Что такое православные СМИ?

Ксения Лученко о церковном понимании задач журналистики и о том, как устроены православные медиа.

Благостная корпоративность

Православную журналистику типологически можно отнести к тематическим нишевым СМИ: есть издания спортивные, есть экономические, а есть и религиозные. С другой стороны, о православной журналистике можно говорить как о журналистике корпоративной. Так же, как у корпоративных СМИ, целевая аудитория православных изданий делится на внутреннюю (члены корпорации) и внешнюю. Все православные медиа (будь то официальные сайты, телеканалы, приходские листки или независимые порталы) страдают от этой двойственности, ищут баланс между двумя целевыми аудиториями... и чаще всего его не находят.

Недавно на сайте "Православие и мир" была опубликована серия интервью с журналистами, писавшими на православные темы или руководившими православными медиапроектами в последние 20 лет.

Бывший заместитель главного редактора "Вечерней Москвы" Евгений Стрельчик, который в 1993 году запускал как вкладку к "ВМ" первую неподцензурную православную газету "Церковный вестник", говорит в интервью о том, что "православная журналистика живет не по законам свободной прессы, она работает на узкий корпоративный клан, небольшую целевую аудиторию – то есть это, по сути дела, многотиражка". Однако эта "многотиражка" имеет широкую сеть распространения, которая тоже делится на внутреннюю (по церковным лавкам и специализированным магазинам) и внешнюю (как у всех – подписка, киоски, супермаркеты).

Одна из главных проблем православных медиа последних лет – подчиненное положение журналистики по отношению к пиару. Советник председателя Синодального информационного отдела (сокращенно Синфо – церковное учреждение, которое выполняет функции министерства печати и пресс-службы одновременно) Елена Жосул в интервью "Комсомольской правде" сказала, что "в классическом варианте журналистика и пиар – это две сферы деятельности, которые должны быть разделены. Но у нас ситуация сейчас такова, что очень часто эти функции в православной медиасреде взаимосвязаны". И сам председатель Синфо Владимир Легойда, и некоторые другие церковные чиновники и священники не раз говорили, что одна из основных задач православной журналистики – "донесение мнения Церкви", то есть – пиар.

Конечно, Церковь как общественный институт не может обойтись без пиара, но Церковь как Тело Христово, сообщество верных, занимается проповедью Слова Божия, миссией. Однако сегодня уже слышны голоса, что пиар и миссия – одно и то же, и в вульгарном смысле так и есть. Ведь именно "методология" апостолов и христианских проповедников лежит в основе современных public relations. Термин "миссия" широко используется в корпоративных коммуникациях, а во многих крупных компаниях есть должность "евангелиста" – продвинутого совершенного пиарщика. Церковь в некотором смысле пытается вернуть себе технологии, выросшие когда-то из ее практик. Но это уже крайне обмирщенные, светские технологии, не только лишенные первоначального содержания, но и пользующиеся весьма сомнительными с точки зрения христианской этики средствами. Корпоративность православных изданий влечет за собой явное преобладание пиара над журналистикой.

Церковное понимание задач журналистики входит в противоречие с классической теорией журналистики, преподаваемой студентам журфаков и медиашкол по всему миру. В классическом понимании СМИ не поучает читателя, не транслирует ему единственно верную точку зрения, а заставляет думать, самостоятельно делать выводы, излагая факты и мнения. Но существует и другая журналистика, типологически близкая к партийной печати советского времени, – это пропаганда, маскирующаяся под журналистику. Здесь отменяются профессиональные стандарты качества и возникают такие критерии, как лояльность, "как бы чего не вышло". Современная российская журналистика в целом этим испорчена, особенно – региональные СМИ, целое поколение журналистов выросло в нулевые и не представляет, что может быть иначе. Самоцензура превалирует над профессиональной этикой. В православных изданиях эта ситуация гиперболизируется: нехватка денег и профессионализма, искреннее отношение к пропагандируемой организации доводит жанр до абсурда.

