Святитель Филипп: строитель Соловецкого монастыря и обличитель Иоанна IV

16 июля 1652 года в Успенский собор Кремля перенесли мощи митрополита Филиппа. Как сложилась жизнь этого человека, оказавшегося в самом центре придворных интриг и непримиримо обличавшего Иоанна Грозного?

Филипп, в миру Федор Степанович Колычев, родился в семье московского боярина в 1507 г. Казалось, все содействовало тому, чтобы молодой человек сделал государственную карьеру: он был знатного рода, получил соответствующее образование и поступил на службу к московскому двору еще когда Иоанн IV не был совершеннолетним.

Как это часто бывает с будущими святыми, Федор с детства любил читать духовные книги и очень внимательно относился к богослужению. Однажды в июле он услышал в храме отрывок из Евангелия о том, что никто не может служить двум господам. Стихи из Евангелия от Матфея прозвучали для боярина как откровение, он взвесил, что для него важнее: служить Богу или служить царю, и решил уйти в монастырь.

Никому ничего не сказав, Федор уехал из Москвы на Север, чтобы добраться до Соловков, где, как он слышал, подвизались преподобные Савватий, Зосима и Герман.

Оказавшись в монастыре, Федор около полутора лет прожил на Соловках исполняя разные послушания, а потом принял постриг с именем Филиппа. Монахом он был послушником у иеромонаха Ионы, который в юности был собеседником прп. Александра Свирского. Такая духовная преемственность значила очень многое. Общаясь с Ионой, Филипп получал бесценный духовный опыт.

Впору было возгордиться: не каждому монаху удается пройти духовную школу у такого наставника! Но Иона по-прежнему смиренно нес послушания и за это он получил дар – ему был явлен образ Богоматери, который сейчас называется "Хлебный".

Нового монаха отметил игумен монастыря Алексий и сделал его своим помощником. А после, предчувствую свою смерть, назначил Филиппа своим преемником. Это не было единоличное решение игумена: живя рядом с Филиппом и зная, что он за человек, сами монахи хотели, чтобы монастырем после смерти Алексия управлял именно он.

Приняв сан игумена, Филипп 18 лет заботился о благосостоянии обители, в которой начал свое монашество. Он организовал строительство кирпичного завода и новых корпусов, в которых располагались кельи, занимался благоустройством дорог. Но при этом следил, чтобы беспорядочные рубки не истощали лес. Чтобы обеспечить монастырь пресной водой, по его благословению озера на острове были соединены каналами, чтобы воду можно было подвести к обители, а возле восточной стены монастыря начали копать большое озеро, которое назвали Святым.

Строительство требовало огромных затрат, но Филипп уповал на помощь Божию и поэтому выстроил в монастыре храм в честь Успения Божией Матери и заложил Спасо-Преображенский собор.

О деятельности и достоинствах Филиппа, некогда служившего при дворе, узнал Иоанн Грозный. Он пожаловал монастырю волость и деревню и избавил монахов от уплаты некоторых пошлин. Неоднократно вызывая Филиппа в Москву и общаясь с ним, царь видел, что игумен может быть ему опорой в управлении государством. Поэтому в 1566 г. вызвал его в столицу и где-то против воле Филиппа сделал его митрополитом Московским и всея Руси.

Однако Филипп был не намерен слепо поддерживать царя во всех его начинаниях. Он резко выступал против опричнины, говоря, что царь не должен разделять государство, но, напротив, способствовать его единству.

Возникло противостояние между государем и опричниками и митрополитом. Это выражалось в самых невероятных формах. Например, во время службы в Успенском соборе Кремля царь мог требовать благословения митрополита, а Филипп в ответ обращался к Иоанну с обличительной речью.

Против Филиппа интриговали опричники и некоторые прельщенные ими монахи и священнослужители. Но Филипп не желал подчиниться царю.

– Я умираю, желая лучше оставить по себе память невинного мученика, нежели человека, о котором могли бы сказать, что он, оставаясь митрополитом, терпел неправосудие и нечестие.

Филиппа заточили в Богоявленский монастырь, потом перевели в монастырь св. Николы старого и, наконец, в Тверской Отрочь монастырь. Над ним, которому исполнилось уже 60 лет, издевались. На Филиппа надевали оковы, он молился – и они спадали. Его морили голодом, но он смиренно молился. К нему помещали голодного дикого медведя, а он по-прежнему молился, и медведь тихо устраивался спать в углу.

За время заточения опричники убили многих из рода Филиппа – Колычевых – и привезли к нему в темницу голову племянника. Но Филипп не упал духом, сделал земной поклон перед отрубленной головой, поцеловал ее и отдал принесшим.

Под конец к митрополиту приехал Малюта Скуратов якобы за благословением, но Филипп не дал себя обмануть и сказал, чтобы тот делал то, зачем пришел. И Малюта задушил святителя.

По его приказу тело Филиппа опустили в глубокую яму за алтарем монастырской соборной церкви. Потом, в 1591 г., уже при Федоре Иоанновиче, его мощи перенесли в Соловецкий монастырь, где они покоились 55 лет а приготовленной самим же Филиппом могиле.

В 1646 г., при Алексее Михайловиче, мощи торжественно открыли и, наконец, в 1652 г. перенесли в Москву в Успенский собор Московского Кремля.. В столице их торжественно встречали на месте, которое получило название Крестовской заставы (возле м. "Рижская"). Там поставили памятный крест и построили часовенку, которая была разрушена в 1929 г. (По преданию, в этой часовне любил отдыхать прп. Сергий Радонежский, когда ходил из Москвы в Лавру или обратно).

10 дней мощи стояли на середине Успенского собора, и в честь их перенесения в Москву с утра до вечера звонили в колокола, как на светлой седмице. А потом поставили мощи у южной стены алтаря, где им можно поклониться и сегодня.