Обзор СМИ: Парламентские слушания о совершенствовании законодательства о свободе совести показали важность этой темы и готовность РПЦ более активно отстаивать свои интересы. Преподавание «Истории религии». «За» и «Против»

ПАРЛАМЕНТСКИЕ СЛУШАНИЯ О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О СВОБОДЕ СОВЕСТИ ПОКАЗАЛИ ВАЖНОСТЬ ЭТОЙ ТЕМЫ И ГОТОВНОСТЬ РПЦ БОЛЕЕ АКТИВНО ОТСТАИВАТЬ СВОИ ИНТЕРЕСЫ
Несомненно, что прошлая неделя прошла под знаком «антарктического пингвина». Этот образ, использованный митрополитом Кириллом в выступлении на парламентских слушаниях на тему: "Совершенствование законодательства о свободе совести и о религиозных организациях: практика применения, проблемы и пути решения", стал настоящим подарком для журналистов. Несмотря на то, что слушания носили скорее дискуссионный характер и по их итогом были приняты самые общие рекомендации, сам факт обсуждения религиозных вопросов на столь высоком законодательном уровне свидетельствует о реальном желании властей более четко сформулировать принципы религиозной политики.

Отклики на это событие были самые разные. Интернет -портал «Сова-Центр» опубликовал своеобразный отчет о слушаниях с редакционными комментариями. Кратко охарактеризовав точки зрения основных участников дискуссии, авторы материала подвели своеобразный итог слушаниям: «Рекомендации слушаний оказались на редкость обтекаемыми. В них попали все основные обсуждавшиеся проблемы, но в самых общих формулировках: "рассмотреть", "обобщить", "изучить" и т.д. По некоторым данным, проект рекомендаций утратил определенность формулировок в процессе предварительных согласований». «Обтекаемость формулировок» связана с тем, что представители религиозных организаций в целом поддержали выступление митрополита Кирилла, который указал на необходимость жесткого законодательного урегулирования ситуации с религиозными организациями, высказался за сохранение пятнадцатилетнего «испытательного срока», нужного для регистрации новой религиозной организации и поддержал идею более широкого преподавания в светских учебных заведениях дисциплин, рассказывающих об истории традиционных конфессий в России. В свою очередь, депутаты, и другие представители светской власти либо ограничились общими замечаниями, либо наблюдали за спором между Андреем Себенцовым и митрополитом Кириллом, либо делали эксцентричные заявления подобно Владимиру Жириновскому. В этих условиях принятие конкретных рекомендаций практического характера было просто невозможно, поскольку остается еще много дискуссионных вопросов.

В статье Марии Свешниковой. «Лукавый аргумент» («Страна.Ru») также дан анализ позиций основных участников слушаний. Центральную часть материала занимает рассказ о споре между Андреем Себенцовым и митрополитом Кириллом. В частности, Мария Свешникова подробно пересказывает тезисы выступления председателя ОВЦС: «Тот аргумент, который предлагается в защиту снятия 15-летнего срока, мы считаем лукавым", поскольку его защитники утверждают, будто снятие срока "обеспечит контроль за их деятельностью". Согласно сегодняшнему законодательству, если "кто-то хочет молиться антарктическому пингвину или истукану - пожалуйста, его не ограничивает. Они могут молиться, воспитывать детей - это базовые права". Ограничены они лишь в праве получения статуса юридического лица, поскольку "общество должно убедиться, что в результате их деятельности происходит. Пока государство не убедится, что не представляете общественной опасности". Если отказаться от этого срока, отметил митрополит Кирилл, любая религиозная группировка получает наравне с остальными конфессиями "налоговые льготы, доступ в армию, в образовательные учреждения, свободное использование государственных каналов телевидения. То есть серьезные рычаги влияния на общество сможет получить любая религиозная группа, имеющая финансовую поддержку. Причем зачастую из-за рубежа". Митрополит также негативно отозвался о попытке снять любые ограничения на приглашение религиозными организациями иностранных граждан миссионерами, выразив недоумение по поводу того, что ученые, приезжающие в Россию, ограничены в возможностях, в то время как довольно сомнительного характера миссионеры будут иметь практически те же права, что и российские граждане». Нетрудно заметить, что основная мысль выступления митрополита направлена против предложения упростить регистрацию религиозной организации как юридического лица. Эта позиция была сформулирована РПЦ достаточно давно и нашла свое отражение в законе о свободе совести, принятом в 1997 году. Как показали слушания, консерватизм представителя РПЦ был поддержан лидерами других традиционных конфессий: «По всем пунктам доклада митрополита Кирилла полное согласие с ним выразили представители традиционных религий России - муфтий Пермской области Мухаммедгали Хузин и главный раввин России (КЕРООР) Адольф Шаевич». Такое согласие представителей разных конфессий неудивительно, поскольку ислам и иудаизм являются «традиционными религиями», что отражено в российском законодательстве. У данных религиозных объединений налажены более или менее тесные связи с представителями светской элиты и основными общественными институтами. Появление в России новых религиозных групп вряд ли может серьезно повлиять на их позиции, но отсутствие законодательных барьеров или их либерализация, вероятно, приведет к нарушению хрупкого равновесия российских межконфессиональных отношений.