В итоге православные СМИ в совокупности создают виртуальную картину церковной жизни, из которой сложно судить о том, что реально волнует церковных людей: пишут о выдающемся, благостном, положительном, а о проблемах и конфликтах в лучшем случае упоминают, если высказана официальная точка зрения. При этом журналисты, интересующиеся православной тематикой, но работающие в светских СМИ, нащупывают эти проблемные точки, но не всегда могут их адекватно описать. Например, в прошлом году заместитель главного редактора журнала "Русский репортер" Дмитрий Соколов-Митрич написал репортаж "Очень маленькая вера", который вскрыл целый пласт противоречий церковной жизни, в том числе между простым духовенством и мирянами с одной стороны и административным церковным аппаратом с другой. При этом обида героев репортажа на "православного журналиста Соколова-Митрича" была такова, что обсуждение реальных проблем, поднятых в тексте, осталось на периферии дискуссии, а в центре стояло "личное дело" автора. В церковных изданиях поднялся шквал публикаций, созывались круглые столы и виртуальные обсуждения, главной целью которых было перебить эффект от публикации Митрича, доказать, что он в своих выводах заблуждается. Сам Соколов-Митрич не раз признавался, что вовсе не этого результата хотел достичь своей публикацией.

Ликбез для вечного неофита

Собственно, качественных журналистских материалов – аналитики, расследований, неудобных вопросов – сегодня от православных СМИ мало кто ждет. Ждут преимущественно материалов для аудитории, которую можно условно назвать "вечный неофит". Именно на эту многочисленную и неоднородную по социальному положению, возрасту и степени вовлеченности в церковную жизнь аудиторию работают сегодня почти все православные медийные ресурсы.

В интервью интернет-изданию "Татьянин день" главный редактор "Эха Москвы" Алексей Венедиктов (на "Эхе" уже второй сезон выходит православная передача с протоиереем Максимом Козловым) на вопрос, чего не хватает, на его взгляд, православным СМИ, ответил: "Первое, о чем я хотел бы прочитать, – это жития святых, написанные современным языком. Каждый день, делая программу "Метеоскоп", мы говорим о народных приметах, а также говорим: сегодня день святого Антония. А кто это? Где это найти на человеческом языке – story, как Библия для маленьких. Не забывайте, что религиозность у нас во многом наносная, потому что традиции 70 лет не было. Кто такой святой Фома, кто такая святая Христина в православной традиции? Почему именно в этот день? Я хотел бы нормальную историю бедной пастушки, которую я мог бы прочитать и пересказать сыну или из которой я бы понял, почему именно этот святой – покровитель интернета или еще чего-нибудь".

Парадокс в том, что на самом деле значительная часть православных изданий как раз об этом. На церковном языке такой христианский ликбез называется катехизацией. Православные СМИ дают справки и отвечают на вопрос "Как жить?" (в девяностые даже выходила газета с таким названием). Жития святых, описание смысла таинств и молитв, исторические рассказы, рецепты постных блюд, советы священников по житейским вопросам – основной контент православных изданий. Это глянцевый формат, так называемый лайфстайл. Но в православных изданиях он, как правило, перемешан с официальными новостями и серьезными "установочными" публикациями, "доносящими мнение Церкви". Целевая аудитория таких изданий получается размытой: пишут как бы для нецерковных людей, а читают те самые "вечные неофиты", которым постоянно нужны подсказки для построения собственной идеальной православной жизни.

Одобрено самоцензурой

Бытует мнение, что в Церкви сильна цензура. На самом деле официально, разумеется, цензуры нет, иначе бы это нарушало российское законодательство. Единственная форма контроля за СМИ, которые продаются в церковной системе распространения, – гриф Синодального информационного отдела, который, согласно опубликованному регламенту, выдается изданиям "лишь в том случае, если продукция СМИ не искажает православное вероучение, не противоречит официальной позиции Русской православной церкви, не содержит недостоверных и этически недопустимых сведений". Так же, как и свидетельство о государственной регистрации Роскомнадзора, гриф Синфо выдается на неопределенный срок и может быть отозван в случае установленных нарушений. В отличие от госрегистрации церковный гриф выдается бесплатно: и "ультралиберальные" издания вроде газеты "Кифа" (выпускается общиной протоиерея Георгия Кочеткова), и консервативно-монархические получили гриф без проблем. За два года, прошедших с момента введения грифа, был лишь один скандал, связанный с его получением, – в грифе было отказано журналу "Благодатный огонь", который выходит приложением к журналу "Москва", но об этом издании ниже.

