Возвращение православных святынь

На северо-востоке Бокситогорского района находится деревня Журавлево. Издревле на ее краю стоял погост, носивший название Суглицкого. Происхождение названия, вероятно, связано с протекающей здесь речкой Суглинкой. Еще погост назывался Никольский Суглицкий – в честь находившегося здесь Никольского мужского монастыря.

Погост Никольский Суглицкий упоминается в "Записной книге земельным дачам из дворцовых земель 1640-1663 годов". Часть Суглицких земель была закреплена за помещиками, в том числе за казанскими татарами. Многие татары, оказавшиеся после нашествия Батыя на территории России, и особенно их потомки, постепенно принимали православие и поступали на службу московским князьям. Вероятно, так, в Суглицкой волости появилась и семья Мамаевых.

В 1820 году жители соседнего с Журавлевым села Сомино обратились к императору Александру I с прошением о строительстве в их селе новой каменной церкви . В Сомино с незапамятных времен стояла обветшавшая деревянная часовня во имя священномученика Власия Севастийского. Зашла речь о выделении участка под церковь . А земли здесь принадлежали помещикам – Прасковье Кулебякиной и генерал-майору Илье Даниловичу Мамаеву.

Генерал Мамаев проживал не в Журавлево, а рядом, в Суглицах, где от упраздненного Никольского монастыря оставалась деревянная Никольская церковь . На ее погосте покоились родители генерала. Мамаев понимал, что строительство храма в Сомино может привести в упадок Суглицкий приход, а Илья Данилович ревностно чтил память своих родителей – и после выделения земли под строительство храма в Сомино новый храм стали строить и в Журавлево. Обе церкви "кружечные" – строились на народную копеечку, на пожертвования.

Изучение ведомостей церкви Устюженского уезда Воскресенского Суглицкого погоста за 1879 год открывает нам следующие сведения. Церковь построена в 1830 году тщанием прихожан. Здание церкви каменное, двухэтажное, с каменной колокольней. Приделов в церкви восемь. Главный – во имя Воскресения Христова. Теплых приделов – пять. В нижнем этаже – во имя святителя и чудотворца Николая и архангела Михаила. В верхнем этаже – Успения Божией Матери, святого пророка Илии и Всех святых. Утвари в церкви достаточно. Земли при церкви 2 десятины 100 сажен, пашенной – 33 десятины 1194 сажен, сенокосной – 4 десятины 2259 сажен, леса и кустарников – 6 десятин 320 сажен, неудобной земли – 4 десятины 1000 сажен. Всего земли при церкви – 51 десятина 113 сажен. Владеют ею сами церковнослужители. На содержание священнослужителей положено жалованье: настоятелю – 140 рублей, исполняющему дела псаломщика – 40 рублей и просфорне – 24 рубля в год. Кроме того, имеется 500 рублей билетами от разных жертвователей, из которых священнослужители получают проценты – 23 рубля в год. Дома у священнослужителей собственные, деревянные, построены на церковной земле.

Убранство Суглицкого Воскресенского храма было величественным: росписи по сводам, на стенах и колоннах, с больших икон смотрели на прихожан светлые лики святых. В круглых проемах колокольни были рисованные часы, а шпиль устремлялся ввысь к небу. Пятиглавие с крестами отражало своей позолотой лучи солнца. Храм в своем чистом белом одеянии стоял у дороги, приветливо и с любовью принимая верующих под свои своды. В левом крыле находилась сторожка смотрителя храма. Высокие деревянные ступени вели на верхний этаж и колокольню. Помещения разделяли тяжелые мощные двери с коваными замками. Когда под сводами храма звучала молитва и пели свою песнь колокола, то слышно это было по всей округе. А когда в храме было тихо и лишь мерцали огоньки свечей и лампад, в этой тишине слышалось гулкое эхо каждого шага.