В конце статьи автор задает вопрос о том, как может повлиять выступление митрополита Кирилла на сложившуюся систему церковно-государственных отношений: «Стоит ли расценивать выступление митрополита Кирилла как противостояние государственной политике в сфере церковно-государственных отношений? Вероятно, нет. Скорее, это попытка высказать публично свою точку зрения,… Тем более, что Церковь в последнее время неоднократно подвергали критике за то, что она не отстаивает свои права и права верующих. А, по словам митрополита Кирилла "не время и не место ставить такие эксперименты над нашим народом». Иными словами, высокопоставленный иерарх РПЦ лишь обозначил право Церкви отстаивать свои интересы и открыто заявлять о собственной религиозной политике.

В статье Даниила Щипкова «Дебют Сергея Попова и бенефис митрополита Кирилла» («НГ-Религии») затрагивается еще один аспект выступления митрополита Кирилла, связанный с проблемой ИНН: "У людей, которые не принимают ИНН и личных кодов (мы не входим в рассмотрение их богословской аргументации, с которой многие не согласны), есть право защитить себя от системы тотального контроля. Это связано с их благочестием и религиозными убеждениями. Встает вопрос, нужно ли нам в период общественной нестабильности напрягать религиозные убеждения огромного количества людей? Где тут рационал, где смысл, зачем это делать? Почему не предоставить им альтернативу? Если уж мы говорим о правах человека, то в данном случае у этих людей есть право действовать в соответствии со своими религиозными убеждениями вне зависимости от того, признаются эти религиозные убеждения правильными или ошибочными. Государство в данном случае не может ломать убеждения людей и ставить их в отношения конфронтации с государством", - заявил митрополит». Подобное высказывание митрополита Кирилла вызывает некоторые вопросы. Прежде всего, несколько лет назад РПЦ «однозначно осудила противников ИНН, расшатывающих и без того нестройную государственную налоговую систему», а потому косвенная поддержка представителей крайне радикального крыла верующих, по мнению Даниила Щипкова, связана либо со стремлением получить дополнительный козырь в обсуждении налоговых льгот для Церкви, либо с желанием приручить церковных радикалов, которые постоянно обвиняли митрополита Кирилла в «экуменизме» и вспоминали, что в прошлом он был близок к митрополиту Никодиму (Ротову), чье имя является ругательным в определенных кругах.

В любом случае парламентские слушания показали, что РПЦ становится все более активным «игроком» на российском религиозном поле, она выдвигает все более конкретные требования, которые получают поддержку у представителей других традиционных конфессий.

ПРЕПОДАВАНИЕ «ИСТОРИИ РЕЛИГИИ». «ЗА» И «ПРОТИВ»
На прошлой неделе активно обсуждалось предложение министра образования ввести в школах и вузах обязательный предмет по истории религии. В интервью радиостанции «Эхо Москвы» Андрей Фурсенко привел несколько аргументов в пользу своей позиции: «Не может человек знать историю своей страны, не понимая, как развивалась в этой стране религия, как развивалась в этой стране вера, какие конфессии как входили в эту страну. Поэтому, очень важно, и при этом человек должен уважительно относиться. Ко всем религиям. И, вторая вещь, о которой я тоже говорил, я каждый раз повторяю, конечно, в России по крайней мере, большей части России православие сыграло ну, скажем очень большую, может быть, даже определяющую роль в становлении государственности и культуры, и поэтому, роль православия в изучении религии, она естественно должна быть и будет большой. А теперь, что конкретно по изучению этого предмета в школе. Главное ограничение по широкому распространению вот этого предмета, это первое - это недостаток учебников». Эти высказывания отражают существующее положение, зафиксированное в законе о Свободе совести 1997 года, об особой роли Православия в истории России. Другое дело, что в ситуации, когда преподавание в школах носит принципиально светский характер, появление обязательного предмета, рассказывающего преимущественно об одной конфессии, вряд ли будет способствовать развитию терпимости в обществе. Тем более, что учебники по Истории религии и Основам православной культуры, написанные и светскими и церковными авторами, до сих пор вызывают множество нареканий со стороны специалистов. Министр также однозначно высказался за то, чтобы преподавали в школе светские учителя. Между тем, в нашей стране практически нет педагогов, имеющих специальное светское богословское образование, а уровень знаний большинства педагогов даже о христианстве ограничивается «бытовым православием». В этих условиях резко возрастают требования к учебным пособиям, а их пока нет. В результате, может возникнуть ситуация, в которой школьникам под видом «Истории религии» будут предлагаться знания, достоверность и объективность которых будет вызывать большие сомнения.

С подобными опасениями выступил и российский Межрелигиозный совет, представители которого недовольны тем, как сейчас даются в школах и вузах сведения по истории религии. Комментируя это заявление, Светлана Солодовник в «Еженедельном Журнале» полагает, что предложение представителей разных конфессий «позволить школьникам «изучать религиозную культуру с позиций религиозных организаций» и «при участии религиозных организаций», несомненно, нарушает принцип светского образования, а потому не может быть одобрено, несмотря на активное лоббирование со стороны традиционных конфессий и, прежде всего, РПЦ.