Что касается неформальной цензуры, то существует множество негласных и полугласных нюансов, в каждой епархии они свои. Но в целом, если не наступать на мозоли правящему архиерею и не излагать сомнительные богословские взгляды (ереси), шансов испытать на себе цензуру довольно мало. Даже политические взгляды декларируются вполне свободно, если это не официальное издание епархии. Другое дело, что на местах, как и в любых региональных СМИ, возникает специфика, связанная со взаимодействием с местной властью. Как правило, у православных журналистов очень развита самоцензура. Из опасений навлечь на себя гнев священноначалия, а чаще – из искреннего желания сделать как лучше острых тем стараются избегать.

Частные проекты для разных субкультур

Православная журналистика бурно развивалась все двадцать постсоветских лет. Если с 1931 по 1989 год существовал один-единственный "Журнал Московской патриархии", которым более четверти века руководил митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим (Нечаев, ум. 2003), бывший покровителем интеллигенции и интеллектуального церковного творчества в годы застоя, то на протяжении 90-х – "нулевых" возникли тысячи православных изданий, радиостанций, сайтов и даже несколько телеканалов. Большая часть из них канула в небытие, но некоторые современные проекты имеют уже двадцатилетнюю историю. Не раз велись разговоры о создании единого медиахолдинга Русской православной церкви, но все они были утопичны, потому что на самом деле все наиболее значимые церковные информационные проекты – это частные инициативы отдельных людей или сообществ.

Если официальные церковные СМИ (сайт "Патриархия.ру", "Журнал Московской патриархии", выходящий тиражом 20 000 – 25 000 экземпляров, епархиальные газеты и журналы) можно причислять к корпоративной журналистике, которая выполняет прежде всего интегративные функции – внутреннее информирование, создание единого информационного пространства Русской церкви, то множество частных проектов, более популярных и живых, работает на разные внутрицерковные субкультуры.

Норман Больц в книге "Азбука медиа" пишет, что общих медиа больше нет: "Разные ценностные системы обслуживают разные медиа. Разные информационные миры отделяют друг от друга демографические, политические и культурные границы". Бесконечное дробление на ниши по интересам, по идеологическим установкам и образу жизни происходит и внутри православных СМИ.

