентацию российского народа. Развенчивается культурное наследие, поэтому острие этого оружия направлено против традиционных ценностей и конфессий.

Во многих странах хотят, чтобы гражданин России ощущал себя европейцем, азиатом, кем угодно, но только не русским; католиком, протестантом, кришнаитом, но только не православным. На мировой арене поднимает голову и укрепляется система глобального тоталитаризма.

Причина третья. Действующее законодательство России, в частности Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях", создает основу для "разбазаривания" духовных ресурсов нации. Кроме того, деятельность государства в этой сфере носит ситуативный характер. Федеральные и региональные органы лишены единства действия. Руководство страны делает акцент на решении экономических проблем, а этого недостаточно. Несмотря на возрастающую роль религии, ее воспринимают скорее как средство приобретения политических дивидендов, чем как фундаментальную область общественной жизни.

В период действия либерального Закона РСФСР "О свободе вероисповеданий" религиозная жизнь превратилась в один из каналов инъекции западных культурных ценностей. Вопреки ожиданиям Закон "О свободе совести и о религиозных объединениях" 1997 года оказался не способен решить системные проблемы религиозной жизни. В частности, не обеспечил защиту традиционных ценностей, не решил вопросы в сфере религиозного образования, социального служения, пресечения противоправной деятельности новых религиозных движений. Он также не восстановил права конфессий, подвергшихся репрессиям со стороны советского государства.

Вопреки лицемерным заявлением о "передаче" имущества религиозного назначения, в собственности государства остается большая его часть. Растет число экстремистских организаций, в том числе исламских. Создается почва для обострения отношений федерального Центра с регионами, где существуют эти организации. "Мины замедленного действия" заложены в ресурсных зонах, на территориях, богатых месторождениями нефти, газа и урана, в частности на Кавказе, в Западной Сибири, Поволжье и Прикаспийском регионе. Их дестабилизация повлечет неизбежный подрыв российской экономики.

Таким образом, действующее законодательство охватывает намного более узкий круг проблем, чем это необходимо. Требуется построение вероисповедной политики, предусматривающей юридические инструменты защиты традиционных духовных ценностей от деструктивных глобальных процессов.

Защита религиозной идентичности народа

История человечества являет нам много примеров защиты религиозной идентичности различными средствами: политическими, экономическими и даже военными. Многие страны мира обеспечивают ее на всех уровнях, в том числе посредством поддержки традиционных конфессий и ограничений на деятельность иностранных миссионеров. В Европе к таким государствам относятся Великобритания, Дания, Исландия, Ирландия, Италия, Испания, Германия, Болгария, Греция, Литва; на Ближнем Востоке - Египет, Ливия, Иордания, ОАЭ. Попытки поддержки традиционных ценностей государствами, которые представляют геополитический интерес для стран-членов НАТО, встречают осуждение и противодействие.

В 2002 году Парламентская ассамблея Совета Европы приняла два любопытных документа. В первом, резолюции # 1278, говорится о необходимости усовершенствования действующего Федерального закона "О свободе совести…" в сторону его большей либерализации. Резолюция призывает прекратить практику якобы привилегированного отношения к Русской Православной Церкви. И это говорится о самой бесспорно традиционной конфессии России.

Во втором документе, рекомендации # 1556, говорится о том, что в Восточной Европе религиозное меньшинство подвергается дискриминации со стороны религиозного большинства. На защиту религиозных традиций этот европейский документ повесил ярлык агрессивного национализма и шовинизма. Россию ругают, как нашкодившего ребенка, только за то, что большая часть народа осмеливается называть себя православными. В то же время этот документ отнюдь не осуждает привилегированное отношение к традиционным конфессиям, например, в европейских странах.

В ноябре 1998 года Конгресс США принял акт "О международной свободе вероисповедания". Этот акт разрешил применение санкций против стран-"нарушителей". Есть и другой документ - "Стратегия национальной безопасности США для нового столетия". В нем говорится о признании лидерства США в мире и о том, что национальные интересы США были увязаны с политикой других государств в религиозной сфере. Наконец, в декабре 2003 года в США был представлен ежегодный доклад о религиозной свободе. Россия была причислена к государствам, вероисповедная политика которых квалифицируется как дискриминационная. При этом речь идет о дискриминации не по отношению к традиционным конфессиям, а именно к новым религиозным движениям. Наше государство призывают отдать духовную сферу различным сектам, которые предлагают нетрадиционную духовность как товар в привлекательной упаковке. Но это и есть оружие глобального тоталитаризма против нашей страны.

