21 июля, в день Казанской иконы Божией матери протоиерей Максим Козлов, настоятель храма святой мученицы Татианы при МГУ, первый заместитель председателя Учебного комитета Русской Православной Церкви, известный и любимый многими московский пастырь будет отмечать 20-летие хиротонии. На страницах "Татьянина Дня" – ресурса, который уже 17 лет существует под духовным руководством отца Максима, его поздравят архипастыри и священники, коллеги, духовные чада и друзья. Нам же, читателям, будут интересны те подробности церковной жизни "девяностых" и "нулевых", о которых рассказано через призму священнического служения отца Максима.
С отцом Максимом сначала познакомилась моя матушка – Олеся Николаева. В самом начале 90-х годов она брала уроки у разных учителей древнегреческого языка. Одним из них был Максим Евгеньевич, о котором она рассказывала дома как о требовательном и профессиональном преподавателе. Причем, замечу, ей было с кем сравнивать – одной из учительниц у нее была супруга С.С. Аверинцева, с которыми мы тогда дружили. Примерно тогда же директор православной гимназии, куда поступила моя младшая дочь, предложил мне войти в попечительский совет этого учебного заведения. На одном из заседаний этого совета я встретился и познакомился с Максимом Евгеньевичем Козловым.
Через четыре года, когда отец Максим, будучи настоятелем Татьянинского храма, пришел в Сретенский монастырь, где я служил дьяконом, мы общались уже как старые добрые знакомые. А пришел туда отец Максим не случайно. Настоятель Сретенского монастыря отец Тихон меня по-дружески предупредил, что под видом чаепития будут смотрины – отцу Максиму, которого должны были отправить в трехмесячную командировку в США, нужен был второй священник.
В иереи, в отличие от многих дьяконов, я не стремился. Мои друзья-священники мне рассказывали, что они вспоминают о дьяконском служении как о своих лучших временах и советовали на первых порах не торопиться с рукоположением в священники. Действительно, я буквально упивался своим "ангельским" чином, и часто прислуживал на "трапезе Господней" сверх расписания, да и к Сретенскому монастырю я, что называется, прикипел всей душой. С другой стороны, конечно же, нельзя было упускать такого случая, чтобы служить со своим старым знакомым, да к тому же в таком месте и в таком храме, овеянном славной и драматической историей. Я положился на Волю Божию, зная, что от меня ничего не зависит. Но я не знал тогда, что были еще некоторые знаки Промысла Божиего, которые связывали меня с отцом Максимом. Впрочем, об этом впереди.
х х х
В Москве есть несколько храмов, в которых новопоставленные священнослужители должны проходить практику в течение сорока дней. Здесь они должны под руководством опытных пастырей не только научиться азам уставного чинопоследования служб, но всякого рода тонкостям, чтобы богослужение соответствовало сложившимся традициям московского благочестия.
А вот научиться быть настоятелем храма у нас негде. Дерзаю предложить священноначалию отправлять будущих настоятелей в некоторые московские храмы и, в первую очередь к нам, в храм мученицы Татианы, под руководство отца Максима. Но не на сорок дней, а на три месяца, как минимум.
Настоятельство связано со многими талантами, способностями и навыками. Первое, что приходит на ум всякому, кто задумается о труде настоятеля, – это, помимо душепопечительства, организаторские, экономические и хозяйственные таланты. Действительно, без них никуда. Строить, ремонтировать, содержать, распределять, экономить, доставать, убирать, кормить, продавать, тратить, хранить, контролировать, считать, учитывать, а также многие другие подобные глаголы – все они связаны с каждодневным трудом настоятельства. Не каждому, кто выбрал пастырский путь, это послушание по плечу.
Но есть область настоятельского служения, которая намного важнее и сложнее, чем организационно-хозяйственные навыки. Это создание общины храма.
Что такое община? Это в первую очередь единство людей вокруг Чаши Христовой, ядро соборности, общее дело во имя любви. Православная община – это уникальная в наше время общность людей, которых объединяет не идеология, не социальное обустройство, не клуб по интересам, а естественное желание служить Богу и ближним. Разбудить в человеке его данное Богом свойство служения – главная задача настоятеля, не смотря на то, что весь мир – и внутренний, и внешний – этому сопротивляется.
С первых дней своего настоятельства, когда приход насчитывал всего 2-3 десятка человек, отец Максим создавал общину. Делал он это осторожно, давая прихожанам полную свободу выбора. Что он только ни перепробовал: лекции, беседы, просветительские занятия, музыкальные и литературные вечера, выставки, обсуждения книг и фильмов, концерты, паломнические поездки, экскурсии, детские театральные постановки, миссионерские походы, создание газеты, издательства, сайта, учреждение певческой школы трех ступеней (от маленьких детей до студентов), социальное служение. Наверняка я многое не вспомнил. В этой работе, естественно, был задействован весь клир и активный костяк прихожан.
За 17 лет существования прихода, какие бы ни исходили инициативы от священноначалия по укреплению приходской жизни, в Татьянинском храме уже давно это было.
х х х
В юбилейные даты принято говорить о юбиляре только хорошее, положительное, причем, в превосходной степени – так, что все живое о человеке куда-то улетучивается. Рискну нарушить эту традицию. Не скрою, что отец Максим – человек со сложным характером. Это знают многие, кто с ним общался близко. Большей частью эта "сложность" каким-то странным образом соотносится с его именем – от его максимализма страдает в первую очередь он сам. Однако не будь той требовательности и категоричности, какие он предъявляет себе и другим, не было бы удивительной по оригинальности и самобытности натуры, какую представляет собой отец Максим. При всей кажущейся жесткости, он способен на такую степень мягкости, великодушия и открытости, какую сейчас можно прочитать только в книгах.
Светская мораль почему-то восторгается тем, что кто-то в течение своей жизни не меняется, остается тем, кем был раньше. У нас, конечно же, все по-другому. Мы всю свою жизнь просим Господа, чтобы Он помог нам измениться. Сами мы эти изменения, к сожалению или к счастью, не видим. Свидетельствую, что молитвы отца Максима доходят до Господа.
Теперь расскажу историю, какую обещал вначале. На поминках дедушки отца Максима съехалось множество родственников. Был там и я. Кто-то привез альбом с семейными дореволюционными фотографиями. В роду отца Максима были и священники. Мы все с интересом рассматривали их. Каково же было мое удивление, когда на обороте одной из фотографий я прочитал, что одним из изображенных на фото вместе с предком-священником отца Максима значился иерей Дмитрий Вигилянский. Была даже отдельная фотография священника Дмитрия со своей матушкой – значит этот иерей был близок или сослужением, или дружбой, или родственными связями с семьей предков отца Максима. Теперь это фото висит у меня на стене.
Конечно же, мне многое хочется рассказать об отце Максиме, особенно о тех уроках, которые он мне преподал, и многое ему пожелать. Но буду дожидаться следующих юбилеев – у него их будет очень много.
Источник: Татьянин день