Самая активная субкультура, которая была особенно заметна в 90-е годы, но и сейчас собирает стабильную, прежде всего провинциальную, аудиторию, – так называемые православные фундаменталисты. Они, в свою очередь, делятся на радикальных и умеренных. Радикальное крыло, если не считать "боевых листков" некоторых монастырей, исторически базируется в Петербурге. Отчасти это наследие умершего в 1995 году митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычева), которого называет своим учителем даже ни разу в глаза его не видевший Иван Охлобыстин. Константин Душенов, выдававший себя за пресс-секретаря покойного митрополита (есть большая вероятность, что он и написал большую часть книг и статей, публикующихся под именем митрополита Иоанна), был главным редактором газеты "Русь православная", расходившейся большими тиражами, а теперь осужден на три года колонии-поселения по 282-й статье за распространение антисемитских фильмов. Газета "Православный Санкт-Петербург", которая, несмотря на название, не имеет никакого отношения к официальным епархиальным СМИ, выходит с 1993-го с несколькими приложениями и, судя по всему, на протяжении всех этих лет является маленьким бизнесом ее главного редактора и издателя Александра Ракова. В Петербурге же расположены редакции сайтов "Русская линия" и "Русская народная линия". До 2010 года это была единая редакция одного сайта, проводившего ультрафундаменталистскую политику и находившегося в жесткой оппозиции значительной части епископата Русской церкви. Но затем часть сотрудников и авторов во главе с Сергеем Григорьевым пошли на сближение с патриархией в лице Синфо и, заняв основной домен сайта rusk.ru, демонстрировали лояльную, хотя и крайне правую позицию. А другая часть во главе с Анатолием Степановым ушла на новый домен ruskline.ru и продолжает линию независимой оппозиции с полным набором соответствующих идеологем. Естественно, посещаемость у более радикальной "Народной линии" превосходит относительно умеренную "Русскую линию". Эти сайты активно используются для внутренних разборок с "модернистами" и "либерастами" в церковной среде, а "Народная линия" наделала шуму, опубликовав колонку священника московского храма Николы в Хамовниках Александра Шумского о том, что землетрясение в Японии – Божия кара за отношение японцев к России и сожжение российского флага. В Москве в той же нише находится газета "Русский вестник" Алексея Сенина и журнал "Благодатный огонь" Сергея Носенко. "Благодатный огонь" – одно из немногих изданий, у которого был отозван гриф Синфо за систематическое хамство в адрес духовенства и епископата. Комплекс воззрений фундаменталистских изданий примерно одинаков – алармизм, пафосный патриотизм, воинственное неприятие других религий и конфессий, а также – любых перемен и реформ в Церкви, обвинение священноначалия в "экуменизме" и "модернизме", антизападничество, сталинизм, перемежающийся причудливым антикоммунизмом. Иногда добавляются требования канонизации Ивана Грозного и Григория Распутина. Эти издания воевали против введения ИНН и паспортов нового образца, сегодня выступают против самых разных электронных карт и других средств идентификации граждан, ювенальной юстиции. Их аудитория стабильна, и авторы, в том числе священнослужители, перекочевывают из одного издания в другое.

Другая субкультура и целевая аудитория – то, что в церковной среде одно время называлось "православием лайт". Это СМИ для читателей успешных, довольных жизнью, но ищущих культурный бэкграунд в христианской традиции. Таким изданием долгое время был журнал "Фома". Вокруг журнала, который начали издавать в середине 90-х обратившиеся к вере студенты МГИМО, сформировался круг читателей и "друзей "Фомы"" – своеобразный полузакрытый клуб без формального членства, похожий на то, что делает сейчас журнал "Сноб". В этот клуб входили как выпускники МГИМО и их партнеры по бизнесу и политике, так и священнослужители, и люди культуры, регулярно появлявшиеся на обложках журнала. Среди членов этого неформального круга – главный редактор журнала "Эксперт" Валерий Фадеев, вице-президент Медиасоюза Елена Зелинская. "Фома" первым из православных изданий стал публиковать интервью со звездами и крупные портреты публичных людей на обложке. Основные темы – все тот же лайфстайл с большим налетом глянца: рассказы узнаваемых персон о своей вере, обзоры книг, фильмов, исторические и культурологические познавательные тексты, фоторепортажи о "красоте Православия". После назначения три года назад главного редактора "Фомы" Владимира Легойды председателем Синодального информационного отдела, куда за ним перекочевали некоторые сотрудники, у "Фомы" возник кризис позиционирования, который не преодолен и по сей день. С одной стороны, формально журнал остается независимым. С другой, де-факто это официальное издание, не обязанное при этом, в отличие от ЖМП, публиковать хронику и официальные церковные документы. В последние месяцы из-за обострившейся борьбы за читателя "Фома", в котором с момента основания была принципиальная установка не писать о политической и общественной жизни, все же стал публиковать крайне аккуратные и осторожные комментарии на актуальные явления и процессы. Та же тенденция наметилась и во втором по тиражам глянцевом православном журнале "Нескучный сад".