Центральным понятием для современных международных документов, которые затрагивают религиозные вопросы, является право человека на свободу совести. Иными словами, их главная задача - гарантировать каждому человеку возможность исповедовать выбранную им религию или иную систему духовных ценностей. Но сложившаяся в мире ситуация демонстрирует сходство с историческими причинами возникновения идеи о свободе совести. Главная причина этого заключалась в том, что государство накладывало ограничения на религиозный выбор человека: контролировало духовную жизнь, использовало принуждение, преследовало отпавших от государственной религии. Но право на свободу совести сместило акценты. Оно охраняет религиозный выбор человека, но оставляет незащищенным религиозный выбор народа. Оно фактически раскалывает общество и этим сильно его ослабляет.

Произошла неприкрытая подмена. Ведь невозможно соблюсти право одного человека, если нарушается право всего народа, к которому он принадлежит. Этот обман заложен в основу не только международных, но и российских правовых актов. Они не учитывают, что современный мир столкнулся с новой формой преследования религиозного выбора человека, но уже не на личностном, а на глобальном уровне. Требуется последовательное развитие права на свободу совести, которое выражается в его реализации не только каждым человеком в отдельности, но и народом, в провозглашении права народа на защиту религиозной идентичности.

Сущность этого права заключается в том, что ни одно государство не имеет права вмешиваться в вероисповедную политику другого государства, так как каждый народ вправе самостоятельно определять приоритеты в религиозной сфере. Однако это должно происходить посредством установленных форм волеизъявления, в частности посредством референдума или выборов. Каждое государство вправе оказывать поддержку тем конфессиям, которые являются традиционными на их территории. Если народ нашей страны через избираемых депутатов или на референдуме признает какую-либо конфессию традиционной, то такое решение не может быть предметом международных санкций.

В Концепции внешней политики России говорится о том, что Россия будет добиваться формирования многополярной системы международных отношений, реально отражающей многоликость современного мира с разнообразием его интересов. Но решение этой задачи невозможно без принятия реальных политических действий. Требуется построение вероисповедной политики, которая была бы ориентирована на защиту традиционных религий.

В этой связи руководство нашей страны должно объединить усилия с теми странами, на которые оказывается такое же давление, какое оказывается на Россию. Среди таких стран - страны СНГ, Восточной Европы, Азии и много других. Политике "двойных стандартов" Запада нужно противопоставить новое правовое пространство. Поэтому должен существовать международный документ, в основу которого будет положен принцип суверенитета государств в регулировании религиозной сферы. Условно его можно было бы назвать Конвенцией по защите религиозной идентичности народов. На первом этапе его, возможно, имело бы смысл принять на уровне СНГ. На последующих этапах к нему могли бы присоединиться другие страны.

Региональные проблемы и федеральное законодательство

Право народа на защиту религиозной идентичности должно определять вероисповедную политику и во внутриполитическом контексте. Для этого требуется самостоятельное определение субъектами Российской Федерации особенностей региональной вероисповедной политики. Но современная вероисповедная политика, искажая смысл Конституции РФ, основывается на смешении двух различных понятий: единообразного применения законов и единообразных государственно-конфессиональных отношений.

И если первое - конституционный принцип, то второе - преступное заблуждение. По Конституции РФ законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам. В регулировании религиозной жизни действительно имеют место несоответствия между региональными правовыми актами и Законом "О свободе совести". Это приводит к автоматическому запуску механизмов устранения противоречий между ним и региональными актами. В результате концептуально безличный и юридически некорректный Закон "О свободе совести", основанный на мифическом "международном" стандарте, наносит вред религиозной идентичности народов России на всей ее территории.