Духовный подъем Воскресенской Суглицкой церкви пришелся на время службы в ней священника Павла Федоровича Соколова. Он родился в 1843 году, окончил Новгородскую духовную семинарию по второму разряду. В 1867 году преосвященнейшим Серафимом, епископом Старорусским, рукоположен во дьякона в Тихвин к Знаменской церкви . 27 июля 1873 года преосвященнейшим Феоктистом, епископом Старорусским, был рукоположен в сан священника и начал служить в Суглицкой церкви Устюженского уезда. В том же году Устюженским училищным советом Павел Федорович был определен в должность учителя и законоучителя в местной сельской школе. 3 мая 1876 года за усердную службу его наградили набедренником. В том же году духовенство избрало его депутатом по училищным делам. Также Павел Федорович был награжден за свой труд в 1880 году – скуфьею, в 1891 году – камилавкой "за службу по духовному ведомству", а также "за двадцатипятилетние труды по народному образованию" был удостоен ордена Святой Анны третьей степени. Служил он в священном сане 34 года, вплоть до своей кончины в 1900 году.

Судьба храма после революции оказалась печальной. Несмотря на то, что ценное имущество было разграблено, службы в храме продолжались. В 1930-х годах храм был закрыт, а последний священник – протоиерей Николай Ивонинский – арестован. Сначала в Никольском Суглицком храме устроили колхозную зерносушилку, а когда нечего стало сушить, то под сводами разоренного храма осталось ржаветь брошенное оборудование. Во время сильной грозы от удара молнии пострадала колокольня. Огонь уничтожил купол-шпиль и перекрытия. Следующий пожар практически уничтожил среднюю часть Воскресенского храма – остались только стены, открытые дождю и ветру. Больше нет красивых настенных фресок, лишь над Царскими вратами алтаря и на колоннах угадываются следы когда-то прекрасных росписей. Облетало, как осенняя листва, белое одеяние храма, открывая красную кирпичную кладку, издали похожую на раны. Казалось, скоро безжалостное время не оставит здесь и следа. Одиноко стоит у дороги когда-то величественный храм Воскресения Христова.

И вот у алтарной части установлен был крестик, а в 1995 году в престольный праздник в журавлевском храме был отслужен первый молебен после долгих десятилетий запустения. Торжественную службу провел отец Геннадий Беловолов – настоятель церкви святых апостолов Петра и Павла в Сомино. На службу собралось около полусотни человек. Первая служба воодушевила людей. Вскоре из обвалившейся части храма убрали гнилые балки, обломки кирпичных стен, горы мусора. Постепенно справа от нижнего яруса колокольни была оборудована часовня, где начали проводить молебны и богослужения мирским чином.

Иногда проводились службы и водосвятные молебны отцом Анатолием из Пикалево и благочинным Тихвинского и Бокситогорского округов Александром Ваховским. Однако начать ремонт самого храма никак не удавалось – настолько велики были масштабы разрушений. В 2006 году с помощью неравнодушных людей начался первый этап восстановительных работ. Удалось отремонтировать часовню и сделать деревянные перекрытия на всех ярусах колокольни, но навершие тогда установить не смогли – из-за этого внутрь попадают дождь и снег.

Иногда проводились службы и водосвятные молебны отцом Анатолием из Пикалево и благочинным Тихвинского и Бокситогорского округов Александром Ваховским. Однако начать ремонт самого храма никак не удавалось – настолько велики были масштабы разрушений. В 2006 году с помощью неравнодушных людей начался первый этап восстановительных работ. Удалось отремонтировать часовню и сделать деревянные перекрытия на всех ярусах колокольни, но навершие тогда установить не смогли – из-за этого внутрь попадают дождь и снег.

Воскресенский храм молчалив в своем смиренном ожидании помощи – не столько себе, сколько нам. Ведь это людские сердца очерствели и давно не слышали звона его колоколов, а в душах поселилось безразличие. Что Воскресенскому храму осталось за его вековую службу? Неужели ничего, кроме забвения? Но кто, как не мы, как раньше наши предки – всем миром, можем поднять его из руин? Никто не сделает этого за нас.