С "Фомой" "Нескучный сад" объединяет не только формат, но и полуофициальный статус. Журнал начинал выходить при храме св. Царевича Димитрия в Первой Градской больнице как "журнал о делах милосердия". Туда пришла команда профессиональных журналистов, главный редактор Юлия Данилова работала в 90-е в "Коммерсанте". Постепенно духовник журнала протоиерей Аркадий Шатов из просто настоятеля храма стал руководителем Епархиальной комиссии Москвы по благотворительности, а при патриархе Кирилле – епископом Пантелеимоном, председателем Синодального отдела по благотворительности и социальному служению (именно этот отдел в 2010 году стал координационным центром помощи погорельцам, где работали сотни волонтеров – как церковных, так и совсем нет).

Журнал "Нескучный сад" все эти годы существовал при нем, трансформируясь из катехизического журнала о добрых делах в церковно-общественный ежемесячник. Пожалуй, это единственный православный журнал, который выдерживает профессиональные стандарты качества и форматы (разве что еще ЖМП, где тоже почти все сотрудники раньше работали в "больших СМИ"). В последнее время "Нескучный сад" балансирует на грани: оставаясь при официальной церковной структуре, журнал публикует довольно резкие тексты, в том числе – репортажи с митингов оппозиции, антипутинские авторские колонки (можно упомянуть среди авторов священника Федора Людоговского, библеиста Андрея Десницкого и других), контрвью по горячим темам – "Пусси Райот" и выставка Гельмана в Краснодаре.

Провинция пишет о человеке

Основная народная аудитория – прихожане и "захожане" храмов по всей стране – в основном имеет дело с местными изданиями, преимущественно газетами. Региональные православные СМИ – как печатные, так и интернет-издания – обычно состоят из официальной хроники (выступлений архиерея, епархиальных новостей, документов), катехизических и краеведческих материалов. Иногда прилагается детская страничка и даже кроссворд.

Но бывают и редкие исключения: обычно это независимые, хотя и близкие к епархии издания. С 1991 года в Сыктывкаре два раза в месяц на 32 полосах выходит газета "Вера-Эском" ("эском" – "вера" на языке коми). Она почти целиком состоит из очерков о жизни Русского Севера – о людях, храмах, краеведческих изысканиях. Все тексты – литературные, с авторской интонацией, как будто и нет в мире никакого "официоза", форматов, трендов, несмотря на то что половина редакции – выпускники журфака СПбГУ. Конечно, качество этих текстов неровное, но удивительно, что даже в рассказах об официальных общецерковных событиях редакция "Веры" умудряется найти заход "через человека".

Другой пример неожиданного регионального издания – якутская газета "Логос". Она выходит с 2003 года и, как и многие православные СМИ, является авторским проектом одного человека, главного редактора Ирины Дмитриевой. Газета позиционируется как молодежная и, как пишет Дмитриева, "ставит цель говорить с молодым человеком о самом важном: жизни и смерти, смысле бытия". Задача, как и у многих катехизических изданий, скорее пригодная для книги или серии брошюр, чем для СМИ. Но "Логос", как и "Вера-Эском", полна материалами о людях. В отличие от сыктывкарской газеты, в Якутии пишут в довольно жестких журналистских форматах и в основном об остросоциальном: аборты, дети-сироты, вызовы язычества в Якутии. Все это с комментариями разных сторон, с заостренными формулировками проблемы и, как правило, без специфически "православненькой" интонации.

Гайд-парк в интернете

Печатные православные СМИ в целом выходят средними по российским показателям тиражами. Как и в большинстве других тематических сегментов, информационные поводы они черпают из интернета. Сегодня именно интернет-публикации и интернет-полемика определяют как содержание большинства внутрицерковных дискуссий, так и ход диалога (или развитие конфликта) с обществом. У Церкви есть официальные сайты, самый главный из которых – "Патриархия.ру" – сайт пресс-службы патриарха Кирилла, публикующий огромный массив официальной информации. Но внимание широкой читательской аудитории принадлежит независимым или полузависимым проектам.