Базируясь на принципе императивного регулирования, он одинаково регулирует проблемы, требующие дифференцированного подхода. В его основе лежит представление о том, что религиозная ситуация во всех регионах имеет одинаковые параметры. Однако региональное законодательство, как индикатор проблем, подтверждает обратное. Вместо учета этих проблем действующий закон "подгоняет" политику регионов под чуждые стандарты. В результате наиболее острые проблемы регионов законом попросту игнорируются. Поэтому для создания внутриполитических механизмов защиты религиозной идентичности требуется переориентация вероисповедного законодательства от абстрактных стандартов к конкретным решениям. Создание таких механизмов невозможно без адекватного правового регулирования не только на региональном, но и на федеральном уровне.

Горизонтальная дифференциация подразумевает двухуровневую вероисповедную политику. Ее построение на федеральном уровне основывается на единообразии, определяя ее общероссийские основы: взаимодействие конфессий с государством, определение их статуса, порядок их регистрации, принципы участия в социальной и культурной сферах. Мозаика частных региональных проблем должна регулироваться законодательством регионов, но в рамках федерального.

Конституция РФ предусматривает модель построения законодательства, которая позволяет устанавливать общее правило в регулировании отношений на федеральном уровне, предоставляя региональному законодательству право регулировать его особенности. Степень их глубины обусловлена тем, что Россия - федеративное государство, построенное по национально-территориальному принципу, поэтому при сохранении единства правового пространства в субъектах Федерации с ярко выраженной конфессиональной спецификой законодательство может иметь более глубокие особенности.

Не менее важна потребность в вертикальной дифференциации, то есть в установлении дифференцированного правового статуса конфессий. В основе современной вероисповедной политики лежит принцип "уравниловки" традиционных конфессий со всеми остальными, а следовательно, традиционных ценностей с нетрадиционными, что приводит к формированию у народа чуждого менталитета. Идет активная пропаганда того, что наделение конфессий статусом традиционных якобы противоречит Конституции РФ. Однако такие утверждения - либо следствие некомпетентности, либо попытка манипуляции. Происходит не только юридическое уравнивание конфессий по американскому образцу, но и насильственное фактическое уравнивание.

Несмотря на многократно меньшую социальную базу у конфессий, имеющих зарубежные корни, чем у традиционных конфессий, их экономические возможности по участию в общественной жизни вполне сопоставимы. Традиционные конфессии нуждаются в протекционистской вероисповедной политике. Факт их традиционности должен признаваться официально и повлечь за собой наделение специальным правовым статусом, позволяющим решать не только собственные, но и социальные задачи.

Статус традиционной конфессии должен предоставляться парламентом путем принятия соответствующего закона. Гарантией обоснованности такого решения может служить лишь волеизъявление (открытое голосование) парламентариев и их ответственность за него перед избирателями. Аналогичное решение подсказывает и мировая законодательная практика стран Европы, Азии, Ближнего Востока и других регионов планеты. Одним конфессиям правовой статус традиционных должен присваиваться на федеральном, а другим, имеющим достаточную социальную базу лишь в пределах субъекта Федерации, на региональном уровне.

Такое положение фактически уже начало спонтанно складываться в регионах, поскольку законодательство ряда субъектов Федерации признает наличие разницы в социальном статусе конфессий. Правовой статус федеральных традиционных конфессий должен распространяться на всю территорию России, то есть те правовые преимущества, которые предоставляет этот статус, действуют на территории всех субъектов Российской Федерации. Статус региональной традиционной конфессии должен присваиваться представительным органом субъекта Российской Федерации и действовать только на его территории. Наличие в этом субъекте региональной традиционной конфессии не ущемит права федеральных конфессий, так как их общероссийский статус в этом регионе сохранится.

Такая модель позволяет гибко учитывать религиозные предпочтения проживающих в регионе народностей, исторически исповедующих религии, не попавшие в состав традиционных на федеральном уровне. Кроме того, сочетание горизонтальной и вертикальной дифференциации вероисповедной политики в большей степени соответствует национально-территориальному принципу устройства Российской Федерации, чем установленный сегодня единый стандарт, подобный американскому.

Процветание России невозможно без духовного оздоровления общества. Но для этого нужно, чтобы государство изменило подход к решению проблем в этой сфере: от политики "разбазаривания" духовных ресурсов нужно перейти к политике их сохранения и защиты. И не так важно, какими документами это будет оформлено: концепцией, законом или иначе. Важно, чтобы в них было отражено то, что уже давно назрело и без чего невозможно уже жить дальше.

«НГ-Религии», 2 июня 2004 г.