Долгие годы самым посещаемым был сайт московского Сретенского монастыря "Православие.ру". На этом сайте в основном печатаются катехизические и культурологические материалы, а также публикации умеренно консервативного характера. Здесь некоторое время публиковались Наталья Нарочницкая, православные активистки Татьяна Шишова и Ирина Медведева – известные борцы с компьютерными играми, западными мультфильмами, ювенальной юстицией и прочими проявлениями современной культуры. "Православие.ру" уделяет много внимания связям с другими православными церквами, прежде всего Сербской. Посещаемость сайта складывается из трех составляющих: интерес читателей к личности наместника монастыря архимандрита Тихона (Шевкунова), автора бестселлера "Несвятые святые", выпущенного "ОЛМА-Пресс" миллионным тиражом, священника, которого называют "духовником Путина"; живая интерактивная рубрика "вопросы священнику", на которые отвечают насельники Сретенского монастыря; несколько лет назад на "Православие.ру" переехал с сайта Days.ru православный календарь на каждый день, который автоматически выпадает в первых строчках Яндекса на запрос о праздниках и святых конкретного дня, календарь существует и в виде встраиваемого модуля для любых сайтов: "Православие.ру" – практически монопольный держатель самой популярной православной услуги. В 2012 году "Православие.ру" выпустил в AppStore первый молитвослов для iPhone и iPad.

Но самый цитируемый и "народный" проект православного Рунета – сайт "Православие и мир". В 2004 году он был создан как приходская страничка храма Всемилостивого Спаса при бывшем Скорбященском монастыре. Сегодня это полноценное интернет-СМИ со средней посещаемостью около 60 000 уникальных посетителей в день. Сайт независимый, его учредитель – АНО "Православие и мир", существует на средства частных жертвователей. Уникальная ситуация: портал не имеет одного или двух крупных спонсоров, которые могли бы влиять на его редакционную политику, фактически создана ситуация, близкая к идее общественного телевидения в его европейском варианте. "Правмир" и его главного редактора Анну Данилову критикуют все: либералы считают сайт пропатриархийным и пропагандистским, "православные фундаменталисты" – "оранжистским, болотным сайтом", действующим в интересах Америки. Однако Данилова всего лишь старается проводить политику независимого СМИ, и в какой-то момент бурной зимой 2011 – 2012 годов оказалось, что такой православный сайт – один-единственный. Успех Даниловой связан не только с невероятным количеством востребованного читательской аудиторией уникального контента, но и с тем, что она дважды попала в тренд – технологический и смысловой.

Джефф Джарвис в книге "Что сделал бы Гугл?" советует интернет-ресурсам становиться платформами. С поправкой на то, что Джарвис имел в виду бизнес, можно считать, что Данилова в той степени, в которой это возможно для гуманитарного проекта, сделала из "Правмира" такую платформу. Дело не только в использовании пользовательского контента (его как раз на сайте немного). Но в том, что Анна Данилова сообразила: привлечь авторов при небольших гонорарах можно, только создав им максимально комфортные условия публикации, сформировав среду, в которой политика редакции будет направлена на поддержку авторов и тем. Фактически "Правмир" – коллективный управляемый блог, православный онлайн-Гайд-парк, авторы которого придерживаются порой диаметрально противоположных взглядов. Это никак не похоже на "традиционные СМИ", это не ежедневная газета, перенесенная в интернет, но изначально медиаплатформа, построенная исходя из современных пользовательских потребностей. Помимо авторских текстов и журналистских репортажей на "Правмире" много видео (видеоколонки, опросы, репортажи, полные записи разных семинаров и круглых столов). У "Правмира" несколько дочерних проектов: православный женский сайт, построенный преимущественно на пользовательском контенте, "Матроны.ру", сайт "Неинвалид.ру" о жизни и проблемах людей с ограниченными возможностями, еженедельно в формате PDF и размере А4 на "Правмире" можно скачать очередной номер приходской стенгазеты (в любом храме на территории любой страны эту газету можно распечатать и повесить на стенд в притворе).

Смысловой тренд, в который попал "Правмир", – осмысление текущих общественных процессов с христианской точки зрения. Именно на "Правмире" был опубликован рассказ священника Димитрия Свердлова о том, как он был наблюдателем на думских выборах

4 декабря 2011 года и пытался помешать фальсификациям. Репортаж был прочитан десятки тысяч раз и опубликован в сборнике "Разгневанные наблюдатели". С тех пор там появилось немало текстов, как весьма консервативных, так и достаточно свободных, как идеологически заточенных, так и абсолютно взвешенных. Значительная часть из них написана священниками – Алексием Уминским, Федором Людоговским, надиктована Димитрием Смирновым и Всеволодом Чаплиным, но пишут на "Правмир" и светские люди с именами, такие, как, например, поэт и богослов Ольга Седакова. Все это перемежается материалами для "вечных неофитов", репортажами на социальные темы.

Лубок на спутнике

Телевидение православные осваивают очень давно, но все хронически не складывается. На федеральных каналах, правда, успешно выходят две программы – "Слово Пастыря" с патриархом Кириллом (Первый, суббота, 9:45) и "Православная энциклопедия" с протоиереем Алексием Уминским (ТВЦ, суббота, 8:30). Кроме того, на "Вестях-24" ведет передачу "Церковь и мир" митрополит Иларион (Алфеев).

На "Культуре" регулярно выходят авторские циклы Дмитрия Менделеева о библейских и христианских мотивах в мировой культуре. К этому можно добавить, что с 1991 года на федеральных каналах ведутся трансляции рождественской и пасхальной ночных литургий (сначала это был Елоховский собор, затем – храм Христа Спасителя) и наиболее значимых событий церковной жизни (похороны патриарха Алексия, избрание и интронизация патриарха Кирилла, последнее такое мероприятие – массовый молебен 22 апреля у храма Христа Спасителя). Телевизионное руководство делает эти трансляции не только как часть сложившейся системы церковно-государственных отношений, но и потому, что рейтинги этих трансляций стабильно сопоставимы с футбольными матчами.

Попыток создать отдельный нишевый православный канал было много. Сегодня есть два таких канала – "Спас" и "Союз". Оба транслируются через спутники, опущены в некоторых городах в кабельные сети, распространяются интернет-провайдерами.

Канал "Спас" был создан в 2005 году ныне покойным бизнесменом Александром Батановым. Главным редактором был назначен Иван Демидов, композитором – Александр Шульгин. На "Спасе" вели свои программы протоиерей Димитрий Смирнов, философ Александр Дугин, политик Наталья Нарочницкая, главный редактор журнала "Фома" Владимир Легойда. Этот период продолжался недолго: Демидова перевели работать в администрацию президента, Батанов смертельно заболел, Дугин был обвинен в ереси, начались перебои с финансированием. Однако на повторах и небольшом объеме собственного производства (передача на "Спасе" была одно время даже у Дмитрия Диброва) канал просуществовал до сих пор. Некоторое время он находился под контролем Синодального информационного отдела, сегодня он подчинен финансово-хозяйственному управлению Московской патриархии. На канале выходят новости патриаршего служения и несколько собственных программ – "Прямая речь" с поэтом Олесей Николаевой, "Правда жизни" с протоиереем Димитрием Смирновым, передачи о благотворительности и советы православного психолога. Остальной эфир заполнен повторами и документальными фильмами, которые в избытке производят мелкие православные студии и демонстрируют на православных теле – и кинофестивалях.

Но по-настоящему народный канал – это "Союз". Вещательная частота и производственная база были переданы Екатеринбургской епархии РПЦ в 2005 году. До этого он был городским каналом города Первоуральска. "Союз" стал самым амбициозным проектом медиахолдинга Екатеринбургской епархии, которым многие годы руководит игумен Димитрий (Байбаков). Сотрудниц тут же обязали надеть платки и юбки, вскоре канал переехал в Екатеринбург и открыл корпункт в Москве. Сегодня эфирное вещание идет в 51 населенном пункте Урала, через кабель подключено несколько стран бывшего СССР, включая Латвию и Эстонию, сигнал идет также через спутники НТВ+, "Триколор", HotBird. "Союз" производит несколько десятков своих передач – от чтения Евангелия в эфире до культурологических и социальных проектов, делает информационные программы. Выглядит это все для московского зрителя несколько дико: батюшки под пафосную классическую музыку на фоне вечнозеленых комнатных растений или ковров произносят проповеди, в закадровых текстах в репортажах могут звучать разнообразные перлы типа "верующие прошли мимо гроба владыки, выражая тем самым непоправимость утраты". Сочетание стилистики районного кабельного телевидения и специфического православного сленга производит порой комический эффект. Но тем не менее именно "Союз" действительно востребован широкой аудиторией православных прихожан и в целом соответствует тому, как они сами видят себя и церковную жизнь. Кроме того, он формирует единую картину жизни Русской православной церкви по всей стране и даже в странах бывшего СССР, потому что транслирует передачи, которые производят десятки небольших православных студий от Одессы до Сибири. Если смотреть эфир долго, насладишься всеми оттенками говоров русского языка – от крымского фрикативного "г" до вологодского оканья.

А для интеллигентов – радио

Общецерковного православного радио сегодня не существует. Если все 90-е годы ту роль, которую сейчас играют сайт "Правмир" и телеканал "Союз", выполняла одна радиостанция "Радонеж", которая была самым мощным источником внутрицерковной информации, формировала тренды и активно использовалась в войне "православных консерваторов" с "православными либералами", то сегодня радио утеряло свое значение. В разных городах существуют православные радиостанции. Самая заметная на сегодня – радиостанция Санкт-Петербургской митрополии "Град Петров". Она была создана при поддержке французского эмигрантского радио "Голос православия" (La Voix de l’Orthodoxie). В некотором смысле его стилистика противоположна стилистике "народных" православных СМИ. Здесь звучат классическая музыка, лекции профессоров Санкт-Петербургского университета и Духовной академии, беседы с историками, филологами, круглые столы по актуальным проблемам. В программе "Пастырский час" разбирают не сколько кому и когда поститься, а вопросы, связанные с местом человека в мире, христианский взгляд на современные проблемы. Частый гость студии – протоиерей Георгий Митрофанов, один из выдающихся церковных историков, специалист по XX веку. Множество программ посвящено исторической памяти, увековечиванию жертв репрессий. Радиостанция в тесном контакте с градозащитными организациями Петербурга ("Живой город" и т.п.), поддерживает инициативы по переименованию советских топонимов. Вещание через интернет позволяет слушать эти передачи за пределами Санкт-Петербурга и Ленобласти.

Независимость vs. неповоротливость

Сегодня православные СМИ, с одной стороны, стоят перед теми же вызовами, что и вся медиаотрасль: какими будут СМИ в эпоху тотальной цифровизации контента? В конце 2011 года главная официальная газета Русской церкви "Церковный вестник" полностью перешла в интернет, выпуск печатной версии прекращен. Ряд журналов готовит версии для iPad. Уже очевидно, что проекты, руководители которых благодаря своей интуиции на шаг вперед предугадывают, в каких форматах и какими путями надо доносить до читателей информацию, как сайт "Православие и мир", лидируют в формировании мнений. Но с другой стороны, здесь тут же встает вопрос о том, что в новых условиях только СМИ с большой свободой маневра, независимые, смогут удовлетворять информационные и коммуникационные потребности аудитории, а те, что замкнуты "наверх", сосредоточены на "донесении мнения", заведомо будут уступать. Сегодня сложилась ситуация, когда СМИ, созданные как полностью или относительно независимые, – телеканал "Спас", журналы "Фома" и "Нескучный сад" и многие издания помельче оказались очень плотно аффилированы с официальными церковными структурами. Думается, этот процесс поглощения не был жестко спланирован, но является следствием общего курса на централизацию церковной власти. Смогут ли свободно существовать независимые православные СМИ? От ответа на этот вопрос зависит и то, насколько широкой будет аудитория православных масс-медиа. ​